Клара Джексон - Меня не удержать

Джина кивнула, показывая, что согласна с последними словами Лидии, хотя ей было трудно сосредоточиться на беседе. Лидия слишком пристально рассматривала ее. Джина инстинктивно почувствовала, что за последние несколько секунд пала в ее глазах слишком низко. Она проглотила комок в горле. Почему люди всегда так строги друг к другу? Почему не принимают всех такими, каковы они есть?

Лидия в свою очередь ощутила беспокойство. Господи, неужели ей действительно придется провести здесь весь уик-энд? Чем они станут заниматься? От сильного запаха хвои у Лидии уже начинала болеть голова. Разве нельзя было поставить пластиковую елку, как поступают все? А эти украшения… Боже! Эльфы, гномы, олени и множество набитых ватой мышей. Губы Лидии невольно скривились в язвительной усмешке.

Джина заметила это. Ей было известно, что Лидия красит губы специальной кисточкой, а ресницы у нее накладные, из коробочки. Какой у Лидии пронзительный взгляд! Неужели она надеется на доверительную беседу? Ни за что!

— Лидия, не хотите ли кофе или бренди? — А бренди-то нет, спохватилась Джина. Мегги выпила все. И виски нет. Джина лихорадочно пыталась вспомнить, что же осталось. Водка, джин и немного коньяка…

— А нет ли случайно «пепси-колы»? — спросила Лидия.

Джина удивленно взглянула на нее. «Пепси-кола»… Ах да, конечно! Лидия, естественно, предпочитает «пепси-колу», напиток, вызывающий у Мегги отвращение.

— Кажется, есть, — ответила Джина, пряча глаза, и направилась к холодильнику.

Примерно через час Лидия заявила, что устала, и пожелала принять ванну и лечь в постель.

Проводив гостью в ванную, Джина вернулась на кухню, села за стол и подперла подбородок кулаком. Не нужно мне все это, грустно подумала она. Не нужно. Этот визит не доставляет мне никакой радости. Но ничего не поделаешь, придется терпеть. В конце концов, это мать Стенли…

Похоже, праздники обещают превратиться в тоску зеленую. А ведь действительно, встрепенулась вдруг Джина, тоска…

Спасаясь от скуки, она включила телевизор и растянулась на диване. Шел какой-то фильм. Джина посмотрела несколько минут, потом хмыкнула. Проблемы, возникшие у персонажей, показались ей слишком надуманными. Через некоторое время она уже спала…

Уик-энд был мучительным. Стенли ходил перед матерью на цыпочках, а та не переставала время от времени искоса поглядывать на Джину, которая не могла дождаться, когда Лидия покинет их. В свою очередь Лидия не могла дождаться своего отъезда. Стенли угнетала царившая в доме атмосфера, и с его лица не сходило озадаченное выражение. Когда наступило Рождество, все вскрыли пакеты с подарками, но особой радости ни у кого в глазах не обнаружилось. Праздничные блюда, приготовленные Джиной, не вызвали большого восторга, а десерт ел один Стенли.

На следующий день Джина убиралась на кухне, а Лидия собирала сумку. Стенли от нечего делать смотрел телевизор. Скука…

Проводив мать на автовокзал, Стенли прошел прямо на кухню.

— Ты не могла бы объяснить мне, что происходит? — требовательно спросил он. — Что между вами произошло? И что случилось с тобой, Джинни? — В его голосе явно сквозило раздражение.

Джина несколько секунд молча смотрела на Стенли. Он еще никогда не разговаривал с ней в подобном тоне. Как только рядом с мужиком оказывается его мать, он перестает быть похожим на самого себя!

— Ты должен был предупредить меня о том, какая зануда твоя мать, — сердито заметила Джина. — За один вечер в Лондоне я не успела узнать ее хорошенько. И вообще, почему ты так разговариваешь со мной? Я тебе не жена.

Стенли опустился на стул. Джина с первой же попытки выбила почву у него из-под ног. Когда он снова заговорил, интонации его голоса стали более чем мягкими.

— Да, я знаю. Но даже если бы ты была моей женой, я все равно не должен повышать голос на тебя. Прости.

— Я тоже погорячилась, — признала Джина. — Мне сейчас так трудно. Я уже давно хотела поговорить с тобой, но ты вечно занят…

— Что ты хочешь этим сказать?

— Разве ты не чувствуешь, что между нами происходит что-то неладное? Неужели тебя это не беспокоит?

— Беспокоит, и уже давно, — подтвердил Стенли. — Я все поджидал удобного момента, чтобы обсудить это с тобой. Я не настолько занят, как тебе кажется. Но каждый раз, когда я собирался начать серьезный разговор, оказывалось, что ты или затеяла печь пирог, или шьешь, или еще что-нибудь. А если не занята, то болтаешь по телефону с Рози или Мейбл. В остальное время ты заявляешь, что неважно чувствуешь себя, или жалуешься на головную боль.

— Как долго ты все это перечислял, — фыркнула Джина.

— Но ведь это правда! К тому же, когда приехала твоя тетушка, я из кожи вон лез, чтобы угодить ей. И, по-моему, имел полное право ожидать чего-то подобного и от тебя, когда у нас гостила моя мать.

— Я сделала все, что от меня зависело, — пожала плечами Джина. — Не моя вина, что Лидия не захотела прогуляться, потому что опасалась за свой макияж, и не моя вина, что она не может есть обычные блюда из-за язвы желудка. Не нужно вешать на меня всех собак, Стен. Все время, пока Лидия находилась здесь, она рассматривала меня под микроскопом и расспрашивала тебя за моей спиной. Мегги не задавала мне лишних вопросов на твой счет. Она повела себя благородно и была в равной степени щедра и к тебе, и ко мне. Если Мегги тебе не нравится, почему ты ни словом об этом не обмолвился? И вообще, по-твоему, выходит, что только я во всем виновата. Хватит! С меня достаточно!

— С меня тоже! — парировал Стенли.

У Джины на глазах выступили слезы. Все должно было быть совсем не так! Она надеялась, что они обо всем договорятся, как положено умным взрослым людям.

Джина порывисто подошла к Стенли, присела перед ним на корточки и взяла его руки.

— Прости меня, — попросила она. — Наша перепалка… Мы не должны так разговаривать друг с другом. И все же серьезного разговора не миновать. — Стенли хотел что-то произнести, но Джина протянула руку и прижала пальцы к его губам. — Нет, помолчи! Мне необходимо кое-что сказать тебе. Если я не сделаю этого сейчас, то потом уже не решусь. Видишь ли, я с самого начала лгала самой себе. Я приехала сюда, убедив себя, что прослушаю здесь курс лекций. Поначалу я сама в это верила. Я старалась подстроиться к университету, к тебе и даже к себе. Я пыталась подражать Мейбл, потому что мне казалось, что ты этого хочешь. Потом я стала подражать Рози, потому что видела, что ты одобрительно поглядываешь на нее. Когда это не сработало, я решила попробовать реализовать комбинацию из них обеих. Я старалась быть кем угодно, только не самой собой. На некоторое время я как будто потеряла себя из виду. Я сознаю, что не являюсь совершенной личностью, но все же я — это я. Сейчас мне придется заново собирать себя по кусочкам.