Седьмая жизнь - Алёна Берндт

– Буквально десять минут, просто увидеть тебя хочу, хоть немного поболтать…

Катя и Даша, слышавшая разговор, в замешательстве смотрели друг на друга… если Катя откажется, Никита может что-то заподозрить, но и идти было страшно.

– Хорошо, только ненадолго, ладно? Мы завтра утром рано собирались по магазинам выбраться, пока народу поменьше, – соврала Катя, – Купить кое-что к новому году…

– Да, хорошо, тогда выходи, я подъезжаю, – по голосу Никиты было слышно, что он обрадовался ответу.

– Вместе пойдем, – буркнула Даша, – Я в подъезде постою, у двери. Приоткроем немного её. И вот еще, возьми перцовый баллончик, который Ирина дала. Мало ли…

– Да ну, ничего он не сделает, возле подъезда, ты что! Тут вон на магазине камеры, на банке тоже, не совсем же он дурак.

– Все равно вместе пошли, я тут сидеть не смогу!

Когда Никита вышел из машины, Катя стояла на крыльце у подъезда, кутаясь в куртку. Было заметно, что парень в отличном настроении, в руке у него был букет цветов.

– Катюша, привет! Прости, что тебя выдернул на улицу…так хотелось увидеться. Может быть, поедем куда-нибудь, поужинаем, или потанцевать в клуб? Мы так редко видимся в последнее время, я очень скучаю… Вот это тебе.

– Спасибо за цветы, очень красивые. А ужинать… нам же, девочкам, нужно собраться заранее, сам понимаешь, – Катя постаралась говорить непринужденно, хотя ее саму от волнения немного трясло, – Давай лучше отложим на другой день, хорошо? И меня там Дашка ждет, я пойду….

– Катюш…ну еще хоть пять минут давай постоим, – попросил Никита, и взял Катю за руку, – Скорее бы уже второе число и наша поездка… Слушай, а может давай пораньше рванем? Я прямо сейчас позвоню и перебронирую наш номер, побудем вдвоем… Давай тридцать первого и улетим, отметим новый год вдвоём!

– Меня с работы никто не отпустит, ты же знаешь, конец года. Да и я уже обещала сестре и семье, что с ними буду в новогоднюю ночь. Давай ничего не станем менять, – Катя рассмеялась, и тут в ее кармане зазвонил телефон.

– Ой, Дашка звонит, меня потеряла. Ну всё, я побежала, давай завтра созвонимся! Пока!

Когда девушки вернулись в квартиру, то увидели, что машина Никиты стояла возле дома еще минут пятнадцать-двадцать, а потом он уехал.

– Я стала тебе звонить, потому что Паше набрала, он сказал, чтоб долго ты там не стояла, – сказала Даша, – Вообще, какая-то детективная история, скорее бы закончилась! Трясусь за тебя каждый раз теперь, что у них на уме, кто знает!

Снова обсудив все пришедшие в голову версии, девушки немного успокоились и устало разбрелись по комнатам, была уже глубокая ночь.

А в пять утра Катя подскочила на кровати от звонка своего телефона – звонил Павел:

– Катя, слушай внимательно! Из дома никуда не выходите, ни ты, ни Даша! Дверь никому не открывать, кто бы ни стучал – горгаз, полиция или сантехники – кто угодно! Только мне или Ирине, больше никому! Ты поняла?!

– Да… да! Паша, что случилось? С тобой всё хорошо? – у Кати пересохло в горле от накатившего липкого и холодного страха.

– Всё хорошо, не волнуйся. Я скоро приеду, возможно ближе к обеду, тогда и поговорим!

Паша отключился, растерянная Катя смотрела на потухший экран телефона, в дверь спальни заглядывала заспанная, и не менее испуганная Даша. Обе они понимали, что-то произошло, и это что-то связано с Никитой…

Только Шубка сладко потягивался, растянувшись на Катином одеяле, будто уж он-то всё-всё на свете уже знал.

Глава 31

Несмотря на совсем ещё раннее утро, ни Катя, ни Даша так и не смогли больше уснуть. Молча сидели они в небольшой кухоньке, из турки на плите поднималась невесомая струйка ароматного пара.

– Ничего нет хуже, чем вот так ждать, – вздохнула Даша, – И не позвонить, ничего…

– Я Ирине звонила, пока ты в ванной была, – ответила Катя, – Она тоже ничего не знает, Паша сказал ей то же самое, что и нам – ждать его звонка. Рассказала, что ему кто-то позвонил ночью, он сразу же собрался и уехал.

– Ух, как же мне хочется узнать, что этой «сладкой парочке» прищемили хвосты! Да ради такой новости я готова хоть всю неделю взаперти просидеть!

– Ну, не думаю, что это случилось, – покачала Катя в ответ на слова сестры, – Они столько времени водили всех за нос, да и прокололись-то совершенно случайно. Если бы не твоё несостоявшееся свидание, мы бы до си пор ничего не знали. И уехала бы я с ним в Питер, и кто знает…может быть обратно уже бы и не вернулась! Ты знаешь, Дашка… самое противное, что он мне начал нравиться…. Думала, что раз уж так долго он со мной, несмотря на моё недоверие, то может быть вот оно…настоящее! А оказалось – снова я чуть не вляпалась!

– Да ладно тебе себя-то есть. Времена такие что ли… все мы теперь частенько как ты сказала «вляпываемся». Хоть меня вот возьми… сама знаешь, что рассказывать! А всё равно я верю, что будет еще оно, то самое, настоящее. Правда, Шубейкин? До чего же ты, парень, хорош! Будь я кошкой, я б в тебя влюбилась по самые уши!

Кот благостно жмурился и сидел на стуле рядом с Катей. На стул от окна падали лучи позднего зимнего солнца, золотили чёрную Шубкину шёрстку, день выдался морозный и по-настоящему зимний. Это были первые морозы в Подмосковье, до этого температура была еще почти осенняя, хотя снега уже выпало много. Катя думала, что сегодня было бы здорово погулять по заснеженному скверу, где деревья оделись в шали из белого пушистого инея… Взять Шубку в его «телевизоре», как звала переноску Даша, чтобы он тоже полюбовался зимой, посмотрел на весёлых воробьёв, скачущих по ветвям, стряхивая с них белую снежную пыльцу.

– Кать, ты чего, заснула что ли? – Даша тронула сестру за руку, – Говорю, завтракать будем? Кашу думаю сварить.

– Да, ты знаешь, в сон меня клонит, – ответила Катя, – Вчера сидели долго, сегодня Паша в пять позвонил, почти и не спали… Ты завтракай, а я пойду прилягу, может усну