Врач. Жизнь можно подарить по-разному - Аня Вьёри

через полчаса у меня в планшете будут анализы.

Катя

Брожу из угла в угол как загнанный зверь. Ну что за дурацкое ощущение? Почему у меня сегодня все не на месте! Что там у нас в анализах? А вдруг Марк приедет и скажет, что у нас все плохо?

Смотрю на Мишку. Он совершенно такой же, как вчера. Я бы сказала, даже чуть более веселый. Чувствует, конечно, мое состояние и не задевает лишний раз. Я ему вручила раскраску с фломастерами. Внутри журнала нашла забытые карандаши для аквагрима. Что я за человек? Купила же для Марка и забыла отдать!

Боже! Надо чем-то заняться. Полы я с утра уже помыла. Готовка?

– Миш? – окликаю сына. – Чего на завтрак вкусненького хочется?

– Халвы! – уверенно отвечает мой сын, а я закатываю глаза от бессилия и безысходности.

До халвы еще час! Не меньше! Он на работу приезжает к девяти. И тут дверь палаты распахивается!

Глава 39

Катя

– Эй! Чего кислые?! – входит Марк.

– Привет! – наплевав на все, бросаюсь к нему с объятиями.

– Ты чего? – смеется, обнимает, глаза блестят.

– Без тебя жуть как страшно, – у меня даже слезы наворачиваются.

– Катька! – смеется. – Ну что ты? Все отлично! Пришли анализы. Все хорошо.

– Что? Прям хорошо? – не верю в это.

– Настолько, насколько может быть в нашей ситуации!

В нашей… Он сказал – в нашей. Марк не замечает, насколько меня поражают его слова. Оборачивается к Мише:

– Держи! – протягивает пакет со сладостями. – Там не все тебе, там на всех!

Мишка подхватывает покупку, азартно заглядывает в мешок, на его мордашке тут же появляется довольная улыбка.

– Все съесть до обеда! – командным голосом отдает распоряжение Марк. – Вы у меня сегодня на выписку!

– Да?! – я подпрыгиваю от неожиданности.

– Да! – его забавляет моя реакция. – Пару дней еще погуляем!

Я безумно счастлива, а он по-детски целует меня в носик.

– Я ж говорил, все хорошо!

– Когда ты рядом, – шепчу ему и вижу блеск в его глазах.

Он не может мне сказать все, что хочет, словами. Но я все читаю в его взгляде. Улыбается, касается моей щеки кончиками пальцев.

– Давайте! У нас тут серьезная операция намечается, часов на шесть, наверное. Так что я документы прямо сейчас все подготовлю, ты, как соберешься, вызывай такси, – смотрит на меня лукаво. – С замком справишься?

– Справлюсь, – улыбаюсь в ответ.

Да, я поеду в твой дом. И буду ждать там тебя. Ты же именно об этом спрашиваешь?

– Отлично! – он закусывает нижнюю губу от предвкушения. – Тогда, как получишь документы, поезжайте. Я, скорее всего, буду в операционной, – притягивает меня к себе, целует почти невинно и направляется в коридор, потом вдруг оборачивается к Мишке: – И бумажек от конфет чтоб не было! Приду – проверю!

Звучит строго, но мне смешно! Я его люблю. Как же хорошо, что он рядом.

Марк

Из их палаты – прямиком в ординаторскую. Надо быстро заполнить Мишкину историю. Чего их держать весь день в отделении? Пусть домой едут. Катюха напуганная, хоть успокоительным отпаивай… Или… не успокоительным? Может, купить на вечер бутылочку чего-нибудь и устроить романтический ужин? Потом об этом подумаю. Сейчас летучка.

– Что у нас сегодня? – спрашиваю Кольку.

Пока Борисова нет, можно переброситься парой слов.

– Ну что у нас? – фыркает Колян. – Гимнастка!

– Ага! Я помню. В двенадцать заходим?

– Мы в двенадцать, – кивает.

Работать будут три бригады. Флебологи, неврологи и мы. Открытие на нас, они придут чуть позже. Это все займет часов шесть-восемь. Не меньше. Дай бог к ночи выйти. Обычно такие крупные операции назначаются на утро, но тут у всех свои графики, а девочку брать надо срочно. И так отложили или перенесли все, что могли.

– Еще биопсия с утра.

– У тебя тоже? – просматриваем свои истории.

– Последние новости слышали? – в ординаторскую заходит Олег Георгиевич.

Он непривычно взволнован.

– Что за новости? – не нравится мне выражение его лица.

– В нашей гостинице ротавирус, – сдавленным голосом выдает главврач.

Твою ж… Ротавирус в гостинице для онкобольных! У меня дыхание перехватывает. Совершенно эгоистично загадываю, чтобы там не было никого моих. И хорошо, если приедут с рецидивом. А если больше не приедут?

– Какая-то мамаша оставила ребенка с папой, а сама к подруге поехала. Отдохнуть от больницы. А там пятилетка в семье. Посещает детский сад. Инкубационный период три дня.

Продолжать не надо. Мы все понимаем. И винить некого. Женщина имела право отдохнуть. Подружка ее о вирусе, скорее всего, не знала. Дикое, ужасное совпадение. Погости она у подруги на пару дней дольше… Но нет… Привезла.

Колька даже колпак свой снял, комкает в руках.

– Так! – пытается взбодриться Борисов. – У нас пока ничего подобного нет, так что мы работаем, – поворачивается к нам. – Гимнастка на двенадцать?

– На двенадцать, – подтверждаем в один голос с Колькой.

– И две биопсии, – загружает истории главный, – у каждого по одной.

Киваем. Все так. Этот план давно расписан.

– По палатам неожиданностей нет? – уточняет Борисов.

– Ефимовым отложили химию, – отзывается Колька. – Лейкоциты упали.

– Понял, – кивает главврач, переводит взгляд на меня. – А с твоими что?

– Тромбоцитов накапали, – отчитываюсь, даже не спрашивая, кого из моих шестнадцати пациентов он имеет в виду. – Сейчас на выписку. Пару дней кровь нагуляем, и по плану на операцию.

– Ага, – листает что-то в планшете. – Литвиновы?

Это Коляна палата.

– Изменили протокол, – морщится он, – смотрим реакцию.

– Плохо, – вздыхает Олег Георгиевич.

Колян тоже вздыхает. Конечно, плохо – не берет парня химия. Уже третий раз протокол меняют.

– Ну ладно! – Борисов увидел все, что хотел, откладывает планшет. – Обход и в бой! И дай бог сегодня всем остаться в живых!

Его обычная присказка. Каждый день произносит. Не каждый срабатывает.

Катя

Не могу сказать, что мое дурацкое волнение полностью прошло, но мне легче. Я знаю, что Марк рядом, и мне легче. Это уже прямо какая-то зависимость! Ругаюсь сама на себя, заставляю не думать о глупостях. Может, новопассита у девчат попросить? Что творится в моей голове?

Ладно. Потом разберусь. Сейчас надо паковаться. По старой схеме укладываю пакеты, отношу в камеру хранения. Теперь я знаю, куда еду, и немного по-другому сортирую вещи. Забираю кое-что на стирку. Книжки, игрушки тоже забираю с собой.

Вроде все разложила, выхожу в коридор, киваю той самой Нине, которая когда-то не вовремя уколола нам ондансетрон. Медсестра провожает меня излишне внимательным взглядом. Если я правильно помню, она подруга несостоявшейся пассии моего Марка. Эх, дружный женский коллектив!

Лифт, подвал, камера хранения. Еще раз смотрю пакеты. Ну ладно! Даже если что-то забыла, то мы же тут. В Москве. Не трагедия. Мне становится почти спокойно на душе. Осталось только дождаться выписки.

Поднимаюсь, иду в палату.

– Свиридова! – окликает меня Нина.