Джекки Мерритт - Хозяйка ранчо

— Джейка? Господи, нет, конечно! Странные идеи возникают у тебя сегодня.

— У меня было много времени, чтобы все обдумать, тем более что человек, столь меня интересующий, отказывался отвечать на мои вопросы…

Он осторожно поднялся, но высота кабины не позволяла выпрямиться, и ему пришлось пробираться в глубь фургона в полусогнутом положении.

— Знаешь, пожалуй, я прилягу.

— Тебе больно? — Клео тут же пересела с кушетки на скамью, закрепленную с другой стороны фургона.

— Да, мне больно. — Голос Чанса звучал хрипло, глухо. По его тону Клео поняла, что он имеет в виду не только спину.

Он стянул с себя жесткий пояс и улегся на кушетку со вздохом облегчения. Клео сняла ботинки и, вместо того чтобы отставить их в сторону, продолжала сидеть, пристально их разглядывая и думая о том, что, возможно, зря вспылила. Рассуждения Чанса были, конечно, нелепы, но, с другой стороны, они уже дважды были близки, а она по-прежнему его избегала. Вероятно, эта неопределенность в их отношениях и ее вечные метания из одной крайности в другую и давали почву для появления у него таких идей.

— Как хорошо лежать, — прошептал Чанс.

Их взгляды пересеклись. Клео отпила еще один глоток содовой. Дождь барабанил по крыше, создавая ощущение ритмичной мелодии. Она отставила банку и сняла жакет. Чанс смотрел на нее не отрываясь.

— Что ты делаешь?

— Здесь становится жарко. Душно.

Кушетка располагалась как раз с подветренной стороны, и Клео, встав на краешек, потянулась к окошку.

— Как соблазнительно, — вновь зашептал Чанс, любуясь снизу очертанием груди, четко обозначившейся под рубашкой при ее движении. — Даже очень. Ты делаешь это специально?

Клео сверху бросила на него быстрый взгляд.

— Если я открою окошко с другой стороны, то дождь зальет машину.

Той ночью она бросила ему обвинение в насилии, когда он заставил ее лечь рядом, сейчас он мог бы ей сказать то же самое. Чанс застонал.

— У тебя все в порядке? — встревожилась Клео.

Его лицо исказилось.

— Ты хоть немного думаешь, что ты делаешь? Сколько ты будешь так стоять надо мной? Ведь только я дотронусь до тебя, как ты снова заговоришь о насилии, принуждении, развращенности. Ума не приложу, чем это все может кончиться!

Сквозь узкую щель приоткрытого окна в машину ворвался свежий воздух. Клео с наслаждением вдохнула его полной грудью и вновь присела на скамью.

— Я тоже не знаю, поверь мне, — проговорила она, прерывая затянувшуюся после его слов паузу.

Он лежал, по-прежнему не отрывая от нее взгляда. Не выдержав, Клео поднялась со скамьи и, перебравшись в переднюю часть машины, попыталась еще раз завести мотор.

— Ничего не выходит!

Несколько неудачных попыток окончательно испортили Клео настроение.

Гроза уже прошла, однако дождь, казалось, собирался лить весь день, а то и всю ночь. В это время года всегда много дождей, сказала она себе, стараясь успокоиться. Обычно за ночь земля покрывается тонкой корочкой льда, а к утру под лучами еще теплого солнца лед тает и под ногами снова хлюпают лужи.

Сегодняшний день выдался не слишком холодным, и поэтому, скорее всего, будет только дождь, без заморозков: размокшая земля, молчащий мотор и ни одного человека поблизости! Рози, должно быть, уже дома и промокла по дороге насквозь, если только Джо не сообразил все-таки съездить за ней. Какое-то безумие! Клео ощутила свою полную беспомощность и разозлилась.

Мало ей всех этих тревог и волнений, тут еще Чанс лежит на кушетке в глубине фургона и пробуждает в ней желание! Клео стиснула зубы. Судьба определенно не на ее стороне. Не упади Чанс с лошади, она давно бы уже уехала — и никаких проблем, не надо ничего решать, не надо бороться с собой. Она досадливо хлопнула по рулю. И почему эта чертова машина сломалась именно сейчас!

— Успокойся, — раздался за ее спиной голос Чанса. — Рано или поздно кто-нибудь проедет по этой проклятой дороге, тогда и посигналишь. Зачем так нервничать, все равно ничего не изменится!

— Оставь при себе отеческие советы, — огрызнулась Клео. — Я лучше тебя представляю всю ситуацию.

Чанс медленно сел на кушетке.

— Отеческие советы, говоришь? Я настолько старше тебя?

Клео утомленно провела рукой по лбу.

— Нет, конечно, нет. Но твои слова прозвучали слишком покровительственно… Я беспокоюсь о Рози. — И она рассказала ему про автобус и про то, что Рози пришлось, вероятно, добираться домой под дождем.

— Очень хочется помочь тебе, Клео, но здесь, более чем в двадцати милях от ранчо, я вряд ли смогу что-нибудь сделать.

— Я тоже, — вздохнула она и вернулась на скамью, поняв, что заставить заработать мотор ей не удастся. — Может, тебе все-таки лучше лечь?

— Ты права. — И Чанс снова растянулся на кушетке, устремив взгляд к потолку. — До этого несчастного случая я никогда так много не размышлял о том, что значит быть инвалидом, — спустя какое-то время заговорил он, казалось разговаривая вслух сам с собой. — Это очень нелегко: постоянно находиться под гнетом недуга, без надежды на выздоровление, если только не произойдет чуда. Представляешь?

— Некоторые люди переносят такую участь очень мужественно.

— Да, некоторым это удается.

— Может быть, у них характер лучше, чем у тебя? — улыбнулась Клео.

— Не скажи, я веду себя не так уж плохо, — усмехнулся Чанс в ответ. — Но ты, вероятно, во мне разочаровалась?

— Я думаю, что чемпионом среди несносных пациентов ты не стал. Однако второе место принадлежит тебе по праву.

Они замолчали. Внутри фургона было тепло и уютно. Клео, взяв свою банку с содовой, отпила еще глоток.

— Как быстро сегодня темнеет. Наверное, из-за дождя.

— Клео, не волнуйся, с Рози все будет в порядке. Скорее всего, Джо или Кит встретили ее, когда увидели, что ты до сих пор не приехала. Они не допустят, чтобы с ней что-нибудь случилось.

Что-то в его тоне заставило Клео заволноваться.

— Ты ведь тоже о ней беспокоишься. Ты к ней привык, да? — Ее вопрос прозвучал как обвинение.

— А тебе этого не хотелось бы?

Клео заколебалась.

— Может, и так. Вы подружились. Из-за этого она может слишком близко к сердцу принять наш отъезд.

— Она никогда не видела своего отца?

— Как же она могла его видеть? Он думает, что я сделала аборт… — Клео остановилась, чтобы перевести дыхание.

Чанс снова сел.

— Ты уверила его, что собираешься сделать аборт? Но почему?

Вспышка молнии на мгновение осветила лицо Чанса, но Клео даже не взглянула в его сторону.

— Он… был женат, — выпалила она, уже не заботясь о том, как воспримет Чанс ее слова.