Гвендолин Кэссиди - Твое нежное имя

Томас слабо улыбнулся.

– Он сказал это мне назло, а я сделал чересчур поспешные выводы.

– Виноват и мой дурацкий язык, – признала Мэри. – Когда-нибудь я отучу его бежать впереди головы!

– Когда рак на горе свистнет… – Улыбка Томаса была нежной и доброй. Мужчина обнял ее и ласково провел по шее кончиками пальцев. – Если ты начнешь обдумывать свои поступки, это будешь уже не ты. Просто не следует подносить спичку к сухому хворосту.

Однако именно этим Том сейчас и занимался, разжигал внутри ее тела пламя, пульс участился… Когда Том снова поцеловал ее, все вокруг исчезло в подхватившем девушку вихре чувств.

Не отрываясь ото рта Мэри, мужчина поднял ее, сел на диван и посадил на колени. Свободной рукой нашел грудь и нежно, но властно сжал ее.

– Я люблю тебя, зеленоглазая, – тихо сказал он. – Больше, чем думал.

– Ты ничего не путаешь? – прошептала Мэри, еще боясь поверить.

Томас засмеялся и покачал головой.

– Ничего. Много лет я искал женщину, с которой мог бы прожить всю жизнь, и почти перестал надеяться. Надо сказать спасибо Джону. Если бы брат не настоял на свадьбе, мы бы никогда не встретились… – Томас немного помолчал, тревожно всматриваясь в ее лицо. – Понимаю, ты пока не испытываешь ко мне любви, но…

Мэри прижала пальцы к губам любимого и заставила замолчать. Лицо ее светилось от нежности, зеленые глаза сияли, как две звезды.

– Я люблю тебя, – наконец призналась она. Я люблю тебя, кажется, целую вечность, Том!

Красивое лицо мужчины расслабилось, губы тронула улыбка.

– Мы знакомы только месяц…

– Дни, недели – какое это имеет значение? Я влюбилась, как только увидела тебя в дверях моего магазина.

– А потом случилось много всего. Помнишь, ты дала мне пощечину? Кстати, удар для такой малышки, ого-го!

Мэри счастливо рассмеялась: ее больше не волновал маленький рост. Томас любит ее, это заставило Мэри чувствовать себя выше всех на свете. Мужчина прижимал девушку к себе, целуя с нежностью, которая была красноречивее всяких слов.

– Я хочу заботиться о тебе, – шептал Томас, не отрываясь от ее губ. – С этого дня все твои трудности – мои трудности. А с деньгами мы разберемся завтра же.

– Не хочу от тебя никаких денег, – запротестовала Мэри. – Я люблю тебя, Томас, и меня не интересует, сколько ты стоишь.

– Я не допущу, чтобы моя жена билась как рыба об лед, стараясь свести концы с концами, – твердо сказал Том. – Кроме того, торговля – не твое дело. Флер сказала, ты согласилась стать ее модельером. Можешь посвятить любимому занятию все свое время и бросить магазин.

Его жена! Звучало чудесно, но Мэри не была готова к тому, чтобы ею распоряжались.

– У меня недостаточно способностей, – упрямо уверяла она.

– Ничего. Флер утверждает, заказчиков на твой век хватит. Впрочем, об этом позже. Сейчас мы должны подумать о более серьезных вещах. Я остаюсь у тебя на ночь. Если хочешь, буду спать в комнате для гостей, но не оставлю тебя одну после такого шока.

– К черту комнату для гостей, – нежно сказала Мэри, отложив спор на потом. Девушка гладила склонившееся лицо мужчины, и ее глаза темнели от разгоравшегося желания. – Спать ты будешь не один. Я хочу тебя, Томас.

Он приглушенно рассмеялся.

– Как ты скажешь, дорогая.

Мэри улыбнулась, когда Томас поднялся с дивана, взял ее на руки и понес наверх.

Завтра их ждал новый, удивительно светлый день.