Джульетта Армстронг - Остров цветущих апельсинов

– Не за что. Я стараюсь быть вежливой и приветливой ко всем нашим гостям.

– Я думал, возможно, они вам понравились – как вы понравились им!

Ирэн стояла к нему спиной, но сейчас обернулась.

– Честно говоря, да. Поэтому, как видите, тем меньше причин меня благодарить. – Она говорила спокойно, с легкой улыбкой, однако Дэвид покраснел от раздражения.

– Мы что, не можем цивилизованно общаться? – возмутился он. – При каждом моем слове вы сразу выставляете все свои колючки.

– Вы называете меня дикобразом? Прошлый раз это был тигр!

– Тигр? – Он взглянул на нее, словно недоумевая. – Вы верно бредите! На чем я остановился? – Ирэн порозовела, и Дэвид произнес с неожиданно веселой улыбкой: – Ах да. Мы говорили о поцелуе.

Она прекрасно знала, что он только притворяется, что забыл это нелепое замечание, но, разумеется, не собиралась спорить. Зря она упомянула о тигре, но слово просто сорвалось с языка.

– О чем вы хотите со мной поговорить? – ледяным тоном поинтересовалась Ирэн.

– Хочу знать, согласны ли вы на мою помощь в выборе машины, которую собирается купить вам бабушка. Совершенно не удивлюсь, если вы предпочтете другого советчика. Ваш друг Андреас Николаидес, вероятно, знает об иностранных машинах больше, ведь он так долго жил в Европе и Штатах.

– Пожалуй. Но его предложения могут быть слишком экстравагантны. Не хочется вводить бабушку в ненужные расходы.

– Будьте уверены, я этого не сделаю. Возвращаясь к сути дела, давайте на несколько часов заключим мир и после обеда съездим в Кирению, взглянем на мою находку? Отвезем мисс Тейлор и Джози в этот домик, о котором мы так много слышали, а после заедем в гараж.

– Вы очень любезны. Но, Дэвид, – она затаила дыхание, – не хочу пока, чтобы об этом знали, возможно, в ближайшее время я вернусь в Англию.

– Хотите сказать – в гости?

Она отрицательно покачала головой:

– Нет, навсегда.

– Ясно. – Его голос звучал удивительно бесстрастно. – Плохие вести для вашей бабушки и бедного старого «Гермеса».

– И, боюсь, для Джози. Кстати, не хочу, чтобы об этом услышала девочка.

– Вы обо мне говорите? – Джози вбежала в буфетную. – О чем я не должна услышать? Надеюсь, ничего не случилось!

Ситуацию спас Дэвид:

– Моя дорогая, у тебя ведь скоро день рождения? Возможно, мы обсуждаем очень вкусное угощение для тебя!

После мгновенного сомнения лицо девочки прояснилось. Она потянулась обнять Дэвида, и он поднял ее на руки и поцеловал.

– Дядя Дэвид, как я тебя люблю! – воскликнула она. Затем, вырвавшись, подбежала к Ирэн: – Но тебя сильнее. Ты самая любимая. Но дядя Дэвид и бабушка, они начинают – только начинают – догонять.

Позднее, между прочим, помогая сестре переносить вазы в столовую, девочка произнесла обеспокоившую Ирэн фразу:

– Я рада, что вы с дядей Дэвидом говорили о моем дне рождения. Знаю, это глупо. Но иногда я все еще немного пугаюсь. Особенно когда слышу: «Девочка не должна слышать…»

Ирэн ободряюще улыбнулась:

– А сейчас ты счастлива?

– Почти всегда. Только прошлой ночью мне приснилось, что я вернулась с тетей Этель в Майда-Вале, а ты осталась здесь с бабушкой. Я немного поплакала, когда проснулась, но очень тихо, чтобы не разбудить тебя.

Они вошли в пустую сейчас столовую, где несколько официантов накрывали столы к ленчу, и отдали первую партию ваз.

Потом Ирэн поделилась с сестренкой:

– У меня тоже иногда бывают глупые сны. Я просто не обращаю на них внимания. Знаешь пословицу: «Сны сбываются наоборот».

– Это значит, ты у тети Этель, а я остаюсь с бабушкой, мне это не нравится – не хочу все время думать, как изводит тебя тетя Этель!

Ирэн удалось рассмеяться. Она подумала о том, не пора ли проверить реакцию Джози на возможный брак с Гаем, как бы в шутку упомянув о такой возможности. Но не смогла себя заставить. Как ни странно, не от приступа малодушия. А потому, что вдруг с ослепительной ясностью поняла, что по непонятной и пугающей причине больше не хочет замуж за Гая и никогда за него не выйдет.

В тот же день после обеда она сказала бабушке о своем решении. Миссис Вассилу, прямая в своем высоком кресле, медленно кивнула.

– Я догадывалась, что так и случится, – тихо произнесла она. – И совершенно уверена, что перемена твоего положения в целом после прошлого Рождества, а не благополучие Джози заставляет тебя сказать «нет» этому мужчине. Счастье Джози в безопасности, хотя первое время она будет скучать по тебе, если ты вернешься в Англию. У тебя есть свобода выбора – как и должно быть.

– Ты права, бабушка. Если бы я все еще любила Гая, то не мучилась бы, как поступить. – Она помедлила. – Не хочу огорчать Гая, но уверена, он скоро встретит другую девушку.

– И ты сама найдешь другого мужчину, – спокойно добавила миссис Вассилу. – На Кипре много привлекательных мужчин, которые могут стать хорошими мужьями. Ты еще мало их видела. – Бабушка слегка улыбнулась. – В деревнях до сих пор прибегают к свахам. Знаешь, у них есть свои преимущества. Ирэн улыбнулась в ответ.

– Когда напишу письмо Гаю и отправлю его, – твердо сказала она, – почувствую себя свободной. И хочу такой оставаться.

И когда письмо – вежливое, но твердое – оказалось на почте, у Ирэн словно камень свалился с сердца. Теперь она могла безмятежно жить в настоящем, ее не беспокоили ни сожаления о прошлом, ни будущие проблемы.

Она приняла приглашение Дэвида поехать с ним в Кирению и взглянуть на машину, которую тот считал самой подходящей для нее. И на той же неделе они отправились в путь, мисс Тейлор и Джози весело болтали за спиной Дэвида.

Сначала они поехали к домику, снятому мисс Тейлор по договоренности с юристом на год, и оставили ее там с Джози дожидаться возвращения Ирэн. Девочка уже предвкушала прогулки на новой машине.

– К вашему приезду из города мы приготовим чай, – пообещала мисс Тейлор, а Джози, прыгая вокруг них словно воробей, добавила, что покажет им дом и сад.

Оставшись наедине с Ирэн перед последней милей до Кирении, Дэвид заметил, что, раз они соблюдают мирное соглашение, считает вполне уместным выразить свою радость от ее решения остаться с бабушкой.

– Она бы тосковала по вам намного сильнее, чем способна признать, – добавил он, похоже, старательно избегая любого оттенка личной заинтересованности. – После смерти вашей матери, а потом мужа – двух самых важных людей в ее жизни – она осталась одна, несмотря на множество друзей и родственников.

– После смерти родителей мы тоже очень страдали от одиночества в Лондоне с тетей, которая нас не любила. – Лицо Дэвида помрачнело. – Иногда мне кажется, я никогда не смогу простить ей то, что она сделала с Джози.