Элисон Келли - Счастье Аманды-Джейн

– Все в порядке, мистер Эджмен, – сказала Аманда-Джейн, выглядывая из-за плеча Реба. – Скоро вы сможете продолжить. Я не знаю точно, сколько тебе нужно денег, чтобы принять участие в проекте Джека, – прошептала она, – Того, что находится здесь, – она указала на сверток, о котором Реб совсем забыл. – для начала должно хватить. Мы придумаем что-нибудь и раздобудем остальное потом. А теперь поторопись, – сказала она, слегка толкая его в бок. – Тебе нужно скорее вернуться к ним.

– Ты продала машину? Думала, что мне нужны деньги?

– Я… э… подслушала, что ты говорил Джеку прошлым вечером. – Она покраснела. – Ты счел вашу идею прекрасной возможностью выгодно вложить средства, но не решился взять на себя обязательства прямо сейчас из-за меня и ребенка.

– Аманда-Джейн, я…

– Ш-ш-ш! – Она прижала палец к его губам, – Я не хочу, чтобы ты упустил такую прекрасную возможность. А машина никогда не имела такого значения в моей жизни, как ты, Браун, – произнесла она ласковым голосом. – Ведь это глупо – упускать сказочный шанс в бизнесе и позволять мне ездить на совершенно непрактичном авто. Так что возвращайся на переговоры и скажи инвесторам, что ты в деле.

– Эй Джей, ты действительно в этом уверена?

– Конечно! если дело стоящее…

– Да я не об этом! Я хочу знать, ты действительно любишь меня?

Блеск в ее глазах смягчился до нежного сияния. Она кивнула.

– Я люблю тебя настолько сильно, Браун, что этого не выразить словами.

Ребу показалось, что его сердце достигло размеров земного шара. Он схватил Аманду-Джейн и притянул к себе.

– Милая моя, я умирал от желания услышать эти слова. Но ты не смогла бы доказать мне свою любовь лучше, чем сегодня.

Хотя Аманде-Джейн страшно хотелось немедленно услышать словесное подтверждение его собственных чувств к ней, сердце подсказывало ей набраться терпения.

– Джек, – сказал Реб, не оборачиваясь и неотрывно глядя в глаза Аманде-Джейн. – Моя жена считает, что эта сделка слишком хороша. Так что вернись к инвесторам и скажи им, что я в деле.

– Отлично! Но ты можешь сказать им об этом сам.

– Прости, Джек. Сейчас мне нужно сказать несколько слов моей жене. – Наклонившись, он поцеловал ее. – Например, то, что она сводит меня с ума. То, что я люблю ее больше жизни. И то, что я счастлив стать отцом нашего ребенка.

– Ты действительно любишь меня? – взволнованным голосом спросила Аманда-Джейн. Ее глаза наполнились слезами. – Правда?

– Чистая правда.

Она бросилась мужу на шею и прижалась к нему, осыпая поцелуями.

– О, Реб! Ты мне так нужен, я тоже люблю тебя!

Недоверие сменилось безудержной радостью, когда Реб услышал все эти слова. Он прижал Аманду-Джейн к себе так крепко, как только мог. Никто и никогда не признавался ему в любви. Никто, кроме этой прекрасной, обворожительной женщины. Она не только исполнила все его мечты, но и дала надежду на будущее. Сама Аманда-Джейн Воган любит его! Ему каким-то чудом удалось покорить сердце принцессы. Какой бы бредовой ни казалась эта мысль, сердце уже поверило в нее. И в душе Реб был уверен, что Аманда-Джейн простит ему обман. Ведь ему пришлось скрыть от нее свое истинное финансовое положение.

Глава двенадцатая

Аманда-Джейн стояла и смотрела на огромное здание в индустриальном стиле. Она пыталась осознать то, что только что услышала. Известный хулиган и дебошир Браун оказался не обычным механиком. И его финансовый лимит не был исчерпан, когда перед свадьбой он оплатил все ее счета. В прошлом Реб был профессиональным мотогонщиком и заработал на этом приличные деньги. Их оказалось достаточно, чтобы принять участие в проекте Джека Эджмена, бывшего спонсора Реба. Джек открыл сеть агентств по продаже мотоциклов. Со временем прибыли росли, бизнес развивался, и сеть агентств Джека вышла на второе место по продажам в пределах страны. Инвестиции, о которых сегодня шла речь, должны были вывести ее на первое место…

Аманда-Джейн ощущала на себе беспокойный взгляд Реба. Он стоял поодаль, облокотившись на капот «ягуара», принадлежавшего Джеку. Эй Джей не знала, чего же ей больше хочется в этот момент: плакать, смеяться или врезать у как следует.

Конечно, дом, который ей показали, не дотягивал до уровня особняков Воганов, но он располагался в престижном районе. Здесь, в северо-западных пригородах Сиднея, прятались от людских глаз писатели и художники.

– Это все действительно принадлежит тебе? – спросила она, указывая рукой на тщательно подстриженную лужайку. По словам Реба, она занимала «ровно четыре акра», на которых находился дом и кирпичная постройка внушительных размеров. – А это для кого?

– Когда я строился, то собирался сделать здесь гараж, в котором я мог бы возиться со своими мотоциклами. Но люди, в последнее время снимавшие этот дом, устроили в нем что-то вроде игровой комнаты для детей.

Аманда-Джейн смерила его негодующим взглядом.

– Все это время я буквально изводила себя, думая, что добавляю тебе забот. Содержание гаража требовало немалых затрат. Я и на работу-о пыталась устроиться только из-за этого. Ты вел себя так, как будто понравившееся Саванне платье было тебе не по карману.

– Дело в том, что у меня вызвало сомнение само платье, а вовсе не его цена, – произнес искренне Реб. – Поверь мне, я не собирался намеренно вводить тебя в заблуждение. Кстати, кольцо настоящее.

– Кольцо-то, может, и настоящее. А как насчет всего остального?

Реб знал, что она имеет полное право презирать его. Но с ее лица исчезло негодование, когда она шла ему навстречу. Затем остановилась.

– Но ведь никто и словом ни о чем не обмолвился. Значит, Саванна и все остальные обитатели гаража были в сговоре.

– Да нет же! Просто об этом не заходила речь.

– Допустим. А та фотография на стене в спальне? Это ты на ней?

Реб кивнул.

– Она была сделана на чемпионате в Филипп-Айленде. Это был первый год, когда я участвовал в гонках. Фотография памятна для меня, потому что это была моя единственная большая гонка в Австралии. Больше я не участвовал в Гран-при. Во время второго сезона я сошел с дистанции. Умер мой дядя, и мне пришлось взять на себя заботу о Саванне. Так все и закончилось. – Он пожал плечами. – Я переехал в Воганслэндинг и начал жизнь заново.

– Ты скучаешь по гонкам?

– Я скучал. Но только до тех пор, пока в моей жизни не появилась ты, – честно признался Реб. – Сейчас я ни за что не буду заниматься чем-то, что заставит меня уехать от тебя и ребенка.

– Хорошо, – произнесла Аманда-Джейн, – потому что меня пугает даже мысль об этом. Я не позволю тебе подвергать себя опасности. Ты когда-нибудь попадал в серьезные аварии?