Берта Эллвуд - В плену у гордости

Что-то оборвалось внутри Беатрис. Вот и все, она потеряла Эжена. Он вернулся к своей привычной деловой жизни, где для нее нет места. Месье Делакруа мог отправиться куда угодно — в Америку, в Азию, даже в Австралию.

Душевные силы разом покинули ее, и она не стала возражать, когда Мишель предложила ей остаться на ночь. Вы очень устали, скоро уже стемнеет, да и номер в отеле обойдется недешево, говорила она. Беатрис кивала, но не вникала в смысл произносимых слов.

Часа через два Лоран попытался прозвониться еще раз, но из-за неполадок на линии невозможно было установить связь даже с Марселем. Садовник объяснил, что в горных районах подобное случается нередко.

Беатрис переночевала в своей старой комнате, проснулась ни свет ни заря и тут же решила ехать. Она торопливо собралась, спустилась вниз и уложила вещи в багажник машины.

В кухне уже ждал легкий завтрак, и она с удовольствием выпила чашку свежего крепкого кофе. Сердечно поблагодарив Мишель и Лорана и распрощавшись с ними, Беатрис села за руль.

Конечно, она попросила сообщить месье, когда он вернется, о своем посещении, но в глубине души не верила, что Эжен удосужится позвонить. Оглянувшись в последний раз на старинный замок, где прошли самые страшные и самые прекрасные дни ее жизни, Беатрис распрощалась с прежними мечтаниями. Страница жизни перевернута — что ждет впереди?

Эжен нервно сжимал руль и с ненавистью смотрел на дорогу, которая, как назло, изворачивалась самым немыслимым образом. Весь мир словно ополчился против него и его любви. Не так-то просто оказалось найти Беатрис и доказать ей, что только с ним, а не с Бриджесом она будет счастлива.

Вчера, приземлившись в аэропорту Бирмингема, он сразу же бросился к ней на квартиру. Но там никого не нашел. Потом позвонил Ричарду Шеннону, и тот с явной неохотой объяснил, что его дочь временно проживает с Бриджесами, и назвал адрес.

Эжен едва не выбил кулаком стекло в телефонной будке, когда узнал, что его возлюбленная ночует в доме жениха. Однако взял себя в руки и все же поехал на такси в пригород, где находился особняк Бриджесов.

Он приготовился к нападению со стороны родственников Артура, но дверь открыла Сузан.

— Где Беатрис? — спросила она дрогнувшим голосом. Глаза ее испуганно округлились.

— Именно это я хотел бы узнать у вас, — с вызовом ответил Эжен. Он представил, как она сидит рядом с Бриджесом, поит его из ложечки, кормит виноградом, поправляет одеяло, и чуть не задохнулся от ярости.

— Разве она не с вами, мистер Делакруа?

— Нет конечно! Иначе я бы здесь не стоял. — Еще минута, и он ворвется в дом и обыщет все до последней каморки.

— И тем не менее сегодня утром она улетела во Францию, чтобы встретиться с вам. Заявила, что собирается вам что-то сказать. Бетти не знала, когда вернется, и обещала звонить. Артур идет на поправку, и она решила, что больше не нужна здесь. — Сузан распахнула дверь и пригласила его войти. — Не хотите выпить чего-нибудь?

Что, черт подери, происходит, недоумевал Эжен, боясь впустить в сознание шальную мысль. Но сердце уже захлестнула волна счастья, и он широко, по-мальчишески улыбнулся.

— Нет, благодарю вас. — Он помедлил, а потом все-таки спросил: — Беатрис и Артур все еще помолвлены?

Сузан смерила его странным взглядом, как будто перед ней стоял ребенок-переросток.

— Конечно нет. Уж вам-то это следовало знать.

Значит, он летел в Англию, а она тем временем — во Францию… Опять взаимонепонимание или единый порыв двух душ?

Не все еще потеряно, твердил Эжен, глядя в окно такси, которое стремительно несло его обратно в аэропорт. Он попытался позвонить из ближайшего автомата в замок и поговорить с Беатрис, но, к несчастью, линия оказалась занята или что-то случилось.

Теперь было два выхода: либо ждать ее в Бирмингеме, поселившись под дверью Бриджесов, либо лететь обратно во Францию в надежде перехватить ее там. Но Эжен чувствовал такое возбуждение, что не мог спокойно усидеть и двух минут. Если он останется ждать, то скорее умрет от разрыва сердца. Поэтому он купил билет на ночной рейс до Марселя и направился в ближайший бар, чтобы глотнуть бренди и успокоиться.

Ступив на французскую землю, он тут же взял напрокат машину и понесся в замок. Утреннее солнце освещало темную ленту дороги, к счастью совершенно пустынную в этот ранний час.

Эжен так углубился в свои мысли, что буквально в последний момент заметил, как из-за поворота на предельной скорости вылетает синий «пежо». Он успел резко затормозить, и обе машины, едва не столкнувшись, замерли друг против друга.

Выругавшись сквозь зубы, Эжен хлопнул дверцей и решительно направился ко второму водителю. Он собирался серьезно поговорить с маньяком, которого вообще нельзя за руль пускать.

Но вдруг сердце его дрогнуло и он замер.

Беатрис!

Да, это она медленно открыла дверцу синей машины и вышла на дорогу, обхватив себя руками за плечи. Эжен заметил темные круги под глазами, бледное лицо, опущенные уголки губ, и волна нежности захлестнула его с головой.

Он бросился к ней и заключил в объятия, крепко прижав к груди, зарылся лицом в мягкие волосы. Беатрис прильнула к нему, обхватив руками за шею.

— Эжен…

— Тихо! — приказал он. — Молчи! — И поцеловал ее в полураскрытые губы. — Ты выйдешь за меня замуж, — продолжил Эжен, не давая ей времени опомниться. — И забудешь про Бриджеса, как будто его вообще никогда не существовало. Даже если бы не было аварии, он все равно угодил бы в больницу после знакомства с моими кулаками.

Он снова поцеловал ее, словно закрепляя свое право собственника. Беатрис рассмеялась, заглядывая в серые глаза, казавшиеся в этот утренний час почти голубыми.

— Не вижу ничего смешного! — обиженно проворчал Эжен и легонько встряхнул ее за плечи. — Я делаю тебе предложение, а ты хихикаешь как школьница! Но на этот раз тебе не удастся исчезнуть без моего обручального кольца на пальце. Да и тогда я тебя не отпущу.

— А я никуда и не собираюсь, — тихо ответила молодая женщина, глядя ему в лицо. — Забудь ты, пожалуйста, про Артура, он тут совершенно ни при чем.

— Ну да, а почему же ты тогда сказала, что собираешься за него замуж? — сурово спросил Эжен, но против воли расплылся в счастливейшей улыбке. Ее лицо и сияющие глаза говорили яснее слов: он уже не сомневался, что не безразличен ей.

— По глупости, — призналась Беатрис. — Я не хотела объяснять твоей сестре все тонкости наших отношений. Это был самый простой способ закрыть тему. Но не самый удачный.

— Это точно. Ты не представляешь, что я почувствовал, когда услышал ваш разговор.