Сидни Ламберт - Ложь и любовь

Дэвид не мог дождаться конца лекции, время тянулось, словно резиновое. Он смотрел в листы не отрываясь и читал машинально, думая совсем о другом. Надо во что бы то ни стало выяснить, где Мишель. А для этого придется поговорить с Мари.

Лекция закончилась. Мари с Люком стали продвигаться к выходу. Дэвид опередил их. Он уже стоял в коридоре, когда молодые люди вышли.

– Мисс Райно, – обратился Дэвид к девушке. – Мне срочно нужно поговорить с вами.

– Извините, но я спешу, в другой раз. Мари повернулась, чтобы уйти. Но на помощь преподавателю совершенно неожиданно пришел Люк.

– Давай задержимся, у нас двадцать минут, торопиться некуда.

Мари не нашлась, что ответить, и развернулась к Дэвиду. Он видел, что она совсем не расположена к разговору с ним. В глазах ее горели искорки праведного гнева. Так бывает зол человек, когда непоколебимо уверен в своей правоте.

– Ты иди, – обратилась Мари к Люку. – Я догоню.

Дэвид был ей благодарен за это безмерно. Но он отлично понимал, что Мари сделала это не ради него, а чтобы не подвергать опасности репутацию подруги.

– Я вас слушаю, – холодно сказала она.

– Где Мишель? – спросил Дэвид коротко.

Зачем вступления, если и одному и другой все понятно?

– Далеко, – так же коротко ответила Мари.

– Послушайте! – Дэвид не знал с чего начать. – Произошло недоразумение. Женщина, с которой видела меня Мишель, моя бывшая жена. Мы разведены. Я не собираюсь никого обманывать. У нее проблемы, она приехала ко мне за помощью.

– Проблемы будут у вас, если Мишель забеременеет, – ответила Мари. – Это все, что вы хотели сказать?

Она не поверила не единому его слову.

– Какие у вас основания утверждать, что я лгу? У меня есть все документы, подтверждающие развод. Вы можете поговорить с моей бывшей женой. Или нужны еще какие-то доказательства?

Мари засомневалась.

– Но все знают, что вы не даете жене развод. Все это говорят.

Дэвид хлопнул себя по лбу. Вот только нелепых слухов ему больше всего и не хватало до полного счастья!

– Послушайте, пусть все говорят, что им будет угодно. Я разведен. Я безумно люблю Мишель и хочу на ней жениться. Если вы не скажете, где она, я сейчас же объявлю розыск и переверну вверх дном весь Базель. Вы знаете, что как преподаватель я имею право поднять панику, если студентка не явилась на лекцию и никто не имеет никаких сведений о ее местонахождении.

Он так разнервничался, что последние слова произнес слишком громко. Идущие мимо студенты повернули головы в их сторону, Дэвид смутился, поняв свою оплошность. Мари еще сомневалась, но, похоже, уже начинала ему верить.

– А вы точно разведены? И…

– Что еще за «и»! – Дэвид всплеснул руками. – Я ее люблю. Понимаете, люблю! Скажите – и не пожалеете. Я понимаю, вы связаны обязательствами, вы обещали ничего не говорить, но вы сделаете хуже своим молчанием. И хуже в первую очередь Мишель. Где она?

– Перевелась, – тихо ответила Мари. – Уехала к родителям в Цюрих. Теперь она будет учиться там. Вернется сюда, когда закончится ваш контракт. По крайней мере, она собиралась так поступить.

– Вы знаете адрес или телефон? Или хоть что-нибудь? Как с ней связаться? Ведь перевод не могут оформить так быстро. Все-таки университеты достаточно автономны.

– Она написала заявление по семейным обстоятельствам, их обычно удовлетворяют быстро. Но у меня есть телефон. А домашний адрес в Цюрихе можно посмотреть по документам. Она мне его не оставляла. И вообще, это не проблема. База данных по студентам и преподавателям, по-моему, есть везде.

– Спасибо, – поблагодарил Дэвид.

Услышав, что Мишель нет в городе, он словно оцепенел. Сердце внутри сжалось, по спине пробежала дрожь. Но надежда зажглась снова.

– Мы можем посмотреть прямо сейчас. – Мари улыбнулась.

И все-таки, какая она доверчивая! Начала с холодного приветствия, а закончила тем, что предложила помощь.

Дэвид тоже улыбнулся.

– Буду благодарен безмерно.

– Пойдемте!

Они прошли через несколько коридоров старого здания. Того самого, с чего все когда-то начиналось в пятнадцатом веке. Дэвид не мог припомнить точную дату основания университета. Прочные окна, высокий, полукруглый потолок. Сейчас здесь были стекла, а когда-то давно красовались витражи. Мари зашла в какой-то кабинет и словно растворилась. Прошло минут десять. Дэвид уже подумал, а не решила ли она от него отделаться таким образом. Но Мари все-таки вышла из двери, держа в руках небольшой листочек.

– Вот, – сказала она, протянув Дэвиду листок. – Это домашний адрес в Цюрихе. Она живет на одной из самых больших улиц в городе.

Дэвид развернул листок, сложенный вдвое, и прочел надпись, сделанную мелким бисерным почерком: Шторхенгассе 56/3001.

– А вот телефон. – Мари забрала у него листок, достала из сумки ручку и написала под адресом комбинацию цифр. – Не советую звонить. Мыс ней условились, что она сама не будет брать трубку, если услышит междугородные звонки, и попросит родителей отвечать звонящему ей мужчине, что ее нет дома или что она учится в Базеле.

– Спасибо. – Дэвид кивнул. – Вы мне очень помогли, и уверяю вас, что не ошиблись в своем решении.

– Я тоже надеюсь. – Мари задумчиво улыбнулась. – Можно вопрос?

Ее природное любопытство до всех подобных дел взяло верх над застенчивостью.

– Вы к ней поедете?

– Вероятнее всего. Причем чуть ли не сегодня. Прямо сейчас.

– Класс!

Мари томно вздохнула и, повернувшись, пошла медленным шагом по коридору. Она осталась довольна и собой, и преподавателем. Последний вопрос был своего рода проверкой: если скажет, что поедет прямо сейчас, то действительно любит! Из-за игрушки, куклы никто никогда не дергается.

Она ушла, а Дэвид остался стоять посреди коридора, немного озадаченный ее последним вопросом и реакцией на ответ. Поняв наконец их смысл, он отправился в столовую. Надо отыскать Жюльена, скорее. Поделиться, рассказать. Он, вероятно, пьет кофе.

Дэвид оказался прав в своем предположении. Жюльен встретился ему в коридоре, ведущем в столовую. Вид у него был еще хуже, чем прежде. Казалось, он едва держится на ногах.

– Тебе же плохо. – Дэвид остановил друга. – У тебя еще есть занятия?

– Нет, – безропотно ответил Жюльен.

– Вот и отлично. – Дэвид взял его за рукав и повел к выходу. – Идем домой.

– Мне еще надо кое-что уладить, – возразил Жюльен.

– Какие еще дела?! – Дэвид настойчиво потащил друга к выходу. – Уладишь все в другой раз.

– Меня уволят с работы. – Жюльен хотел развернуться, но Дэвид удержал его. – Я должен был сдать эти листы неделю назад. – Он горестно взглянул на папку.