Помни об этом - Виктория Королёва

повесила на себя, раз тут вот так вот можно. Девочка, которую мы встретили у входа в дом обнималась с одним, он за задницу лапал, сейчас с другим в углу облизывается. И так пошло у них выходит. Порнуха для практикующих.

Просто, твою мать…

Прыгаем в машину. Игнат флешку в бардачок запихивает, я молчу. Рада до жути, что ушли. А ещё думаю о том, что он там свой. Свой… Свой такой же или нет? Сначала с Натахой, потом со мной, потом опять с Натахой, Леной, Катей? Я совсем не знаю мужика, к которому в кровать прыгнула.

Выруливаем на основную дорогу. Тишина гнетущая. Игнат смотрит хмуро на дорогу. Я остро чувствую себя лишней. Мы весело ехали сюда, сейчас загрузились каждый о своём. Язык разъедает, как спросить про неё хочу… Вдруг он неожиданно осознал, что вот к той Натахе надо? Может он там остаться хотел сейчас, а я тут балластом. Прикрываю на миг глаза, а потом выпаливаю:

– Слушай, не обязательно прям до дома, высади, где удобно, я могу сама добраться, – коротко смотрит на меня, я же быстро добавляю, – правда. Всё нормально, – заверяю с жаром.

Выдыхает медленно, не демонстративно, просто медленно. Своё дыхание я задерживаю.

Машина сбавляет темп. У меня обрывается внутри.

Тормозит на обочине, чуть углубляясь. Замираю, мгновенно вцепляясь в ручку дверцы. Тут небольшая промзона, дорога полевая справа, мимо машины проносятся. Сердце качает кровь в натяг. Сжимаюсь внутренне. Жду фейерверк эмоций, своих внутренних или его внешних, не знаю, чего именно.

Сказала, а сама боюсь, что предложит выйти прямо тут. Кидаю взгляд через лобовое, ночь чернее чёрного кажется, фары проезжающих машин какие-то зловещие. Надо было промолчать, может быть, высадил где-то в более людном месте.

– Почему ты постоянно стараешься от меня быстрее отделаться? – в глаза стреляет.

Сглатываю. Он весь ко мне разворачивается. Локоть на руле обосновывается, взгляд давящий.

– Ты вроде как…

– Вроде как что? – бровь поднимает, выше склоняясь ко мне.

Почти нависает, загнал в угол собой. Хочу отстраниться, дальше быть, перестать попадать под магнетическое влияние. Потому что оно есть и очень сильное. Так Луна работает, клянусь.

– Вроде как что-то, – лепечу хрень какую-то, поздно спохватываясь мозг включить.

Улыбается. Сразу же завораживает улыбкой. Она когда искренняя, у него глаза загораются, я это ещё тогда в клубе заметила.

Отстёгивает свой ремень, слежу за сильными пальцами неотрывно. Пропускаю через себя ещё одну мощную волну энергии. Игнат ближе двигается, сидение протестующе тихий скрип издаёт, поддевает подбородок и целует. Одновременно с этим гаснут фары, погружая салон в полумрак.

Захватывает верхнюю губу, немного тянет, потом сразу нижнюю, касается шеи, ближе притискивает. Снова губы. Делаю короткий вдох через рот и поцелуй перестаёт быть невинным. Мы как наэлектризованные, искрит мгновенно. Жадно друг в друга вцепляемся. Воздуха не хватает. Бомбануло.

Не переставая пихать мне в рот язык, Игнат перетаскивает на себя, верхом сажает. Руки под подол ныряют, скатывая наверх материю, я сажусь плотно-плотно. А он целует, целует. Жадно руками трогает, сминает моё несчастное платье, грудь, бёдра, всю меня мнёт. А я кайфую. Всё нравится. Вспыхиваю спичкой. Хочу. На трезвую голову хочу. И забываю Натаху к херовой бабушке.

Сама отвечаю с рвением. Трусь непроизвольно, кидаюсь в него как в омут с головой и всмятку. Игнат нетерпеливо по ногам проходится, сжимает ягодицы. Жмякает их, обдавая своим запахом ноздри, вкусом затягивая и огнём опаляя. Он горячий, просто огненный.

Жадно облизываемся, стонем, скрип отъезжающего сидения назад воспринимаю радостно. Льну вся, целую, кусаю, ёрзаю. Прямо по ширинке ёрзаю. С ума схожу, как горю. К чёрту всё из головы. Просто к чёрту!

– Блять, просто крышу рвёт. Какая ты горячая.

Сжимает задницу с силой, по себе прокатывает, сразу в трусы ныряет, влагу чувствует и сильнее заводится. Я вижу его шальные глаза, и сама дурею. И мне уже откровенно по хрен что тачки едут, что увидит кто-то, остановится или ни дай бог подойдёт.

Хочу к чёртовой матери снять это грёбанное платье, чтобы он как тогда грудь целовал, чтобы ни через ткань, чтобы на живую было.

Вжик молнии, джинсы и боксёры вниз спускаются, он быстро презерватив раскатывает, и я сама прыгаю сверху, захлёбываясь от наполненности. Как пазлы идеальные сошлись. Всего его обхватываю, глубоко принимаю, на максимум. Он в шею дышит горячо, двигаться помогает, за задницу крепко держит. А я умираю просто. Двигаюсь, двигаюсь. Стону, с катушек слетаю.

Пальцы на клитор спускаются. Дразнят, давят, стоны вышибая глухие, а мне и без этой стимуляции хорошо. Чувствовать напряжённое тело под собой, управлять нашим удовольствием, понимать, как он кайфует от меня, как я сама только номинально на земле нахожусь.

Игнат бесконечно целует, что-то шепчет, помогает мне, ласкает. Весь в процессе. Совсем не эгоист. Много-много ласки дарит, сам этим наслаждается, не грубый, я не жду от него боли, полностью тону в ощущениях, глаза закрываю. Это больше чем приятно. Расслабляюсь, волны ловлю, губы мягкие, дыхание наше…

Тяну за волосы, вынуждая на себя смотреть, он повинуется от губ отрываясь. Двигаюсь, смотря в глаза. Мурашки по коже от его взгляда. Самой красивой себя в них вижу, самой шикарной, самой-самой.

Не выдерживает долго, в рот языком толкается, за шею держит, чтобы плотнее. Бьёмся зубами, пофиг, ещё и ещё целуемся.

Кончаю, громко выстанывая. Потому что не в силах молчать, так хорошо. Игнат тогда чуть съезжает вниз, меня на себя укладывает и начинает долбить сильно и быстро, прижимая меня к себе. В шею ему дышу, губами касаюсь влажной кожи. Дурная до сих пор, наверное, поэтому с желанием прохожу языком по доступным местам, почти до уха веду и получаю ответ. Нравится. Кожа мурашками покрывается. Целую нежно, руками плечи оглаживая, дышу горячо.

Он там каменный во мне. Все венки чувствую, весь накал ощущаю, его удовольствие через меня прокатывает.

Кончает и целует в губы. Остро и болезненно всё. Содрогается, зубы стискивает, я сама чуть-чуть двигаюсь, в черноту глаз смотрю. Там такая магма внутри, такое желание дикое вперемешку с кайфом.

Тянусь, целую, мягко и нежно по шее пальцами веду. Он потом в плечо, мажет, хотел в шею, но вот так получилось. Улыбаюсь.

Затихаем на какое-то время, потом кто-то мимо проносится и сигналит. Я обречённо глаза прикрываю. Боже. Как стыдно. Игнат по щеке гладит внимание привлекая. Открываю глаза. В отличие от меня он расслаблен и доволен как кот. Такого тоже его помню. Губы сами разъезжаются в улыбке, прячу её у него