Салли Лионс - Букет невесты

— А как ты себе это представляешь, Джун?

— Никак. Все в твоих руках. Поступай, как считаешь нужным. А я никаких заявлений делать не буду.

Она все перебирала вещи — разгладила юбку, застегнула жакет, открыла футляр с ниткой японского жемчуга…

Несмотря на мрачное расположение духа Алекс отчетливо представил Джун — обнаженную, в ожерелье из настоящего жемчуга… На него нахлынуло желание, и он поскорее отошел к окну, чтобы она не заметила его возбуждения.

А что, если попытаться соблазнить ее снова? Алекс хотел ее так, что с трудом сдерживался, чтобы не упасть на колени и не признаться в своих чувствах. Он был готов вытерпеть унижение, но только не отказ. Проклиная в душе свою гордость и тот день, когда они встретились, Алекс решил сосредоточиться на главном: как расторгнуть помолвку с минимальной оглаской?

— Как только вернусь домой, сделаю заявление для прессы. Тебя устроит, если я скажу, что мы расторгли помолвку по обоюдному согласию и без взаимных претензий?

— Вполне, Алекс.

Лучше бы возразила, подумал он, в конце концов, я ведь обещал, что помолвку разорвет Джун.

— Если хочешь, я скажу, что инициатива принадлежит тебе. А можешь и сама сделать заявление…

— Ну какое это имеет значение! Разве моя персона хоть кого-то интересует? Мир крутится вокруг таких, как ты. Говори и делай так, как тебе удобно.

— Ладно. Я подумаю. Можешь быть уверена, я постараюсь сделать это как можно тактичнее. Чтобы твоя репутация не пострадала…

— Спасибо.

Она все возилась с одеждой, а Алексу безумно хотелось обнять ее, но что сказать женщине, которая вот-вот получит вожделенное интервью для своего журнала?

— Куда ты собираешься? — спросил он, заранее зная ответ и лишь оттягивая неизбежное расставание.

— Домой.

— А потом на работу?

— Только не сегодня. У меня отпуск. В прошлом году я не отдыхала, так что еще целую неделю могу расслабляться дома.

— Понятно. — На самом деле он ничего не понял, но работа Джун интересовала его меньше всего. — Значит, мы можем приступить к интервью? Если хочешь, начнем прямо сейчас.

— Нет! — Она давно ждала, когда Алекс затронет эту тему, но не испытывала ни малейшего желания ее обсуждать. — Понимаешь, сначала мне нужно подготовиться. Набросать план, подобрать вопросы… Словом, «въехать в тему», как говорят профессионалы. А ты пока останешься в Сан-Диего?

Джун приготовилась к худшему — сейчас Алекс скажет, что уезжает завтра или послезавтра.

— Я жду звонка из банка Сан-Франциско, а потом на пару дней слетаю в Вашингтон. Ведь я приехал в Штаты не только отдохнуть.

— Тогда выбирай любой день, только не сегодня.

Зря я откладываю это дурацкое интервью! — подумала Джун. Лучше бы побыстрее отвязаться. Диктофон готов, а вопросов я набросала столько, что хоть книгу пиши! Ну зачем продлевать обоюдные муки?

— Давай условимся на завтра, — деловым тоном предложил Алекс. — Скажем, в три часа. Согласна?

— Согласна.

— А если вдруг что изменится, я тебе позвоню. Если не возражаешь.

— Звони.

— Раз на работу ты не собираешься, может, дашь мне свой домашний номер?

— Лучше я сама тебе позвоню… Впрочем, как хочешь. Только найду листок бумаги.

Тоже мне пятизвездочный отель — даже блокнота не сыщешь! — сердилась Джун. Или я ничего не вижу, потому что глаза застилают слезы? Что же я плачу? Ведь с самого начала знала: помолвка «понарошку». Значит, и разрыв тоже… Почему же так болит душа? Посмотри правде в глаза, Джун! На вечеринке твой возлюбленный едва обращал на тебя внимание и даже не удосужился проводить до номера. Чего же ты ждешь? Все яснее ясного!

Покопавшись в сумочке, она извлекла письмо, которое так и не отправила маме, и, вынув его из конверта, написала на обратной стороне номер телефона.

— Извини за вечеринку. Боюсь, тебе было скучно.

— Напротив! Твой приятель Джордж — просто чудо. У него такое чувство юмора! Он все время меня смешил… И танцует превосходно. Мы с ним целый вечер танцевали…

Щебечу под стать этой безмозглой кукле Лизе! — ужаснулась Джун. Ну и ладно! Зато он не догадается, как оскорбил меня своим невниманием.

— Я заметил, — сказал Алекс с досадой, и у Джун затеплилась надежда, но тут же погасла, когда он напомнил ей про инцидент с агентом. — Жаль, тот наглый тип испортил тебе настроение.

Она пожала плечами.

— Ничего страшного! Знаешь, хотя спасать меня нужды не было, должна признать — ты мастерски с ним разделался.

— Редкостный нахал! Надеюсь, теперь он оставит тебя в покое. От таких типов нужно держаться подальше — что бы они ни обещали.

— К твоему сведению, позировать нагишом я не собиралась.

— А я в этом и не сомневался.

Сегодня Алекс был одет просто: темно-синяя спортивная куртка, серые брюки, тенниска с расстегнутой верхней пуговкой… Джун смотрела на него, и ей не верилось, что позапрошлой ночью она лежала в его объятиях, прильнув щекой к его груди…

Отвернувшись — чтобы Алекс не заметил боли в ее глазах, — Джун подошла к окну и сделала для себя еще одно невеселое открытие: актриса из нее никудышная! С ролью невесты не справилась, даже скрыть свои чувства не в силах…

Надо постараться найти в Алексе непривлекательные черты и сосредоточиться на них — может, тогда станет легче? Сомнений нет: то, что произошло между ними позапрошлой ночью, для него всего лишь эпизод. Ведь он даже не пытался склонить ее переспать с ним еще раз!

Однако как Джун ни старалась, она не сумела найти в нем изъяна. Принц Алекс — настоящий мужчина. А танцуя с другими женщинами, просто давал ей понять, что не придает их отношениям большого значения. Может, он и виноват в том, что соблазнил ее, но — чего греха таить! — ему не пришлось долго упрашивать. Даже теперь, несмотря на ее душевную муку, помани он — и она с радостью упадет к нему в объятия.

На миг Джун представила, как они занимаются любовью прямо на ворохе стильной одежды. Она расстилает серебряное платье, ложится на прохладный атлас и ласкает Алекса до тех пор, пока он не обезумеет от желания обладать ею…

Прогнав дразнящее видение, Джун бросила прощальный взгляд на роскошный номер, повесила на плечо сумочку, взяла в руки рюкзак с аппаратурой и дорожную сумку и объявила:

— Ну, мне пора!

— Позволь, я тебе помогу, — вежливо предложил Алекс.

— Нет! Спасибо, не надо. Я привыкла обходиться своими силами. Как-нибудь управлюсь!

— До чего же ты упрямая особа, Джун Томпсон! Скажи на милость, ну что ужасного в том, что я поднесу тебе вещи до машины?

— Ничего ужасного в этом нет, — задумчиво ответила она, зная, что сказать правду не может. И не может дольше оставаться в обществе этого вежливого незнакомца.