Джуди Лайн - Парус надежды

— И София обо всем догадалась! — Нина тихо рассмеялась. Она подумала, что София очень проницательная женщина, и поблагодарила Бога, что тогда, грозовой ночью, бренди развязал ей язык. Если бы она не призналась в том, что ее удочерили, то никто до сих пор ни о чем не догадался бы.

Нина вдруг помрачнела, ей в голову пришла ужасная мысль.

— А София знала о том, что я вас разыскиваю? — На самом деле она хотела знать, поделился ли Фредерико с матерью своими подозрениями.

Лучано сжал ее плечо и рассмеялся.

— Нет, он ничего ей не говорил. Но мне Фредерико признался, что подозревал тебя. Бедный мальчик, из-за этой свадьбы у него совсем сдали нервы. Он очень чувствительный, но ты, конечно, это знаешь. И очень благородный в сердечных делах.

Лучано вздохнул и остановился на узкой тропинке.

— Я наделал много ошибок, Нина. Все могло бы быть по-другому, если бы я женился на твоей матери и…

— Не надо, — умоляюще проговорила Нина. — Это печально, но раз судьба так распорядилась… — Она вздохнула. — Андреа… моя мать погибла, когда я была совсем маленькой…

— Я знаю, — тихо сказал Лучано. — Когда мой отец наконец признался, что наш разрыв дело его рук, я попытался отыскать ее. Но смог узнать только то, что она погибла в автокатастрофе. Если бы я на этом не остановился, то, наверное, узнал бы о том, что у нее родилась ты и тебя отдали приемным родителям. — Он опять тяжело вздохнул. — Как она могла сделать это? Она же знала, как я любил ее.

Нина, вторя ему, тоже вздохнула.

— Она была молода, просто испугалась, наверное. Думаю, у нее не было родных. Когда ваш отец вынудил ее уехать, у нее не было другого выбора. Она поступила так, как считала нужным… Но теперь мы уже ничего не узнаем наверняка. — Нина улыбнулась, чтобы прогнать грустные мысли о трагической судьбе своей матери. — Лучано, во всем виновата судьба. Если бы все сложилось по-другому, вы не женились бы теперь на Софии, а она такая чудесная и так любит вас. У вас не было бы красавицы Кристины, а я не приехала бы на Сицилию, не встретила бы Фредерико Бьяччи, за которого выхожу замуж и который…

— И который без ума от тебя, — закончил за нее Лучано.

Нина рассмеялась.

— Я хотела сказать — который сейчас стоит на террасе, смотрит на нас и ждет, когда подадут завтрак!

Они медленно пошли обратно к дому. Нина рассказала отцу все, что случилось с тех пор, как она нашла документы в бюро приемного отца. Рассказала и о том, как складывались ее отношения с Фредерико, как он подозревал ее в том, что она любовница Лучано. Как она боялась открыть свою тайну, чтобы никому не причинить вреда.

На террасе Лучано вдруг остановился и посмотрел на нее.

— Нина, больше никогда не сомневайся в том, что ты член этой семьи. София все понимает. А вчера ночью она долго говорила с Кристиной и поделилась с ней своими подозрениями. Сейчас я пойду и скажу им, что ты моя родная дочь, и они будут так же счастливы, как я. Кристина всегда мечтала о сестре и уже полюбила тебя.

У Нины отчаянно билось сердце. То, что говорил Лучано, казалось ей каким-то чудом. Ей все рады. Но Фредерико? Ведь он так долго подозревал ее во всяких грехах. Узнав правду, сможет ли он доверять ей?

Лучано еще раз тепло обнял ее и ушел, пообещав, что они еще поговорят. Им многое нужно рассказать друг другу. Нина почувствовала, что она не одна на террасе. Неподалеку ее ждал Фредерико. Она вдруг растерялась. Он медленно подошел к ней, его лицо было непроницаемо.

Нина вдруг испугалась и попятилась. Чувство эйфории покинуло ее. Он видел, как они с Лучано обнимали друг друга…

— Это не то, о чем ты думаешь! — крикнула она. — Ты решил, что я… что мы… — Нина разрыдалась. — Лучано — мой отец, — воскликнула она. — Как я могла признаться тебе в этом?! Ты бы не поверил мне…

— Дорогая, я все понял. — Фредерико обнял ее и сжал так крепко, что у Нины перехватило дыхание. — Теперь я все знаю, и я еще больше люблю тебя за твою храбрость.

— Фредерико, — рыдала Нина, гладя его кудри. — Я так люблю тебя, я боялась тебя потерять… Но я не могла… София сама все поняла… У тебя замечательная мать…

— Сегодня утром она поделилась со мной своими догадками, и все встало на свои места. — Его теплое дыхание шевелило волосы Нины. — Сегодня мама и Кристина почти не спали, говорили о тебе. Они ждали Лучано, чтобы все узнать наверняка. А мне все сказали ваши счастливые лица.

Нина отпрянула и вытерла глаза.

— Фредерико, я не хотела никого огорчать. Месяц назад я решила найти своего отца. А потом я встретила тебя, и все так запуталось. Но я никогда не призналась бы сама в том, что Лучано мой отец. А теперь я так рада, что все кончилось.

Фредерико опять схватил ее и сжал в объятиях.

— Ты мало знаешь о сицилийских семьях, любимая. Раз ты дочь Лучано, то ты — его неотъемлемая часть. И моя, потому что я люблю тебя. И София и Кристина полюбили тебя. Как ты могла думать, что мы оттолкнем тебя? Ты же одна из нас, навсегда. Твое появление просто подарок судьбы к свадьбе Софии и Лучано.

Нина плакала. Она не понимала, почему у нее из глаз текут слезы, ведь она так счастлива.

— Фредерико, я так тебя люблю. Но ты должен мне помочь. Меня теперь мучает чувство вины перед приемными родителями. Они ведь заботились обо мне… Но они никогда… Я виновата…

— Хватит, любимая. Если хочешь, мы позвоним им в Австралию и все расскажем. И пригласим их на свадьбу, на нашу свадьбу. Они будут рады, а я обещаю сделать тебя счастливой.

Нина прижалась к нему, слезы текли у нее по щекам.

— Фредерико, ты такой хороший. Я с каждой минутой все больше люблю тебя. — Она подняла голову и страстно поцеловала его в губы.

Сзади послышалось рычание. Они оба обернулись и увидели, что на верхней ступеньке лестницы сидит Карло.

— Фу! — одновременно крикнули они.

И Карло, поджав хвост, лег у их ног. Фредерико легко вздохнул и поцеловал ее в губы. Затем он отстранил Нину, восхищенно посмотрел в ее затуманенные серые глаза и тихо проговорил:

— Не знаю, согласится ли экономка, чтобы он жил с нами?

— Придется тебе уговорить ее, — счастливым голосом отозвалась Нина. — Мы с ним идем в комплекте.

Фредерико усмехнулся.

— Будь моей женой, Нина Паркер, и я стану самым счастливым человеком на земле.

Прежде, чем Нина успела радостно ответить «да», Карло вскочил и потерся о босую ногу Фредерико.

— Вот тебе и ответ, мой замечательный, гордый сицилийский возлюбленный. — Нина смеялась, ее глаза светились любовью. — Да, да, да.

И они скрепили это соглашение поцелуем, словно печатью.

Внимание!