Грубиян на одну ночь - Мария Летова

панику, то в трепет. Я пытаюсь злиться, потому что Глеб влез в мои дела без разрешения, но не могу. Мне никогда не было так мерзко, как вчера. Я понимаю желание любого человека при мозгах не связываться с Петровским, я не маленькая, но все равно не хочу видеть никого из них. Ни Влада, ни Чернышова, ни Романова.

Кажется, порог дома Калинкина я вообще больше никогда не переступлю.

Обводя кончиками пальцев мышцы груди и живота, открываю глаза.

В комнате светло, и я вижу каждый нюанс лежащего подо мной тела. Как чуть загорелая кожа натягивается на мощном каркасе мышц. Покрытое густыми темными волосками бедро чуть откинуто в сторону, второе я обнимаю своими ногами.

Обвожу круглый, идеально завязанный пупок, кусая губу, потому что это идеальная работа[П1] . Зарываюсь пальцами в темную дорожку, убегающую в трусы. Под тонкой хлопковой тканью огромный, сумасшедше возбуждающий бугор.

Накрыв его ладонью, сжимаю каменный член.

— Ммм… — сжав в кулак свою жилистую руку, Стрельцов хрипло спрашивает. — Ты же не динамщица?

Механизмы утренней мужской эрекции давно для меня не секрет, поэтому таким же хриплым голосом спрашиваю:

— А ты ведь не в туалет хочешь? — просовываю в его трусы руку.

— Ммм… пффф… я потерплю, — сдвигает их вниз. — Отлить в таком состоянии я не смогу даже под героином.

Его большая, увитая венами эрекция падает на живот.

От возбуждения у меня троится в глазах.

Приняв вертикальное положение, седлаю его бедра.

Наблюдает за мной из-под полуопущенных век. Вытянув вдоль тела руки, ладонями сжимает мои лодыжки и приоткрывает губы.

Мне кажется, что если буду смотреть в его глаза, он все поймет. Все! Что я боюсь своих чувств. Что я безвольная.

Глядя в потолок, стягиваю с себя его футболку и отбрасываю ее в сторону.

Мои соски напряжены и чувствительны, а от его взгляда между ног собирается влага.

Делает глубокий вдох, от которого раздувается грудь, и скользит этим убийственно горячим взглядом по моему телу.

Сжимающие лодыжки пальцы напрягаются.

Опустив глаза, вижу кусок его плоского живота и лежащий на нем твердый член между своих бёдер.

Картина заставляет мое белье снова намокнуть.

Сползаю вниз и встаю на колени между его ног.

Обхватив горячий ствол у основания, погружаю в рот гладкую набухшую головку.

— Ммм… — стонет, запрокидывая на подушку голову и напрягая шею.

Звук такой низкий и интимный, что между ног начинает покалывать.

Опустив подбородок, почерневшими глазами Глеб наблюдает за тем, как его член медленно двигается у меня во рту, как ласкаю языком выступающее на стволе вены. Выражение его лица такое жгучее. Во мне просыпается настоящий тактильный голод. Хочу его касаться. Пробовать.

Продолжая сжимать его в кулаке, выпрямляюсь и второй рукой стаскиваю с себя белье.

На его груди проступил пот. На моей спине тоже, потому что уличная духота льется в открытое окно.

Снова седлаю его бедра и, приподнявшись, направляю в себя его эрекцию.

Стонем, наполняя комнату звуками нашего секса.

Шершавые грубоватые ладони накрывают мою грудь. Сжимают. Гладят спину, живот, бедра, пока медленно раскачиваюсь на нем, сходя с ума от мощи его тела подо мной.

Его глаза бездумно оглаживают мое тело. Опускаются туда, где я насаживаюсь на него со стонами. Обхватив мою талию, начинает двигаться навстречу, и эти удары заставляют меня дрожать.

— Глеб… — шепчу, откидывая голову.

Ягодицы бьются о его каменные берда.

Не думаю, что смогу испытать оргазм в этой позе, но мне все равно.

Я хочу, чтобы испытал он. Его удовольствие становится для меня важнее своего, но он с этим несогласен.

Сжав внутреннюю сторону моего бедра у основания, раскрывает меня большим пальцем, заставляя тереться о него при каждом движении.

Он близко, а я нет.

Пытаюсь поймать свой оргазм, но он ускользает.

— Все нормально… — выдыхаю. — Ты первый…

В ответ он переворачивает меня на спину и вжимает в матрас, закинув на плечо мою ног. Входит в меня под таким углом, от которого я выкрикиваю громкое ругательство. Его губы кусают мою шею. Выгнув ее, просовываю между нами руку и с жалобными стонами тру свой клитор, умоляя его не останавливаться.

Мой оргазм, как фейерверк.

Выпустив мою ногу, продолжает двигаться, догоняя меня в три жестких нетерпеливых толчка.

Цепляясь за влажную спину Стрельцова, бедрами сжимаю его талию, пока он комкает в кулаке мои волосы, уткнувшись в них носом.

Меня потряхивает, и я не хочу его отпускать. До боли закусив губу, наслаждаюсь его тяжестью и рваным дыханием рядом с ухом. Повернув голову, прижимаюсь губами к его влажной шее.

Понимая, что я пропала и мне конец.

Трель будильника заставляет Глеба чертыхнуться.

Сделав глубокий вдох рядом с моей шеей, он скатывается с меня и вскакивает с дивана.

Чертовски бодрый, чего не скажешь обо мне.

Я потеряна, и все еще не пришла в себя после оргазма.

Поправив трусы, Глеб берет с тумбочки телефон и отключает будильник.

— Который час? — спрашиваю сипло, перевернувшись на живот.

— Семь, — бросает на меня взгляд исподлобья.

— Черт… — бормочу, прикрывая глаза.

Я в жизни не опаздывала на работу. Я всегда приезжаю в офис первая.

— Я в душ. Кофе будешь?

— Нет. Мне нужно домой, переодеться, — ищу свои трусы, вороша простыни.

— Ладно, — идет в ванную. — Я