Мелани Кертис - Удачная идея

— А почему ты не хочешь попросить меня о чем-нибудь? — спокойно, но настойчиво произнесла она.

Было совершенно ясно, что этот допрос допек Уолта окончательно. Когда он опустил глаза на Ширли, в них горел огонь. Он разозлился и снова стал опасным, но это только обрадовало девушку. Перед ней стоял тот самый Уолт, в которого она влюбилась.

— Потому что если я скажу тебе, чего хочу, — медленно, сквозь зубы выдавил он, — то ты, моя прелестная Ширли, дашь мне это, потому что обладаешь патологическим чувством справедливости.

Он словно бросал ей вызов.

— Ты хочешь сказать, что я сама не знаю, что делаю? — не сдавалась Ширли.

— Я хочу сказать, что ради меня ты не станешь прислушиваться даже к собственному сердцу.

Так, значит, он считает, что я готова отдаться ему из благодарности? Просто по доброте душевной? Без любви? — вдруг осенило Ширли.

— Похоже, ты обо мне не слишком высокого мнения, — заявила она, упирая руки в боки.

Девушка поняла, что начинается решительная схватка, и ей вдруг захотелось оказаться закованной в броню.

— Ты не поняла!.. — воскликнул Уолт.

— Почему же? Ты считаешь, что я так стремлюсь тебе угодить, что готова пожертвовать собой из одной только благодарности? Неужели за это время ты меня так и не узнал, Уолт Рейнольдс? — Ширли сердито скрестила руки на груди. — Разве я не отправилась в кабинет Годфри Уилсона? Разве не взяла, еще до твоего появления, ситуацию под контроль? Я всегда твердо знаю, чего хочу, и прямо иду к своей цели. Неужели ты в этом еще сомневаешься?

Она стояла, борясь с переполнявшими ее чувствами, и смотрела на мужчину, которого любила всей душой.

Уолт некоторое время молча изучал ее лицо, а потом его губы тронула ласковая улыбка.

— Нет, — согласился он. — Я всегда знал, что ты сильная личность, которая способна разобраться, где правда, и самостоятельно принять решение.

Ширли глубоко задумалась.

Правда… В чем же все-таки она? В том, что все их общение было для него всего-навсего приятным приключением? Что он больше никогда не вернется?

Она стояла молча, понимая, что Уолт наконец готов сказать ей то, чего она так долго добивалась.

— Я действительно кое-чего хочу от тебя, — тихо произнес он. — И если бы я мог позволить себе попросить это, то ты оказалась бы сейчас в моих объятиях.

Волна чистой радости затопила Ширли. Она бросилась к нему на шею и подставила лицо для поцелуя. Но Уолт не стал ее целовать, а лишь прижал к себе очень крепко, так, что их губы почти соприкоснулись.

В полном смятении, затаив дыхание, она ждала, что он скажет. Ведь ночь откровений скоро подойдет к концу…

— Слушай внимательно, — очень серьезно продолжал Уолт. — Больше всего на свете я хотел бы сорвать с тебя этот миленький халатик и обнаженной отнести в постель. Но даже этого мне мало, родная. Ибо, как бы сильно я тебя ни желал, ты нужна мне вся целиком. Мне нужен брак, дети, внуки… одним словом, полный комплект. — И он стал покрывать поцелуями ее лицо, медленно продвигаясь к губам. — Я всегда любил тебя, Ширли, и мне больше не нужна игра в жениха и невесту. На этот раз все должно быть по-настоящему и навсегда.

Глаза девушки наполнились слезами.

— Я бы ни на что другое и не согласилась, Уолт, — прошептала она. — Только не уверена, хватит ли мне вечности. — И Ширли приподнялась на цыпочки, чтобы ответить на его поцелуй.

— Ты очень требовательная дама, — прошептал он.

Она лукаво улыбнулась.

— Такая уж я есть. Всегда хочу только самого лучшего. То есть тебя. Я люблю тебя, Уолт. Ты — тот самый мужчина, которого я любила всю жизнь. Я очень давно втайне мечтала стать твоей женой.

Уолт удовлетворенно засмеялся и приподнял Ширли так, что ее огромные голубые глаза оказались на одном уровне с его янтарными.

— Не стану притворяться, — торжественно произнес он. — Я люблю тебя, Ширли Беннет, и это самая настоящая правда. Ты моя, родная, и мы будем вместе — в горе и в радости на веки вечные.

О Боже, каким фантастическим любовником оказался Уолт!

По пути на работу Ширли прятала от прохожих глаза, потому что ей казалось, что каждый может прочесть в них томное выражение разомлевшей после страстной ночи женщины.

Когда она вспоминала ласки, которыми одарил ее этот мужчина, то невольно краснела, а тело отзывалось сладкой болью и мгновенно просыпающимся желанием.

Еще ни разу в жизни Ширли не приходилось мечтать в начале рабочего дня о том, чтобы он поскорее окончился. Она считала минуты, оставшиеся до того мгновения, когда сможет снова упасть в объятия возлюбленного.

Неужели я могла когда-то отказываться от любви? — поражалась она. Насколько тусклой была бы моя жизнь, если бы мне так и не довелось испытать эти восхитительные ощущения…

Какая карьера? Какая независимость? Главное предназначение женщины — любить мужчину, того единственного, который предназначен ей судьбой!