Бетти Нилс - Счастливая встреча

Ее угощали напитками и лакомствами, вскоре она разговорилась с пастором, довольно моложавым человеком с серьезным лицом. Он неплохо знал английский и интересовался жизнью Крессиды, она с удовольствием рассказывала ему о себе и о докторе, потому что он всегда присутствовал в ее сознании, она все время думала о нем. Пастор внимательно слушал ее.

– Вам повезло, что вы встретили такого доброго и чуткого друга, – заметил он. – До конца жизни вы останетесь ему благодарны.

– Да, конечно, – тихо ответила Крессида.

Ее собеседник представил дело так, будто доктор – это эпизод в ее жизни, который нужно помнить с благодарностью, но который так и останется эпизодом.

Крессида пожелала всем спокойной ночи и поднялась в свою комнату. Засыпая, она думала, что кончился еще один счастливый день. Она получила подарки: носовые платки, почтовую бумагу и прелестный серебряный браслет. Все складывалось хорошо, и она должна была чувствовать себя счастливой, но почему-то расплакалась.

Среди ночи Крессида проснулась.

Он мог бы хоть прислать мне рождественскую открытку, с грустью подумала она и вновь заснула.

Девушка поднялась рано утром. Надо было будить ребят, одевать их. Несмотря на то что она, проснувшись, приняла решение больше не думать о докторе, он по-прежнему не шел у нее из головы.

И такое ее решение не поддержал бы Алдрик ван дер Линус, у которого не выходила из головы Крессида. Отвечая на осторожные расспросы леди Меррилл, он сознался, что хочет жениться на Крессиде. Его бабушка встретила эту новость без всякого удивления.

– Она славная девушка и очень разумная. А она знает об этом?

– Нет, не знает. Я надеялся, что мы станем друзьями, и, пожалуй, мы с ней друзья, но, хотя она и клянет меня за это ее неудачное начало у Клотильды ван Гермерт, у нее твердая уверенность, что я хочу жениться на Николе.

– А с Николой ты выяснил отношения?

– Да, и она сказала, что никогда не смотрела на меня как на будущего мужа и только рада, что я наконец полюбил кого-то.

Леди Меррилл ничего ему на это не ответила; мужчины, подумала старая дама, могут быть такими слепыми, и чем они умнее, тем меньше понимают в жизни. Конечно же, Никола очень хотела выйти за него замуж, он был слишком завидным женихом, чтобы упустить его.

– Ну что ж, ты должен радоваться, что Крессида теперь хорошо устроилась, – только и сказала она.

– Я и в самом деле рад, и я постараюсь увидеться с ней как можно скорее. Быстро осмотрю своих пациентов в Лейдене и постараюсь съездить в Янслум на день или два.

Ни о чем таком не подозревая, Крессида занималась с детьми, благодаря небеса за то, что четверо маленьких гостей уже уехали домой. С шестью еще можно справиться, но десять – это слишком много…

Было по-прежнему холодно, временами шел снег и дул пронизывающий ветер, но детям, казалось, все было нипочем. В стареньком зимнем пальто, резиновых сапожках, которые ей дали, шерстяной шапке и шарфе, намотанном на шею, она отправлялась с ними на ближайшие каналы или покрытое льдом озеро. Там дети надевали коньки и по многу часов катались. Уже в первый же день Крессида поняла, что рискует превратиться в ледышку, если сама тоже не научится кататься. Виллум предложил ей свои старые коньки – фризские коньки, объяснил он Крессиде по-английски, – которые как раз для новичков. С помощью Виллума, под ободряющие возгласы остальных ребят Крессида встала на лед. Конечно, она падала, и Виллум или Якобус терпеливо поднимали ее, однако к концу второго дня она уже могла самостоятельно сделать несколько шагов и даже пробежала с мальчиками, державшими ее за руки, пару метров, затем потеряла равновесие и упала.

Через несколько дней Крессида уже сносно каталась, хотя и часто падала под смех ее питомцев, но все же была довольна собой.

Обо всем этом она рассказала Чарити, когда приехала к ней на выходной.

– Я вся в синяках, – пожаловалась девушка, – но, право же, это такое удовольствие, и ребятам весело.

– Вам хорошо там? Как к вам относятся?

– Ко мне все очень добры! Когда каникулы кончатся и дети пойдут в школу, у меня будет побольше свободного времени, а сейчас его совершенно нет: на носу новогодние праздники.

– О, пончики, шампанское!.. Столько забав!.. К нам опять приедут родственники Тико. Обычно мы ездили к ним, но сейчас Тико не хочет, чтобы я находилась далеко от дома.

Крессида кивнула.

– Он прав. И у моих хозяев снова будет полный дом гостей. В этом году Виллуму разрешили остаться на ужин, Якобус и Фрисо злятся, завидуют ему. Правда, на этот раз дети не приедут, так что уложить спать «своих» малышей мне уже будет легче. – Она улыбнулась. – Знаете, они все такие славные, даже когда не слушаются.

Чарити с беспокойством взглянула на нее.

– Вы не жалеете, что приехали сюда? Ведь в Англии вы могли бы найти работу получше.

– Какую? Я же ничего не умею делать, только вести хозяйство, ну, еще составлять букеты, делать покупки… С детьми интереснее, и кроме того, я все время занята.

На следующий день приехали гости: тетушки и дяди, двоюродные братья и сестры, старые друзья – большинство из них Крессида видела в Рождество. Они приветливо здоровались с ней, на хорошем английском восхищались, как замечательно она управляется с детьми, и выражали надежду, что увидятся с ней за ужином.

Крессида, снова надев свое серое платье, которое она с удовольствием выбросила бы, отметила про себя, что все пока идет хорошо: дети, как покорные ягнята, отправились спать, и у нее есть немного времени, чтобы отдохнуть, перед тем как спуститься в гостиную. Она прошла в комнату для игр, присела на подоконник, глядя в темноту ночи. Снег прекратился, на небе мерцали звезды. Она смотрела на них и думала, где теперь доктор. Конечно, он уже в своем красивом доме с Николой, среди гостей…

Его «Здравствуйте, Крессида» прозвучало настолько естественно, так отвечало ее мыслям, что она не сразу сообразила, что он рядом с ней, в этой комнате, стоит, прислонившись к дверному косяку, еще в теплой куртке – он принес с собой из холодной ночи, откуда пришел, струи ледяного воздуха.

– Вот это сюрприз! – воскликнула Крессида. Она чувствовала, что это прозвучало не слишком по-дружески, и торопливо добавила: – Я хотела сказать, что рада вас видеть, доктор!

Он пересек комнату, остановился перед ней – высокий, заслонивший все вокруг. Он молчал. Тогда заговорила Крессида:

– Вы, конечно, не останетесь здесь, ведь вы едете в Янслум и заехали сюда по пути, да? У нас, наверное, сегодня много гостей. Я даже не подозревала, что Новый год – такой важный праздник в Нидерландах…

– Во Фрисландии, – поправил он, смеясь. – Совершенно верно. Мы едем мили и мили, чтобы отметить этот праздник вместе с родственниками и пожелать друг другу счастья. Мои сестры, их мужья и дети ждут меня…