Дорис Уилкс - Властный зов любви

Джоэл явно издевался. Ему нечего было терять, поэтому вся желчь, которая скопилась у него за последний год, выливалась наружу. Еще немного — и он захлебнется в собственной мерзости, подумала Хилари. Она на минутку прикрыла глаза, потом перевела взгляд на Артура. Тот стоял, скрестив руки на груди, и смотрел в окно. Он даже не удосужился повернуться к Джоэлу. Было очевидно, что тот ему просто противен.

— Но больше всего меня злило, — усмехнулся Джоэл, — что эта недотрога тебя обожала. Она бегала в твой клуб, двери которого были закрыты для меня, пока я не начал работать в твоей команде. Уж конечно, могла ли она заметить какого-то там бедного парня?! А я любил ее. И сейчас люблю.

— Именно поэтому решил подарить ее мне? — спросил Артур, не отрываясь от созерцания чего-то за окном.

Хилари поежилась: они говорили о ней, как будто ее здесь не было или она часть интерьера.

— Я все эти годы ждал, когда она полюбит меня. Но этого не случилось. Мне хотелось, чтобы она так же страдала. Я вручил ее тебе в надежде, что ты ее бросишь. Или я убедил бы ее, что ты подлец. Просто мне не хватило времени. Я понял, что ты запал на нее, когда ты рассматривал фотографию в моем офисе. И решил сыграть на этом. А еще мне нужно было, чтобы ты отвлекся и перестал мне мешать.

Артур посмотрел на Хилари. Похоже, она находилась в ступоре.

— Хилари, прости, что заставил тебя все это выслушать, — мягко сказал он. — Но я должен был это сделать, чтобы между нами ничто больше никогда не стояло. Когда ты пришла сегодня ко мне, я понял, что у Джоэла не хватило терпения. Он начал свою операцию раньше, чем планировал. И хотел сделать то же, что сделал со мной восемь лет назад. Я правильно говорю?

Хилари кивнула.

— Ты неоригинален, — обратился он уже к Джоэлу. — Теперь бы я тебя обязательно поймал. Я уже представлял себе всю цепочку.

Джоэл молчал, наклонив голову.

— Более того, я понимаю, зачем ты познакомил нас с Хилари. Ты хотел, чтобы все воспринимаюсь как битва за женщину, где оба соперника выглядят достаточно мерзко. Я бы с удовольствием сразился за эту женщину с целым легионом. Но, к счастью, она меня любит. Я не буду доставать из банка документы — пусть лежат. Достаточно того, что ты об этом знаешь. И не попадайся больше на моем пути. Никогда. Я не буду тебя топить. У тебя есть сын, который не должен стыдиться отца.

— Это еще вопрос, как отнесется к вашему роману Питер, — попытался отстоять хоть какие-то позиции Джоэл.

— Ты глуп, — спокойно возразил Артур. — Я люблю Хилари, поэтому по определению люблю мальчика. Он для меня — сын...

— А он и есть твой сын, — вдруг подала голос Хилари.

Оба мужчины повернули к ней головы и застыли с открытыми ртами.

Хилари уютно устроилась, прижавшись на кровати к Артуру, и вздохнула от счастья. Наконец она обрела дом. Только теперь она окончательно убедилась, что все эти годы жизнь ее была лишена главного смысла — принадлежать своему мужчине.

Он заметил ее вздох и погладил по голове. Он все еще не решался задать главный вопрос и ждал, когда Хилари заговорит сама. Она приподнялась на локте и заглянула ему в глаза.

— Ты ждешь, когда я расскажу?

— Можешь сделать это, когда захочешь, — серьезно ответил Артур. — Но можешь и вообще ничего не говорить. Мне не нужно спрашивать тебя, чтобы понять, что это правда. С того момента, когда я взял его на руки, мне хотелось, чтобы Питер всегда был со мной.

— Прости меня, Артур, — грустно сказала Хилари. — Я знаю, как важно для мужчины знать... И я очень благодарна тебе, что ты не заставил меня говорить там, у Джоэла. Я потом с ним объяснюсь. Это столько лет было моей тайной.

— Расскажи, — попросил он. — Пусть теперь это станет нашей тайной.

— Хорошо. Только не задавай вопросов.

Хилари помолчала, вздохнула и начала свой рассказ.

— Мне было пятнадцать лет, когда я увидела тебя впервые. Ты был так прекрасен и так далек, что я даже не мечтала приблизиться к тебе. Я приходила в клубы, смотрела на тебя и думала, что когда-нибудь стану такой же взрослой и успешной. И тогда ты заметишь меня и мы обязательно познакомимся.

А потом я выросла. У меня появились друзья, поклонники. Джоэл не отходил от меня ни на шаг. Я встречалась с ним, но никак не могла решиться на близость. Мне казалось это предательством по отношению к тебе, к своей любви. А ты продолжал не замечать меня. Кто была я? Одна из твоих поклонниц. Сколько их у тебя было?

И вот настал тот вечер. Мы столкнулись с тобой у сцены. Ты зацепился за провод, а я протянула тебе руку, чтобы ты не упал на глазах у публики. Тогда ты впервые посмотрел мне в глаза. Ты засмеялся и предложил встретиться, чтобы поблагодарить меня за спасение твоей репутации. Это ты так витиевато выразился.

У меня от счастья помутился рассудок. Неужели предмет моих мечтаний будет говорить со мной и сидеть рядом? Но все было еще прекраснее.

Мы вдвоем ушли из клуба, где было полно знакомых, и полночи гуляли по улицам. Видимо, я была так наивна, что ты не решился вести меня прямо к себе в квартиру. А может быть, тебе нравилось в ту ночь быть школьником. Лил дождь, пахло свежими листьями, теплой землей...

Потом я сама сказала, что замерзла, и ты предложил пойти к тебе погреться. Не волнуйся, ты не был совратителем малолетних. Хотя мне шел уже двадцать первый год. Я сама начала целовать тебя. У меня просто не было сил больше ждать. Ведь этой ночи могло вовсе не быть. Мне хотелось получить все.

Ты, правда, не особо сопротивлялся. Знаешь, нам было хорошо вместе. И ты и я поняли это сразу. Мы действительно созданы друг для друга.

Ты проводил меня утром и сказал, что мы обязательно увидимся. А потом началась та история, и тебе было уже не до романтических приключений. Потом ты пропал, а я не стала тебя искать. Зачем? Чтобы предъявить тебе свои права?

Через два месяца я вышла замуж за Джоэла. Я уже знала, что беременна. И решила, что это судьба. Пусть у моего сына будет другой отец, потому что мы никогда больше не встретимся.

Представляешь, каково мне было жить с этой тайной? Я проклинала каждый день и час, который провела с Джоэлом. Но я никогда бы не рассказала об этом, если бы не сегодняшний разговор. Он переступил черту, поэтому мне стало все равно. — Хилари замолчала. Она ждала. Артур имел право осуждать ее.

— Помнишь, я говорил, что помню твое лицо? — медленно проговорил он. — Значит, я не ошибался? Я действительно его помню. Но почему я не узнал тебя?

Хилари засмеялась.

— Потому что ты мужчина. А вы реагируете на внешние признаки. В те времена я была жгучей брюнеткой. Вот и все.

Артур тоже засмеялся и крепко прижал ее к себе.