Уэнди Этерингтон - Пожар страсти

Уэс подавил в себе желание обнять ее и отнести в квартиру на руках. Он сделает это позднее. А сначала надо найти дорожку к ее сердцу.

В двух шагах от двери девушка ощутила его присутствие, но не подняла головы.

– Мы ведь уже попрощались.

– Это ты попрощалась. А я нет.

Отпирая замок, она наконец посмотрела на него.

У нее не было сил снова все ему объяснять. Просто не было сил.

– Можешь помочь мне складывать чемодан, если хочешь.

– Ты никуда не поедешь сегодня, – твердо сказал он, заходя в квартиру за ней.

Кара устало вздохнула и повернулась к нему.

– Буду делать все, что сочту нужным.

– Я хочу, чтобы ты осталась. Сегодня. И навсегда.

Слезы жгли ей глаза. Господи, помоги! Разве может она подчиниться чувствам и выполнить клятву одновременно? И заниматься тем, что выбрала делом своей жизни? Она не сумеет совмещать работу и любовь. И последняя неделя доказала это.

– Я не могу. Мне пора собираться. – Кара пошла в спальню и стала собирать вешалки из гардероба.

Уэс выхватил одежду у нее из рук.

– Если ты уедешь, я поеду с тобой. – Он бросил вещи на кровать и взял ее за руку. – Мы будем жить так, как ты захочешь.

– Я и так живу, как хочу. – Кара посмотрела ему в глаза.

– Я понимаю, ты мечтаешь избавить людей от того ужаса, через который прошла, защитить их. Я тоже. Ты стремишься добиться справедливости в мире, где она не всегда торжествует. И я разделяю твое стремление. Ты хочешь контролировать свою жизнь, хочешь, чтобы тебя уважали. Но это уже так. – Он помолчал. – Много лет работа стоит для меня на первом месте. Поверь, до встречи с тобой никто не заставил меня усомниться в этом. Но теперь для меня самое главное в жизни – ты. – Уэс провел пальцем по ее забинтованной руке. – Скажи, что не чувствуешь того же ко мне, и я тут же уйду. Скажи, что не любишь меня.

Кара вскинула голову и встретилась с ним взглядом. Голубизна его глаз пленяла. Она не могла сказать ему это, как не могла бы перестать дышать.

Ее молчание обрадовало ее. Уэс поцеловал ее в лоб.

– Ты можешь жить своей жизнью, даже если твоих родителей больше нет.

Он понимал ее как никто. И это неудивительно.

Ее прошлое было таким же трагическим, как его.

Девушка закрыла глаза.

– Стоя над могилами родителей, я обещала себе, что до конца своих дней буду сражаться за них. Я не могу забыть об этом.

Уэс сжал ее руки.

– Ты сражалась. И я не прошу тебя остановиться.

Теперь мы будем сражаться вместе. Я не стану ограничивать тебя. Если тебе понадобится помощь или совет, я буду рядом. Но я не собираюсь указывать тебе, как жить, мешать тебе или губить твою карьеру.

Твое право решать это. Просто позволь мне любить тебя.

Она вспомнила, как на протяжении последних дней он заботился о ней, поддерживал, ласкал ее тело и, главное, понимал ее. Как делился самым сокровенным. Как замечательно было работать с ним, даже когда они спорили. Разве сможет кто-то стать ей так же близок, как он?

Нет. Она полюбила его на всю жизнь.

Но впереди ждали только неизвестность, темнота и призрачные надежды.

– Все, кто любил меня, уходили.

– Умирали.

– Да.

Уэс притянул ее к себе, положив ее голову себе на плечо.

– Не могу обещать, что никогда не умру. Но по своей воле никогда тебя не брошу!

– Я так сильно тебя люблю, что мне страшно, – прошептала Кара.

Он вздохнул и поцеловал ее в лоб.

– Ну наконец-то. Я уже думал, что мне придется преследовать тебя ближайшие лет пятьдесят, чтобы услышать это.

Она легонько толкнула его в бок.

– Инквизитор, вот ты кто! – Кара посмотрела ему в глаза. – Мы знакомы меньше недели.

Уэс приподнял брови и взглянул на часы.

– Позвольте, капитан, мы знакомы ровно неделю.

Уже вторник. Почти два часа ночи.

– А кажется, что прошел год.

– Это комплимент?

Девушка обняла его за шею и прижалась к нему.

Она никогда не перестанет любить его и благодарить за то, что остановил, не отпустил от себя.

Ее израненное тело отозвалось на его прикосновение, зажглось, затрепетало. Несмотря на усталость и боль, ей хотелось показать ему, как много он для нее значит. Кара притянула его к себе и начала расстегивать пуговицы его рубашки.

– Ты же вся в синяках.

Она лукаво улыбнулась.

– Уверена, ты будешь нежным.

Уэс убрал локон с ее лба, провел ладонью по шее под воротником рубашки.

– Думаю, мне стоит перевестись в полицию Атланты.

Кара расстегнула его рубашку и пробежала пальцами по груди, теплой и мускулистой.

– Атланты? – повторила она, наконец поняв, что он сказал. – Зачем?

– Я не сторонник отношений на расстоянии.

– Я могу переехать сюда.

Уэс слегка отстранился и посмотрел на нее.

– Можешь?

– Разумеется. Мое начальство пойдет мне навстречу.

– Что-то мне подсказывает, что я скоро начну ревновать тебя к губернатору.

Она стянула рубашку с его плеч, с рук и бросила на пол.

– Не надо. Подожди-ка минутку. Если я перееду в Бэкстер, мне что же, придется ходить по магазинам с Моникой и Скайлер?

– Время от времени.

– Пожалуй, чаще всего я буду заходить в магазин нижнего белья Скай.

Уэс засмеялся. И у нее на душе стало светло и спокойно. Кара поклялась себе, что в будущем они будут много смеяться. Что она не позволит прошлому испортить их жизнь, не позволит бедам, выпавшим на долю обоих, омрачить их счастье.

Она поцеловала ямочку у его шеи. Ей очень нравилось это место. Почему-то именно там концентрировался его аромат.

Но тут раздался привычный перезвон сотового телефона.

– Ну вот, на самом интересном месте, – пробормотал Уэс и сунул руку в карман. Телефон он поднес к уху так, чтобы и она могла слышать. – Идите к черту, я занят, – сказал он в трубку.

– Вы правда арестовали Роберта Эдисона? спросил знакомый голос.

– Кто это? – насторожился Уэс.

– Роланд Паттерсон. Владелец зоомагазина.

Уэс округлил глаза.

– Откуда у вас мой номер?

Да, тут слухи распространяются со скоростью звука, как в деревне, подумала Кара. Эдисона схватили меньше двух часов назад.

– Мы с вашей сестрой приятельствуем, – вздохнул Паттерсон. – Так это правда?

– Да. До свиданья.

– Мне так приятно осознавать, что я принял посильное участие в деле и оказал помощь следствию, продолжил Паттерсон, словно и не слышал прощания.

– Вы? – Уэс недоуменно посмотрел на Кару. – Каким образом?

– Хммм. Имя Джордж вам что-нибудь говорит?

Загадочный информатор, ловко поменявший внешность? Откуда Паттерсону о нем известно?

– Какой Джордж?

– Владелец весьма важных расписок.

– Что вы знаете о Джордже и расписках?