Марианна Лесли - Хозяйка Эллиот-мэнора

Темные, мрачные тучи сгущались над горизонтом, острые огненные молнии разрезали небо и исчезали прямо в воде. Прохладный ветер дул в лицо Виктории. Она наблюдала, как далеко в море зарождается гроза. Скоро она придет и сюда. Ей придется покинуть берег, но не сейчас…

Виктория сидела на густом зеленом ковре, обхватив руками колени, подставив лицо освежающему ветру. Она с детства любила грозу в поместье и всегда испытывала какое-то странное возбуждение, наблюдая за разбушевавшейся стихией.

Неслышно подошла Миранда, обдав Викторию легким ароматом вербены. Браслеты на руках матери тихо зазвенели, когда она опустилась рядом с дочерью на траву.

– Люблю грозу, – тихо проговорила Виктория, не отрывая взгляда от почерневшего океана, поверхность которого была усеяна бурунами, похожими на пивную пену.

– Я знаю, – отозвалась Миранда. – Когда ты была маленькая, я часто находила тебя здесь во время шторма под пронизывающим ветром и дождем. Казалось, что ты принадлежишь этому месту, сливаешься со стихией, являешься неотъемлемой ее частью.

Виктория улыбнулась. Она чувствовала то же самое.

– Я уже выросла, стала старше и мудрей.

– Но я по-прежнему нахожу тебя здесь.

– Гроза еще не пришла. – Виктория повернулась к матери. Русые волосы Миранды развевались по ветру, гладкое, почти без морщин лицо было очень красиво, как и в годы молодости. – Как ты, мама? У нас даже не было возможности поговорить.

– Я думаю, что уже оправилась от потрясения. А ты?

– Мне кажется, я тоже. Я наблюдала за вами эти два дня. Как идут дела? Миранда пожала плечами.

– Не знаю. Мне хорошо с ним, но…

– Но?

– Пока еще рано говорить об этом. Мы не виделись столько лет, а вместе были только две недели.

– Джуди считает, что ты так много путешествовала все это время, потому что искала его. Это правда?

– Может быть, хотя я сама этого не сознавала. – Миранда задумалась на мгновение. – Наверное, Джуди права. – Она печально улыбнулась. – Представляешь, мы с Виктором обнаружили, что несколько раз бывали в одной стране и даже в одном городе в одно время. Стоило только пройти по одной улице, завернуть за один и тот же угол – и мы могли бы встретиться. Забавно.

– А я думаю, это грустно, – вздохнула Виктория.

– Пожалуй. Но как бы там ни было, я рада, что наконец знаю, почему он оставил меня.

– Ты, наверное, думала, что Виктор уехал потому, что недостаточно любил тебя, чтобы остаться? Бедная мамочка, как ты, должно быть, страдала! Но ты всегда была такой веселой и жизнерадостной, никогда на показывала виду, что тебе тяжело…

– Ну, не так уж мне было и тяжело, – усмехнулась Миранда. – Ведь у меня была ты, и я очень благодарна Виктору за это, несмотря ни на что.

На глаза Виктории набежали слезы.

– Я так люблю тебя, мама! Ты достойна восхищения!

Миранда покачала головой.

– Если кто и заслуживает восхищения, так это ты, моя девочка. Я даже и представить себе не могла, что Эллиот-мэнор может так преобразиться… И все благодаря тебе. – Она протянула руку и погладила дочь по волосам. – Виктор сказал, что у тебя точно такой же цвет волос, как у его матери. А я все удивлялась, откуда взялись эти прелестные белокурые локоны? – Миранда ласково улыбнулась, пытаясь понять, что у Виктории на душе. – Я беспокоюсь о тебе и прекрасно понимаю твою настороженность по отношению к Виктору. Наверное, ты чувствовала себя обделенной все эти годы…

Виктории казалось, что это она должна поддерживать и утешать маму, а не наоборот.

– Нисколько, – возразила она. – У меня есть ты, Джуди и еще много любимых и дорогих мне людей.

Миранда вздохнула, понимая, что своего отца она не включила в этот список.

– Я не хочу давить на тебя, дорогая, но надеюсь, что когда-нибудь ты все-таки подружишься с Виктором. Ты очень нужна ему, и если подумаешь, то поймешь, что и он нужен тебе. Что же касается Фреда…

Виктория вскинула глаза.

– Что?

– Я хочу сказать, что он мне очень нравится. Мне совершенно ясно, что он любит тебя и заботится о тебе. Не стоит обвинять парня в том, что он не рассказал тебе о Викторе после того, как узнал сам. Я считаю, что он в этой ситуации повел себя очень правильно и порядочно. Он ни в чем не виноват. Мне самой следовало давно тебе обо всем рассказать.

– Да, я знаю, – прошептала Виктория. Гроза приближалась, обещая быть короткой, но свирепой: в воздухе уже чувствовался запах соли и йода. – Знаю, – повторила она.

К полуночи гроза улеглась, и Виктория подумала, что они с Эллиот-мэнором пережили еще один всплеск гнева грозной стихии. Обычно эта мысль приносила ей успокоение, но сегодня, беспокойно меряя шагами спальню Фреда в ожидании его, она испытывала какое-то тревожное чувство. Из музыкального центра, настроенного на радиоволну, лились мелодичные звуки композиции «Если ты меня любишь», которые напомнили Виктории ту ночь, когда она танцевала в объятиях Фреда. От этих воспоминаний ее тревога еще больше усилилась.

Вконец расстроенная, она распахнула французское окно, ведущее на балкон, и посмотрела на темное небо, затянутое облаками. На какое-то мгновение из-за туч показалась луна, заливая все вокруг серебристым светом, затем снова скрылась, унося свет с собой.

«Если ты любишь меня, если ты любишь меня…»

Если ты любишь человека, то стараешься сделать все, чтобы защитить его от невзгод. Фред старался уберечь ее от страданий, а она ужасно боялась за него. Ей становилось не по себе, когда она думала об этом ужасном Блумсби, который ранил ее любимого, а теперь бродит где-то поблизости. Виктория с тревогой посмотрела за затянутое тучами небо.

О боже! – поняла она вдруг. Да ведь Фред, наверное, поплыл на остров!

Она выбежала из комнаты, лихорадочно соображая, что делать, как помочь любимому. Пока она раздумывала, дверь из спальни ее матери открылась и оттуда вышел Виктор. От неожиданности она растерялась.

– Прости, если расстроил тебя, но мы с твоей мамой не обязаны давать никаких объяснений.

– Разумеется, нет, – холодно отозвалась Виктория, вздернув подбородок. – Извините. – Она хотела обойти Кинсли, но он поймал ее за руку.

– Подожди, Тори. Скажи мне, что случилось. Куда ты идешь в такое время?

Она попыталась вырвать руку, но у нее ничего не вышло: Виктор был гораздо сильнее.

– Не думаю, что это вас касается, – процедила она сквозь стиснутые зубы.

– Ошибаешься, девочка. Теперь касается. К тому же профессиональное чутье подсказывает мне, что что-то не так. Что-нибудь с Фредом?

Виктория не выдержала и всхлипнула.

– Да. Он поплыл на остров.

Виктор нахмурился.

– Остров. Ну конечно, мне тоже это показалось странным и подозрительным. Что там, наркотики?