Леандра Логан - Малышка из отдела дешевых товаров

— Как доза стрихнина!

Глава четырнадцатая

Грег сразу начал звонить домой, но не мог никого застать. Уже из самолета он наконец дозвонился до Сэра.

— Ложная тревога, — сообщил Сэр с сожалением. — Врач отпустил ее домой.

— Но я звонил домой, там никто не отвечает, — возразил Грег, жестом отказавшись от шестой чашки кофе, предложенной стюардессой.

— Вероятно, она как раз едет из больницы. Мейбл побудет с ней.

Грег никак не мог понять, почему Сэр недоволен.

— Слушай, папа, ей еще рано.

— Да не так уж рано, сынок. На две недели позже или раньше — это совершенно нормально.

Грег коротко вздохнул. В этой суматохе он забыл, что Сэр до сих пор думает, будто Джейн уже была беременна, когда они поженились.

— Ты слушаешь, Грег?

— Да, папа. Наверное, я слишком завелся. В голове все перепуталось.

Грег приехал домой на следующий день, поздним утром. Джейн открыла ему дверь, как только он вставил ключ в замочную скважину, и бросилась ему на шею.

— Я смотрю, ты опять взялась за свои штучки, солнышко, — заметил он, с готовностью обхватив ее округлую фигурку в белой развевающейся ночной рубашке.

— А, Грегори! — из кухонной двери высунулась голова Мейбл, повязанная пестрым платком. — Как хорошо, что ты вернулся.

Грег улыбнулся ей поверх плеча Джейн:

— Привет, Мейбл.

Мейбл резво просеменила через гостиную, принесла из холла чемодан Грега, схватила со стола свою сумочку.

— Надеюсь, вы не будете возражать, если я улетучусь.

— Давай посидим на диване, — предложил Грег, как только за Мейбл закрылась дверь.

Джейн осыпала его поцелуями:

— Я безумно скучала по тебе.

— Я тоже, солнышко.

— Извини, что получилась ложная тревога. Надеюсь, я не нарушила твои планы.

— Нет, конечно. — Он привлек ее поближе к себе. — Кевин сам подберет все концы.

— Несомненно, с помощью высококвалифицированной Николь, — предположила Джейн, изо всех сил стараясь соблюсти вежливость.

— Да нет. Мне вчера пришлось ее уволить. Она больше никогда не будет иметь никаких дел со мной, с тобой или с моей фирмой.

Джейн не могла скрыть свою радость.

— А почему?

— Потому что она несколько часов не передавала мне твою записку.

— Вот змея! — Джейн потянулась к конфетам, лежащим в плетеной корзиночке на стеклянном кофейном столике.

— Ты уже поедаешь это дело корзинами? — ужаснулся Грег.

— Нет, это для детишек, — объяснила она, бросив в рот конфетку со сливочной начинкой.

— Я ничего не понимаю, солнышко, — воскликнул он, потеряв терпение.

— Очень просто, — объяснила она, жуя. — Детишки наряжаются в маскарадные костюмы, ходят по домам, просят сластей…

— Нет, — перебил он, закрыв ей рот ладонью. — Я имею в виду ложные схватки.

Глаза Джейн стали огромными, она быстро проглотила конфету.

— Ох!

— У тебя осталось до срока еще как минимум полтора месяца. Но ты сказала папе, что с минуты на минуту можешь родить.

— Тебе правда было несколько схваток, — уклончиво ответила Джейн.

— Я знаю, но не кажется ли тебе, что пора прекратить этот обман? Бедняга думал, что я и впрямь чуть не пропустил рождение своего ребенка. Стал ругать меня, что я слишком затянул съемки. Я чувствовал себя просто ужасно, Джейн. Папа думает, что я не забочусь о тебе.

— Это ты бедняга, Грег, — жалобно пискнула она. — А не Сэр.

— Да я не к тому, Джейн. Не надо меня жалеть. С папой я как-нибудь разберусь. Просто я считаю, пора объяснить ему, что к чему. Сердце у него уже пришло в норму, ничего с ним не случится, если он узнает правду. Он поймет, что произошло недоразумение. Мы с тобой поженились на всю жизнь, для него это главное.

— Нет! Нет! Нет! — в отчаянии выкрикнула Джейн. — Ты не понимаешь!

— Спокойно, солнышко. — Грег поймал ее руки и стал растирать запястья. — Просто расскажи мне.

— Но ты говорил, чтобы больше никаких сюрпризов. Ты сказал это совершенно железным голосом.

— Я помню, но готов сделать еще одно исключение, — уговаривал он.

— Ты прав, нельзя больше обманывать. Это ты бедняга, Грег, а не твой отец. Ах, милый, я сто раз пыталась сказать тебе. Сэр знает настоящий срок, а ты — поддельный!

— Что? — взревел Грег, сорвавшись с дивана. — Ты оплевала меня тогда, ты отрицала все, что было в письме, а теперь оказывается, ты уже тогда была беременна?

Джейн съежилась под его угрожающим взглядом.

— Выходит, мы больше ничего не должны объяснять папе?

— Нет. Хоть это плюс.

— Почему ты это сделала?

— Ты поверишь, если я скажу? Обещаешь?

— Обещаю, — твердо сказал он. — Скажи мне правду.

— Только если ты не будешь висеть надо мной, словно хочешь откусить мне голову!

Тяжело дыша, он снова опустился на диванные подушки.

— Сначала я не знала, что беременна, — начала она. — Когда я диктовала то письмо, я имела в виду только работу. Я тогда примирилась с нашим разрывом, просто хотела восстановить справедливость в магазинных делах.

Грег озадаченно нахмурился:

— Тогда откуда попали в письмо сведения о твоей беременности?

— У бабушки особый дар распознавать будущих мам. Она что-то такое видит в глазах, что ли. — (Грег сжал губы.) — Ты обещал, что поверишь.

— Продолжай. — Он махнул рукой.

— Ну вот, она «увидела», что у меня будет ребенок. Когда она перепечатывала письмо, она вставила это среди прочего. Она узнала о ребенке раньше меня, понимаешь ты это?

— А ты когда узнала?

— Перед самой свадьбой. Поэтому и приняла твое оскорбительное предложение.

— Оскорбительное?

— Ты сам знаешь, что оскорбительное, — настаивала она. — Конечно, я и Сэра тоже не хотела ставить в неловкое положение перед его высокопоставленными друзьями. Наверное, ради него я сделала бы это и без ребенка…

— Но сначала, вероятно, заставила бы меня как следует поклянчить, — прозорливо добавил Грег.

— О, да, — подтвердила она безо всякого стеснения. — Знаешь, в каком-то смысле это было, возможно, самое лучшее начало для нас.

Грег изумленно воззрился на нее:

— Джейни… По-моему, даже ты не сможешь состряпать логичное оправдание такой безмерной лжи.

Джейн снисходительно улыбнулась.

— Если бы ты с самого начала знал, что я жду ребенка, тебе казалось бы, что тебя поймали в западню. А так ты женился на мне ради Сэра и был благодарен мне, что я согласилась помочь. Помнишь, ты хотел сделать меня счастливой?

— Да, это-то я помню, — пробормотал он, погрузившись в воспоминания о брачной ночи, переполненной эмоциями и вожделением.