Элис Маккинли - Камелии для Камиллы

— Ты слишком строга к себе, — успокаивала подругу Эмили.

Они уже давно бросили разглядывать книги и теперь стояли без дела у стеллажей. Прошло несколько минут, прежде чем Камилла взяла себя в руки. Она все же купила какую-то энциклопедию, которую поручили нести Нику. Теперь Эмили и Камилла шли за ним, продолжая прерванный разговор.

— Несколько дней назад после поездки в Сохо я поняла, что хочу взглянуть на дом, который мы с Кайсом посетили в ночь знакомства. Я тогда запомнила адрес, и таксист подвез меня прямо к калитке. В окнах первого этажа горел свет. Я боролась с желанием позвонить в дверь, узнать, кто здесь живет, не знают ли хозяева прежнего владельца. Но потом заметила, что в столовой собрались муж, жена и чудесный малыш. Я словно видела идеальный сценарий, не состоявшийся в моей жизни. И только тогда поняла всю глупость своей затеи. Мы с Кайсом провели в доме всего несколько часов, а состоятельным людям охотно сдают пустующее жилье, не вдаваясь в подробности. Нынешние жильцы, наверное, знать не знают о каком-то арабе.

— Видишь, ты сама понимаешь бессмысленность подобных поступков.

— Обычно я осознаю это, испытав разочарование. Ты не знаешь, каково остаться один на один со своими мыслями. Я могу бесконечно рассказывать о Кайсе тебе, маме, Нику, но вы не знали его. У вас есть мнение, сформированное под воздействием моих слов. А я хочу услышать впечатления людей, которые встречали Кайса в обычной жизни, разговаривали с ним, ценили за какие-то качества. Удивительно, даже мои подруги — Элис и Джуди — разъехались в самые разные уголки планеты. Ведь нас троих спасли от изнасилования охранники Кайса. Всего полгода назад они жили в Лондоне и были вполне довольны. Теперь одна отправилась в Новую Зеландию, а другая живет в Перу.

— Судьба подает тебе знаки, — заключила Эмили. — Не нужно цепляться за прошлое. Отпусти свои воспоминания, пусть они забудутся, притупится острота ощущений. Ты сама себя изводишь.

Незаметно они подошли к Кенсингтонскому дворцу. Королевской резиденцией он стал примерно двести лет назад. Здесь расхаживали туристы, поодиночке и группами, беспрерывно щелкая фотоаппаратами. Камилла знала, что, если повезет, можно увидеть кого-нибудь из членов королевской семьи. Они наведываются сюда время от времени, а с целью максимального удобства поле перед дворцом служило взлетно-посадочной площадкой для вертолетов.

— Зачем мы пришли в этот сумасшедший дом? — попенял своим спутницам Ник. — Разве не вы хотели тишины и покоя? — Но дать волю своему возмущению ему не позволил зазвонивший телефон. — Только не она! — запротестовал Ник и с обреченным видом ответил на звонок.

— Аделин по-прежнему несносна? — поинтересовалась Камилла.

— Чаще да. Хотя в ней начинает просыпаться любовь к будущему внуку или внучке. Думаю, со временем она переключит свою неуемную опеку на ребенка и нам станет полегче.

— Предлагаю посидеть на лавочке.

— Принимается. У меня есть одеяло специально для этих целей. Ник!

— Я должен идти, мама, — поспешил закончить разговор Ник и с радостью присоединился к дамам.

Сидеть молча и наслаждаться свежим воздухом, чистым небом, красивым пейзажем оказалось ничуть не хуже, чем разговаривать. Камилла невольно разглядывала проходящих мимо людей. Среди туристов иногда попадались арабы, и тогда ее сердце замирало в ожидании чуда, но ничего не происходило. До нее доносились обрывки разговора Ника и Эмили.

— Тебе привиделось, дорогая, — говорил Ник.

— Я пока нахожусь в здравом уме.

— Это все ваши разговоры с Камиллой.

— Тише, вдруг она услышит! Не надо волновать ее по пустякам.

— Видишь, ты сама признаешь абсурдность своих слов.

— Ник, клянусь, он выходил из машины минуту назад, когда я оглянулась.

— Ты видела его всего один раз, сквозь штору.

— Ты сомневаешься в моей памяти на лица?! — возмутилась Эмили. — Между прочим, я всегда узнаю наших бывших одноклассников быстрее, чем ты.

— Это не показатель!

— Ну хорошо, приведу другой пример…

Камилла не стала больше слушать. Кого видела Эмили? Ответ напрашивался сам собой — только Кайса. Они вместе прятались в комнате, когда Омран разговаривал с сыновьями. Только она в пылу спора с Ником забыла, что встречалась с Кайсом в «Оазисе». Но у бедного Ника нет козырей против упреков Эмили. Сейчас он сдастся и объявит себя без пяти минут склеротиком. Камилла усмехнулась собственным мыслям. Нет, это действительно похоже на бред. Она заморочила Эмили голову своими признаниями. Эти арабы-туристы, снующие по парку, введут в заблуждение любого, тем более впечатлительную беременную женщину.

— Пора двигаться дальше, — объявил Ник.

Они побрели к выходу и успели отойти на значительное расстояние, когда Камилла спохватилась — похоже, она оставила на скамейке сумочку.

— Ник сейчас принесет, — с готовностью предложила Эмили.

— Лучше я сама, а вы подождите меня у озера.

Ветер развевал ее волосы, выбивавшиеся из-под вязаной шапочки. Полы длинного классического пальто распахивались в такт каждому шагу, открывая взору простые джинсы. Она не смотрела по сторонам. Лицо без намека на косметику, с прозрачной белой кожей на фоне черных глаз — Камилла даже в повседневной жизни выглядела лучше любых моделей, улыбающихся со страниц глянцевых журналов.

Камилла не смотрела на дорогу и поплатилась. Слова извинения застыли на губах, когда Камилла встретилась взглядом с другим участником столкновения. Она зажмурилась, пытаясь отогнать наваждение, но Кайс никуда не исчез. Наоборот, он протянул руку и, касаясь ее плеча, ласково спросил:

— Ты не ударилась?

— Что… что ты здесь делаешь?

— Долго объяснять. Может быть, ты согласишься прогуляться со мной?

— Конечно. Только мне нужно предупредить друзей.

Камилла обернулась и увидела радостные лица Ника и Эмили. Они закивали в ответ на ее жесты, поворачиваясь спиной к влюбленным. Спустя мгновение она почувствовала, как подкашиваются ноги и меркнет свет.

— Камилла, очнись! Открой глаза!

Она пришла в себя на той самой скамейке, в объятиях Кайса.

— Ты здорово напугала меня, — сказал он в ответ на ее робкую улыбку. — Надо показать тебя врачу. Идем, моя машина недалеко.

— Нет, ты зря беспокоишься. Мне даже не пришлось ждать подходящего момента, чтобы сказать тебе…

— Говори, я внимательно слушаю.

— Кайс, у нас будет ребенок. После той ночи… В общем, я забеременела. Ты не виноват, я сама захотела оставить память о тебе. Но это обстоятельство не накладывает на тебя никаких обязательств. Ты свободен. — Она все сказала. Раз уж так вышло, ей пришлось рассказать о ребенке раньше, чем стали известны причины его приезда. Кайс не должен чувствовать себя загнанным в угол.