Кэтрин Блэр - Исполнение желаний

Она повернулась, чтобы придвинуть плетеное кресло к кровати, и села в него.

— Инез пришла со мной, — отметила она между прочим.

Его ответ, когда он собрался, был как бы равнодушным.

— Принеси еще одно кресло, пожалуйста, и попроси ее войти.

— Мой дорогой Николас, — ответила Клэр с оттенком насмешки. — Я считаю, что португалки не нуждаются в сопровождении других женщин, когда мужчина даже не в состоянии подняться с постели. Я зайду к тебе позже.

Она слегка ему подмигнула и вышла из комнаты на узкую веранду. Довольно беспечно она сказала:

— Я займусь сеньором Маркесом, Инез.

После этого она уселась в садовое кресло по другую сторону от Жильберто.

Около часа Клэр сидела рядом с ним, а затем прогуливалась по заросшим тропинкам во все еще мокром неухоженном саду. Он беспрерывно говорил и жестикулировал, читая ей наизусть длинные выдержки из какой-то драмы. О, он питал страсть к хорошим пьесам! Но больше всего он любил классическую оперу. Мисс Уиндхем непременно должна приехать на следующий сезон в Лиссабон. Она должна увидеть Франческу Альварес в роли Мими в «Богеме». Франческа великолепна, она несравненна.

— Некоторые считают, что ее голос не достигнет полного расцвета, пока она не выйдет замуж, но это скорее романтическое мнение ее поклонников. Они всегда будут говорить подобные вещи. Надо еще посмотреть!

— А она что, уже помолвлена? — спросила Клэр, решившись в отчаянии на столь мужественный для себя вопрос.

— Кто знает? Франческа непредсказуема. Я думаю, что она наконец влюблена.

— В… графа?

Он кивнул многозначительно:

— Да, в графа. Поскольку она приехала в Кастело, это оказалось неизбежным. Мне бы следовало это предугадать. У нее есть буквально все — все, кроме отличного супружества.

Клэр все еще держалась довольно уверенно:

— А как с его стороны? Он ведет себя так, как будто он тоже… влюблен?

— Нет ни одного мужчины в Кастело… — что я говорю, в Португалии! — который бы не обожал Франческу. В последнее время Мануэль ходит погруженный в свои размышления, и нетрудно догадаться почему. Это разорвет мое сердце, но я не буду потрясен, если в один прекрасный день будет объявлено о дне их свадьбы.

По случайному совпадению, хотя в тот момент Клэр не осознавала всей иронии происходившего, Инез позвала ее из окна спальни:

— Клэр, может быть, вы к нам войдете?

Жильберто отвесил ей поклон, и Клэр вошла в дом, а затем направилась к комнате Николаса. Она легонько постучалась и вошла. Николас лежал, слегка улыбаясь, а Инез стояла у спинки кровати, очень прямо, несколько раскрасневшись, и тоже улыбалась. Клэр обо всем догадалась еще до того, как он начал говорить.

— Мы решились, Клэр, к лучшему это будет или к худшему! Мы помолвлены! Когда контракт будет завершен, мы уезжаем в Опорто, чтобы пожениться.

Она издала глубокий вздох.

— Какое облегчение! Я так рада. Мне бы хотелось от души тебя обнять.

— Я обещаю тебе это, когда станет возможно.

— Мы хотели, чтобы вы узнали об этом первой. — Возбуждение сияло в черных глазах другой женщины. — Я не дождусь, чтобы известить об этом таиту. Он будет долго смеяться, когда узнает о том, что вы здесь говорили, Николас, как я почти что сама сделала вам предложение! Его деньги — тьфу! Если это то, что стоит между нами, то я никогда не буду их иметь! Он все может оставить моему брату. Но, судя по тому, как он себя чувствует сейчас, я думаю, что он проживет двадцать, а то и все тридцать лет и сам потратит все свои деньги!

— Я надеюсь на это, — сказал он со страстью в голосе.

— Все это утомило вас, Николас, — сказала Инез. — Мы теперь оставим вас, а я попрошу Жильберто принести вам чего-нибудь выпить. После этого вы должны поспать, чтобы скорее выздороветь. А сегодня во второй половине дня я буду здесь, у вас, с моим отцом.

Она обошла вокруг кровати, наклонилась и легко прикоснулась губами к его губам.

— Я так счастлива, что помолвлена с англичанином, — сказала она мягко. — Мы, португальцы, слишком официальны, никто не имеет права целоваться до тех пор, пока на руке нет обручального кольца. До встречи, мой дорогой!

— Да! Моя дорогая! — он сказал это так тепло и проникновенно.

Когда Клэр вышла из комнаты, Инез протянула свою тонкую руку.

— Теперь вы мне почти как сестра, — проговорила Инез. — Мы можем быть откровенны друг с другом. По крайней мере, настолько откровенны, насколько это возможно между сестрами. Это будет полезно нам обеим.

В течение нескольких следующих дней Клэр предоставилась возможность большой практики по части организации официальных встреч. Как только о помолвке Инез с Николасом стало известно, в Каза-Венуста устремился бесконечный поток визитеров. Большинство из них уверяли, что они уже давно предвидели этот союз, в то время как другие выражали полнейшее удивление. И почти каждый спрашивал напрямую или завуалированно о праздновании этого события. Ответ был всегда один: будет скромный прием, как только Николас выздоровеет. Клэр приятно удивляло, что все эти люди рассматривали Николаса как самого подходящего мужа для Инез.

Сломанные ребра срастались. Николас уже мог садиться, а затем с посторонней помощью выходить и сидеть в кресле на крыльце. Вскоре после этого смог отказаться от халата и наконец надеть пиджак. И вот настал день, когда он приехал на чай в Казу. Вчетвером они сидели на веранде за столом, когда новый, красного цвета автомобиль подкатил к самым ступенькам и оттуда вышел Мануэль.

— Мой Николас!

Веселый и элегантный в своем легком тропическом костюме, он присоединился к небольшому торжеству.

— Я только что был у тебя дома и обнаружил, что твой слуга блаженно спит, а комнаты такие же убогие и безлюдные, как будто бы ты снова возвратился на эту проклятую дорогу. Сеньор… — он поклонился старшему, как оно следовало в соответствии с обычаем. — Инез… Клэр! Прошло уже две недели с тех пор, как я видел вас в последний раз, Клэр.

Было ли это преднамеренно, в особенности с ударением и раскатистым «эр», заставляя ее имя звучать как в одной из старых романских любовных песен?

— А точнее говоря, ровно двенадцать дней, но я узнавал все новости о вас от Инез, хотя сомневаюсь, чтобы вы проявляли подобный же интерес к моей особе. Вы должны рассказать мне о том, какие чувства вас обуревают. Вы уступаете ведь собственного опекуна его невесте.

Он был в отличном настроении. Стоя между Инез и сеньором Сарменто, он время от времени ловил взгляд Клэр. Он светился насмешкой и удивлением. Это раздражало ее, но это был какой-то холодный гнев, что позволяло ей временно оставаться сильной и беспечной.