Сандра Фремптон - Ты у меня одна

Вивьен высвободилась из его рук, открыла глаза и отвернулась к окну.

— Мне очень не хватало тепла и ласки, и я стала часто бывать у Вильсов. Они всегда были мне рады, угощали всякими лакомствами, дарили игрушки. Особое внимание мне уделял Том… Я с самого начала чувствовала что-то неладное… — По ее щекам покатились слезы. — Иногда я оставалась у Вильсов на ночь, особенно когда тетка куда-нибудь уезжала. Том заходил ко мне в спальню, сажал меня на колени, рассказывал что-нибудь, потом укладывал в постель и целовал на ночь… Но не так, как обычно целуют детей… Однажды, когда ему показалось, что настал подходящий момент, он опять пришел в комнату, где я спала, и попытался меня изнасиловать.

Альфредо выругался и прижал ее к себе. Она не сопротивлялась, но боялась смотреть ему в глаза, поэтому уткнулась в его широкую грудь.

— Я отбивалась руками и ногами, и он оставил свою затею, но впоследствии оболгал меня. И Сабрину заставил наговорить в мой адрес кучу гадостей… С того момента все пошло кувырком.

Вивьен чувствовала, как судорожно заколотилось его сердце, как старательно он сохранял спокойствие, но все еще не осмеливалась смотреть ему в глаза.

— Том Вильс… Где сейчас этот тип? — спросил Альфредо, и в первый момент она не узнала его голос, — он походил на рычание разъяренного пса.

— Том умер, — прошептала Вивьен, всхлипывая, закрывая ладонями мокрые глаза. — Должен был состояться суд. Кто-то застал Тома в студии детского творчества за его злодеяниями. Тогда и Сабрина рассказала о том, что он вытворял с ней. Он покончил жизнь самоубийством.

— Очень жаль! — Альфредо усмехнулся. — Я с удовольствием помог бы ему отправиться на тот свет. — Он помолчал. — А сколько лет тебе было, когда его не стало?

— Я уже училась в университете, — пробормотала Вивьен, жалобно шмыгая носом.

— И все это время ты носила эту тяжесть в себе? — ласково спросил он.

Она кивнула.

— Меня, после того случая, стали считать проблемным ребенком. Тете не раз советовали показать меня психиатру, сдать в специальное воспитательное учреждение для детей с отклонениями, но она, хоть и злилась на меня за то, что я доставляла ей столько хлопот, не последовала советам. Соседи шептались за моей спиной, дети обзывали. Я действительно была для тети ужасной проблемой.

Альфредо ласково провел ладонью по ее растрепавшимся шелковистым волосам.

— Милая моя, ты никогда не была проблемой. Ты всегда вела себя смело и правильно, а бесчувственные и невежественные болваны расценивали это как отклонение от нормы.

— Не надо… — Она всхлипнула.

— Что не надо?

— Не надо больше просить меня о чем бы то ни было, Альфредо! — взмолилась она и подняла наконец голову. — Теперь ведь ты понимаешь, что я не смогу быть для тебя такой, какой ты хочешь меня видеть…

— Я вижу перед собой красивую молодую и милую женщину. — Он потрепал ее по щеке.

— Альфредо, я не смогу дать тебе то, что ты ждешь от меня. Я уже сказала: у меня никогда не было друга, а любовника и подавно… — пролепетала Вивьен, нервно сжимая и разжимая пальцы.

— Потому что ты ждала меня, — нежно пробормотал он. — Помнишь, я говорил тебе, что сама судьба свела нас в той вашей ссоре с Морганом. И не смей даже думать, что в постели у нас что-то не получится. Я ведь целовал тебя, обнимал, я знаю, какой ты можешь быть. В этом ты обязана мне доверять.

— Все не так просто. — Вивьен отстранилась от него. — Кое-что не дает мне покоя.

Он ничего не мог понять.

— Вивьен, я вовсе не жду, что в нашу первую ночь ты устроишь мне целое представление. Думаешь, я не догадался, что ты не очень опытна в сексе? — терпеливо произнес он.

— Я не знаю, как объяснить тебе то, что тревожит меня и настораживает.

— Постарайся. — В его голосе уже звучали едва уловимые нотки раздражения.

— Относись я к тебе по-другому, все показалось бы не таким уж и страшным… — начала она неуверенно. — Но… понимаешь, если мы поженимся, то я буду постоянно с ужасом ждать того момента, когда надоем тебе. Я знаю, как женщины сходят по тебе с ума, и рано или поздно у тебя кто-нибудь появится… Я даже винить тебя в этом не стала бы, но…

— Большое спасибо! — Теперь он, по-видимому, не на шутку разозлился. — В твоих глазах я не только бессовестный ловелас, жаждущий приключений, но еще и бесхарактерный слабак!

— Я не сказала ничего подобного! — Почему-то все шло наперекосяк.

— Нет, ты вела речь именно об этом! Что я, по-твоему, должен делать? Извиниться перед тобой за что-нибудь? Я заработал много денег, верно. Но добился этого невероятными усилиями, упорным трудом. Что касается моей внешности… Если у тебя есть претензии, выскажи их моим родителям. Мои принципы, мои взгляды на жизнь совершенно не зависят ни от денег, ни от количества женщин, которые находят меня привлекательным. Я считаю, что сохранение супружеской верности — одно из непременных условий нормальной семьи.

— Но… видишь ли… — беспомощно пробормотала Вивьен. — Я не для тебя, разве ты не понимаешь?

— Вивьен! — вскрикнул он, но тут же взял себя в руки, глубоко вздохнул и спокойно продолжил: — Милая, я все прекрасно понимаю. То, что ты пережила в детстве, сказывается на твоем восприятии мира до сих пор. Ты чувствуешь неуверенность, незащищенность…

— Дело даже не в этом, Альфредо, — перебила его Вивьен. — Мы совершенно разные, из разных миров. Ты — необычный человек, а я — заурядная женщина, каких сотни… Ничего у нас с тобой не получится. Я согласна на непродолжительный роман, но не на брак.

— Ты сильно ошибаешься, Вивьен, очень сильно! Я такой же ранимый и уязвимый, как остальные люди, а ты — совершенно необыкновенная, — терпеливо и спокойно стал убеждать ее Альфредо. — И не собираюсь заводить с тобой непродолжительный или продолжительный роман. Я хочу связать свою судьбу с твоей, хочу, чтобы у нас была семья.

Ее сердце сжалось.

— Я не могу… — едва слышно прошептала она, но Альфредо все понял.

На протяжении некоторого времени он молча смотрел на нее, пытаясь усмирить вспыхнувшую в душе ярость. Никогда в жизни она не видела его таким озлобленным.

— Значит, ты отказываешь мне? Думаешь, тебе все позволено? Растоптать две жизни — твою и мою, например? Надеешься, что я покорно смирюсь с судьбой? Нет уж! Слышишь меня? И я не собираюсь просить у тебя прощения за то, что я — это я, за то, что женщины находят меня симпатичным, черт возьми! Если хочешь знать, с того дня, как я встретил тебя, я больше не замечаю никого вокруг! Я люблю тебя и хочу быть с тобой до самой смерти! Что еще тебе нужно?