Марта Шилдс - Поверить в счастье

Королева колебалась, не желая подвергать опасности своего племянника, но, в конце концов, согласилась, видя, что другого выхода нет. Бенджамин – лейтенант Эдембургского флота и умеет вести себя в сложных ситуациях.

Больше всех возражал Николас, поскольку ему вовсе не хотелось скрываться и «праздновать труса». Но все-таки его убедили в необходимости подобного шага для того, чтобы найти короля и обеспечить безопасность его самого и его семьи. Последним аргументом в споре стало напоминание о ране Ребекки.

Как только совещание окончилось, Джейк повернулся к Ровене.

– Поговорим?

– С удовольствием.

– Где?

Она замялась.

– Может, дома?

Джейк улыбнулся.

– Если только домом ты называешь «Вдовий коттедж»?

– Да.

Не выпуская руку Ровены, Джейк встал и повел ее на террасу. Неожиданно дорога через сад показалась ему слишком длинной. Вместо того чтобы спуститься по лестнице, он затащил жену в альков.

– Что ты…

Он припал к ее губам.

После мгновенного замешательства Ровена пылко ответила на поцелуй, постанывая от удовольствия и поднявшись на цыпочки, чтобы быть ближе к нему.

Джейк сгреб ее в объятия, наслаждаясь близостью, которую утратил и без которой чувствовал себя как в аду.

С тех пор, как он целовал ее в последний раз, прошла целая вечность. Теперь он снова вернулся в свой рай.

– Идем домой, – прошептала Ровена, когда Джейк принялся покрывать поцелуями ее шею. – Пожалуйста, Джейк, пожалуйста.

На мгновение Джейк отвлекся, и этого оказалось достаточно, чтобы опомниться. Над страстью возобладал здравый смысл.

– Лучше не надо.

– Джейк, ты обещал.

Он чмокнул ее в нос.

– Мы пойдем домой, любовь моя, но сначала поговорим. Надо кое-что обсудить, прежде чем заваливаться в постель.

Ровена ахнула.

– Так ты все еще любишь меня?

Джейк печально улыбнулся, жалея, что заставил ее сомневаться.

– Да, ты моя единственная любовь. Если, конечно, простишь меня.

– За что?

– За то, что отказался тебя выслушать. За то, что прогнал. За то, что разрушил твою веру в счастье. Слишком длинный список получается. Я никогда до конца не доберусь.

– Но все это можно простить. – Ровена погладила его по щеке. – Если ты простишь меня.

Его поцелуй был нежным, как касание крыльев бабочки.

– За что тебя прощать? Ты всего лишь искала информацию, чтобы сохранить нашего сына.

– Я ничего тебе не рассказывала. Помнишь, ты предложил нам работать вместе? Все это время у меня в кармане лежал ключ от твоей квартиры. Я сделала копию, и Изабелла воспользовалась ею, чтобы обыскать твой дом в Нью-Йорке.

Джейк нахмурился.

– И что же она нашла?

– Ничего, кроме книг о королевской семье.

Он кивнул.

– Мне они понадобились несколько месяцев назад, когда я помогал отцу. Он занимался заключением торгового соглашения между Эдембургом и США и столкнулся с проблемой в вопросах экспорта-импорта. Он хотел доказать свою способность справлять с трудностями и попросил меня молчать о том, что я ему помогал.

– Я так и знала, что объяснение найдется.

– И опять, любовь моя, я сам дал бы тебе этот ключ, если бы ты попросила.

Ровена вздохнула.

– Я так виновата перед тобой, Джейк. Я знала, что Изабелла ничего не найдет, но мне пришлось дать ей ключ. Я уже пообещала, а у нее руки чесались сделать хоть что-нибудь. В то время у них не было ни единой зацепки.

Джейк поцеловал ее в висок.

– Наверное, мы оба провинились друг перед другом. Но в браке без этого не обойдешься. Это и есть счастье.

– Значит, ты разрешишь мне вернуться?

– Шутишь? Конечно. Вообще-то, если бы ты не захотела возвращаться, я пошел бы за тобой куда угодно, что бы ты ни делала и с кем бы ты ни была.

Ровена прильнула к нему.

– И, естественно, предложил бы мне деньги. Или драгоценности. Странно, что ты сейчас ничего мне не даришь. Времени не было в магазин сходить?

Джейк покачал головой.

– Ты преподала мне хороший урок, любовь моя. Брак – это не сделка, а жена – не приобретение. В любовь надо вкладывать все без остатка, и не ждать прибыли. Но если ты захочешь, я дам тебе все: все мои деньги, все драгоценности мира, если вместе с ними ты возьмешь мое сердце.

– Джейк. Ты мой прекрасный принц. Разве я могу просить о чем-то большем, если мне нужен только ты?

Джейк поцеловал ее, на этот раз по-настоящему.

– Идем домой, любовь моя. Ты – единственная женщина, с которой я смогу прожить долго и счастливо до конца своих дней.

Эпилог

– Мама!

Ровена с улыбкой закрыла за собой дверь. Как приятно вернуться домой.

– Это ты?

– Да, Сэмми-Джемми, я вернулась.

В дальнем конце прихожей хлопнула дверь, и из нее пулей вылетел Сэмми.

– Знаешь что, мама?

Ровена протянула руки ему навстречу. Мальчик бросился к ней на шею и обхватил ее руками и ногами.

Она крепко его обняла.

– Я знаю.

Сэмми откинул голову и взглянул на нее.

– Правда?

– Я знаю, что ты меня любишь.

Мальчик усмехнулся.

– Я тоже тебя люблю, мамочка, но ты не угадала.

– Нет? – Ровена заметила краем глаза какое-то движение у двери, оглянулась и увидела Джейка, прислонившегося к спинке дивана.

Он смотрел на них с нескрываемым удовольствием.

Интересно, известно ли ему, что племянника королевы Бенджамина Локхарта похитили, когда тот ехал на важную встречу. Принц Николас укрыт в безопасном месте, о котором знают лишь несколько человек.

В соответствии с «Эдембургским трактатом» главой государства стал отец Джейка, Эдуард.

– Мама? – Сэмми повернул к себе ее лицо. – Ты не угадала.

– Что же тогда? – Сэмми обожал эту игру.

– Угадай.

– Ладно. Твой папа будет посредником в переговорах между Эдембургом и Соединенными Штатами. – Она направилась к мужу.

Судя по кислому взгляду Джейка, он уже знал об этом, а значит, знал и о похищении. Вряд ли он сохранит за собой этот престижный пост. На должность его назначил отец, а власть Эдуарда продлится недолго.

Сэмми поморщился.

– Чего?

Выяснив все, что нужно, Ровена повернулась к сыну.

– Нет? Гм. Давай подумаем. Ты летал на Луну?

Мальчик хихикнул.

– Нет, мама. Еще подумай.

– Ты ходил вместе с папой в библиотеку?

– Да, но это совсем не то.

– Ты женился?

Сэмми скорчил рожицу.

– Целоваться с девчонкой? Фу! Ни за что.

– Папе нравится целоваться. – Ровена подставила Джейку свои губы.

Он с радостью поцеловал ее, а затем усмехнулся.

– Фу.

Ее руки были заняты, и поэтому она толкнула его бедром.

– Фу? Я тебе это припомню.

– Твои губы, как сливочное мороженое. – Джейк развернул ее так, чтобы она могла прижаться к нему спиной.