Соблазн по ее правилам - Кианна Александер

Пирс как раз решил помыть овощи для салата, но, услышав слова дяди, остановился.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы все видим, что ты расстроен, Пирс. — Мартин присел рядом с ним, вывалил картошку в раковину и начал мыть клубень за клубнем. — Ты сам не свой с той вечеринки.

— Ты имеешь в виду гала-концерт, который ты пропустил?

— Да. Ты еще переживаешь из-за того, что там произошло, это точно.

Выложив картофель на стол, Мартин начал чистить его.

Пирс вздохнул.

— Ты не ошибся. Я просто не знал, что это так очевидно для всех вас.

— Понимаю. Вот почему я спросил твою сестру, знает ли она, в чем проблема.

— И что она сказала? — закатил глаза Пирс.

— Что это как-то связано с Нией Вудсон. Может, расскажешь мне об этом?

Пока дядя Мартин нарезал картошку, Пирс вкратце рассказал ему о том, что произошло между ним и Нией накануне гала-концерта.

Мартин покачал головой:

— То есть ты не сказал ей, что этот человек работал на тебя? И ты не собирался ей рассказывать?

— Нет. Теперь я понимаю, что это было неправильно.

— Именно так. Ты никогда ничего не добьешься, если будешь скрывать от людей, которые тебе дороги, важные для них вещи.

— Наверное, я просто не считал это важным.

— Что бы ни думал по этому поводу, ты должен был знать, что это будет важно для Нии.

— Я понял, дядя.

Мартин усмехнулся.

— Малыш, будь честен с собой. Ты думал, что очаруешь ее и уговоришь заключить с тобой сделку. Ты думал, что можешь просто делать то, что хочешь, получить желаемый результат, а потом что? Ты собирался просто уйти после слияния? Оставить ее?

Пирс окончательно сник.

— Если честно, я не думал о том, что произойдет после слияния…

— В этом и была твоя ошибка, сынок. — Мартин покачал головой. — Я сделал все возможное, чтобы быть для тебя положительным образцом для подражания в отсутствие моего брата. Я научил тебя ловить рыбу, играть в баскетбол, заниматься садоводством и коптить ребрышки. Но если мой холостяцкий образ жизни научил тебя так обращаться с женщинами, быть таким холодным и расчетливым, то у нас большие проблемы.

Пирсу было тяжело смотреть дяде в глаза.

— Мне жаль, что я разочаровал тебя, дядя Мартин. Но это не твоя вина. Я прекрасно знаю, что ты относишься к женщинам не иначе как с уважением.

Мартин отложил нож, скрестив руки на груди.

— Я просто скажу тебе вот что. Ты сделал нечто очень глупое. Тебе нужно извиниться.

Пирс кивнул:

— Я знаю. Я просто пытаюсь придумать способ встретиться с ней.

— Тебе действительно надо что-нибудь придумать. — Мартин серьезно посмотрел на племянника. — Если ты думаешь, что чувствуешь себя плохо сейчас, просто знай, что все может стать намного хуже. Нет ничего хуже боли, когда видишь, как твоя любимая живет с кем-то, кто относится к ней так, как она этого заслуживает.

Мартин развернулся и ушел в другой конец патио.

Слова дяди были резкими, но Пирс знал, что они продиктованы искренней любовью. Ему нужно было их услышать.

«Ния может не хотеть иметь со мной ничего общего. Но я должен хотя бы попытаться дать ей понять, что мне жаль. Даже если придется прожить жизнь без нее».

Глава 18

Бегая по кухне в четверг днем, Ния старалась двигаться осторожно, чтобы не наступить никому на ноги. До ужина в честь Дня благодарения оставалось меньше часа, и она, Тиган и Эйнсли в последнюю минуту готовились к тому, чтобы семейная трапеза прошла без проблем.

— Я устала, — заявила Тиган.

— И я. — Ния покачала головой, доставая из верхнего шкафа любимый сервиз своей матери. — Ты представляешь, сколько работы потребовалось бы, если бы нам пришлось еще и готовить?

Эйнсли присвистнула, перебирая столовое серебро.

— Я знаю, что некоторые люди настаивают на том, что это должна быть домашняя еда, но, честно говоря, я рада, что Эдди заказала еду в ресторане.

Вскоре они стали накрывать обеденный стол. Хотя Эдди не любила готовить по праздникам, ей нравилось отмечать события за красиво накрытым столом, и она научила этому своих детей.

Достав сервировочную посуду, женщины перекладывали доставленную из ресторана еду на блюда и расставляли их на столе, стараясь не нарушить цветочную композицию Эдди, посвященную урожаю.

Мужчины стали собираться к обеду около половины пятого. К тому времени стол был накрыт, и Ния поднялась по лестнице, чтобы позвать родителей. Подойдя к двери их спальни, она подняла руку, чтобы постучать, но остановилась, услышав смех матери.

Улыбнувшись, она отошла от двери.

«Я уверена, что они скоро и так спустятся вниз».

Вернувшись в столовую, Ния села на свое место.

Родственники вели беседы, и до нее долетали обрывки фраз. Ей было уютно, тепло, ее окружала любящая семья, и им предстоял настоящий пир, и она была благодарна жизни за это.

И все же ей было грустно. Прежде всего из-за того, что произошло между ней и Пирсом. Но она не могла заставить себя позвонить ему.

«Кто знает, поймет ли он когда-нибудь, что сделал что-то не так? Я не могу рисковать своим сердцем из-за того, кому не могу доверять».

За несколько минут до пяти появились Эдди и Калеб. Оба улыбались, как дети на Рождество. С тех пор как Эдди вернулась домой, они с Калебом проявляли друг к другу поистине юношескую страсть.

Как только