Мне нужен папа (СИ) - Чи Майя

Ани никак не могла отстать от него. Вначале спрашивала о том, как прошёл день, затем стала подавать ему салфетки и прочую ерунду, будто у него самого не имелось рук. Потом девушка взъелась на Лизу и по какой-то причине начала приставать к его брату, поднимая всё большую бурю негодования в Степане. И это была не ревность, на которую видимо и рассчитывала Ани. Мужчине стало за неё стыдно. И всё бы ничего, но Женя был совершенно не против, наоборот, словно кот, объевшийся сметаной, заглядывал в глаза девушке, совершенно не замечая растерянную Лизу. Когда женщина попыталась воззвать к их совести, случилось и вовсе странное.

— Лиза, хватит! — не скрывая злости, закричал Евгений. — Не позорь меня перед гостями!

Она не ожидала такого, но стоило отдать должное её чувству самообладания. Другая бы устроила скандал или же ударилась в слёзы. Однако Степан молчать не намеривался.

— Не смей кричать на беременную женщину! Единственный, кто тут позорит семью, это ты, малой! Увидел одну девку и уже не можешь уследить за своим дружком?

— Ты находишься в моём доме. Не забывайся.

— Я его послезавтра покину, как и Ани. А тебе ещё дитя растить. И не одно! Прочисти уши, остолоп! Лиза беременна!

Видя, что до брата наконец-то дошло, Степан схватил за ладонь свою девушку и мягко потянул за собой. У него вообще никогда не было привычки грубого обращения с женщинами, кем бы они не являлись.

— Что происходит, Ани? — едва закрыл за собой дверь, спросил он её.

— Это я у тебя должна спросить. Что происходит, Стёпа? — девушка скрестила руки на груди, тряхнула головой так, что убранные назад волосы небрежно легли на плечи и принялась ждать ответа.

— Прости, но я не намерен сейчас паясничать.

— А что ты намерен делать? Предложить мне расстаться? И это после четырёх лет отношений?

— Отношений? — слегка удивился Степан. — Ани, очнись, все эти четыре года нас связывал только секс, и, помнится, я тебе большее ни разу не обещал. Да и ты не особо горела желанием что-либо менять.

Девушка выдохнула пару раз, то прикрывая глаза, то вновь открывая их, словно отходила от шока.

— То есть ты хочешь сказать, что любая нормальная женщина согласится на такое? Думаешь, если бы я не ждала от тебя большего, то стала бы жить рядом с тобой? Ухаживать, стирать твои носки и прочее?

— Извини, конечно, — лицо Степана слегка исказилось от злости и негодования, — но ты ни разу не стирала мне ни носки, ни трусы и прочее! Стиральная машина прекрасно со всем справлялась сама. И не надо так на меня смотреть. Ужин из ресторана, квартиру убирала горничная, продукты я всегда закупал сам, а мои рубашки гладились в химчистке, либо за отдельную плату той же Ингрид. Так что нас связывал всегда только секс! А я подобные отношения перерос. Поэтому, да! Мы расстаёмся.

Ани вновь несколько раз выдохнула м часто заморгала. Однако, слёзы удержала, лишь шмыгнув носом, показала, насколько ей тяжело.

— Эти всё из-за неё, да? — её взгляд неожиданно стал пустым, а из-за стиснутых зубов заострились черты изящного лица.

— Из-за кого?

— Этой Натали! Из-за подруги Лиз, которая нагуляла дитя от какого-то левого мужика?

— Она никого не нагуляла. И перестань приплетать к нам третьи лица. Я просто не испытываю к тебе никаких чувств. Вот и всё!

— Никаких чувств? А к этой швабре значит чувства есть? Что-то до приезда в Россию ты вёл себя иначе.

— Не кричи! — прошипел мужчина, так как Ани разогналась не на шутку.

— Буду! И мне плевать, что нас услышат. Ты связался с этой профессионалкой, и она теперь дурит тебе мозги! — не сбавляя обороты продолжала она.

Но тут открылась дверь, и в комнату влетел Дени, при виде которого Степана передёрнуло. Он сжал кулаки, стараясь не смотреть на него.

— Вы чего кричите? Там Машка плачет. Ани, что случилось? — он подбежал к сестре и проверил на наличие повреждение, будто бы кое кто в этой комнате мог её ударить.

— Ничего, Дени. Мы расстаёмся просто. Он променял меня на эту Натали. Стоило мне оставить его одного на пару недель, как любовь остыла. Правду говорят, в России воспитывают одних…

Брат резко прикрыл ей рот, так что ругательство она уже промычала.

— Наташа не такая, поняла?! И успокойся уже!

Крупные капли слёз потекли по её щекам. Дени никогда не мог спокойно реагировать на них, потому приобнял её и спрятал маленькое личико у себя на груди. Степану же указал взглядом на дверь, на что мужчина лишь хмыкнул и пошёл прочь. У дверей он столкнулся с Женей, но лишь молча прошёл мимо растерянного мужчины.

Уже через пару минут автомобиль Степана выехал на трассу и покатил в сторону города. В салоне играло радио, на дороге было пусто, потому Степан впервые за несколько месяцев закурил. Он купил пачку сигарет ещё позавчера, после встречи с Ильёй, когда нервы уже конкретно сдавали. Однако так и не решился закурить, боясь вновь поддаться вредной привычке. Не зная куда податься, он приехал по знакомому адресу и проторчал там пару часов, просто прокуривая одну сигарету за другой, пока от злости не швырнул пачку в окно.

Эту ночь Степан провёл в отеле. Снял комнату, выпил бутылку пива, искупался и лёг спать, впервые за долгое время уснув сразу. А на утро его разбудил звонок Джеймса. Тот уже был в Москве. Часы показывали начало одиннадцатого, из-за чего Степан выругался и бросился сразу в душ.

Ещё один долгий день закончился тем, что он попрощался пораньше с помощником и поехал к Наталье. Завтра он улетал, поэтому хотел хоть как-то помириться. Даже если у них в будущем ничего не выйдет, ему просто было необходимо напоследок увидеть её.

Глава 19

Наталья.

Степан стоял, опираясь сбоку на капот автомобиля и копался в телефоне. Пройти мимо него мне вряд ли удалось бы, поэтому, выдохнув я пошла дальше. Правда внезапно сильно заколотилось сердце и задрожали руки. А стоило ему меня заметить, как я и вовсе стала как вкопанная, смотря на его удивлённое лицо. Он отстранился от машины, но не сделал попыток подойди ближе, всё так же находясь в пяти шагах и не сводя с меня взгляда. Свет от фонаря был тускловатым, поэтому мне мало что удалось рассмотреть в его взгляде.

И вот, не решаясь уйти, я начала разговор первой. Ведь не ради гляделок он сюда явился.

— Звонила Лиза. Вас ищут. Видимо, переживают.

— Вас? — Степан то ли улыбнулся, то ли усмехнулся, но явно не обрадовался такой субординации. — Мы вроде как на «ты» были.

— Кое-что изменилось, — мой голос надломился.

— Ах, да… я провинился.

— Вам виднее. Вы что-то хотели?

— Да, — лёгкая задумчивость сменилась напряжением, — поговорить хотел, но не здесь.

— В дом не пущу — там папа. Он настолько на вас зол, что готов тут же открутить голову или нарисовать фингал под глазом. К тому же Артёму вас видеть не стоит. Не сейчас, точно.

— Как он?

— Переживает, но он мальчик сильный. Справится.

— Верю, — криво улыбнулся он. — Может всё-таки поговорим?

Я подумала и ответила.

— Только, если вы расскажете мне об условиях, которые выдвинул Илья.

— Откуда ты узнала? Лугинин?

— Нет, Тимофей здесь ни причём. Он вообще назвал это не своим делом.

— Может посидим где-нибудь? — Степан сделал шаг вперёд, но я отступила назад, тем самым вынуждая мужчину остановиться. Хотелось показать, что его общество мне не желанно, хотя в данной ситуации я врала и ему, и себе.

— У меня нет времени на посиделки в кафе. Артём ждёт конфеты. Если есть, что сказать, то можем посидеть на лавочке.

— Прямо здесь?

— Тебя что-то смущает?

— Давай хоть в машине посидим. Наташ, мы же взрослые люди Я правда пришёл с миром. Не пугайся так, прошу… И ты сама хочешь поговорить, я же вижу. Даже про официальный тон позабыла.

Теперь он позволил себе полную довольства усмешку. Наверняка гордился маленькой победой. Я мысленно чертыхнулась. А ведь думала, что получится держать его на расстоянии, только, когда он так близко — это трудновыполнимая задача.