Бразильские каникулы - Харри Джейн

Что бы люди ни думали об их отношениях, они ошибались. В эти трудные для нее дни Рауль ни разу не дотронулся до нее. Он только в церкви слегка поддерживал Жаклин под локоть.

Жаклин спала в своей старой комнате, а Рауль проводил ночи на другой половине дома. И он ни словом, ни жестом ни разу не намекнул, что хочет изменить эту ситуацию.

Все кончено, подумала Жаклин и внезапно осознала, что когда произнесла эти же слова на острове, то имела в виду не только потерю отца.

Она ощущала пустоту внутри и чувствовала себя больной. Печаль, вызванная скоропостижной кончиной отца, смешалась со страданиями от другой потери, отчего Жаклин выглядела смертельно бледной и глубоко несчастной.

Жаклин предполагала, что Рауль успел сделать предложение Лауре Портес, но она хотела, чтобы он сказал ей об этом открыто, а не держал в неведении, как сейчас.

Рауль обещал поговорить по возвращении из Лондона, и он поговорит, подумала Жаклин, словно давая себе клятву.

Почти все, кто был в церкви, пришли к ним в дом после панихиды. И когда некоторые выказали желание остаться подольше, Жаклин почувствовала некоторое раздражение. Ей даже стало стыдно за себя.

Когда наконец все разошлись, Жаклин стала собирать бокалы в гостиной. В комнату вошел Джон Картер с большим конвертом в руке.

- Раулю пришлось уехать в Нью-Йорк, у него там дела. Но он попросил меня передать вам это.

- Уехал? - Жаклин в шоке уставилась на Картера. - Даже не попрощавшись? Он не мог этот сделать.

Джон вздохнул.

- Думаю, он решил, что так будет лучше. Он вложил конверт ей в руки и натянуто улыбнулся. В конце концов теперь вы свободная женщина.

- Свободная женщина... - эхом отозвалась Жаклин.

- Загляните в конверт, - посоветовал Картер. И, наклонившись, быстро чмокнул ее в щеку. - Прощайте, голубушка, и удачи вам.

Когда он ушел, Жаклин открыла конверт, его содержимое высыпалось на диван. Первый документ касался купли-продажи дома, к нему была прикреплена записка от Рауля. Жаклин жадно вцепилась в нее глазами.

"Жаклин, долги твоего отца умерли вместе с ним, как и все обязательства по отношению ко мне. Так что теперь ты вольна распоряжаться своей жизнью, как считаешь нужным. Если можешь, прости меня за все те неприятности, которые я причинил тебе.

Возможно, нам было не суждено сделать друг друга счастливыми, моя белокурая богиня.

Я возвращаю тебе твой дом в надежде, что ты обретешь в нем покой и радость. Благослови тебя Бог".

Жаклин прижала записку к сердцу и замерла, невидяще глядя в пространство. В гостиную вошла Элизабет.

- Должна признаться, дорогая, я рада, что все закончилось. - Тяжело вздохнув, она опустилась на стул. - Смерть близкого человека - это так ужасно для всех. Твой дядя считает, что нам троим следует уехать куда-нибудь на несколько дней - немного успокоиться, привести в порядок нервную систему. Что ты думаешь по этому поводу?

- Хорошая идея, - ответила Жаклин, аккуратно засовывая бумаги обратно в конверт. - Но я уже уезжаю.

- Да? - Элизабет удивленно уставилась на племянницу. - Но куда?

- Сначала в Нью-Йорк. А потом, возможно, в Лондон, если потребуется. Или на остров Лаггос. Туда, где будет Рауль. - Жаклин через силу улыбнулась.

- О, моя девочка, ты уверена, что поступаешь разумно? - У Элизабет было удрученное лицо. - Я понимаю, он необычайно привлекательный мужчина, и он был таким внимательным и заботливым... Артуру он очень понравился, и я тоже почувствовала расположение к нему, но... - Она замолчала. - На чем я остановилась?

- Мне кажется, - мягко произнесла Жаклин, - ты собиралась сказать, что я совершаю большую ошибку.

- Ну да, я не могу думать иначе. Все это богатство и влияние... Он привык делать все по-своему. А что, если ты надоешь ему? Ты останешься с разбитым сердцем.

- Возможно, но я не могу отказаться от него. - Жаклин поцеловала тетю. - Я люблю его, тетечка, и всегда буду любить. И я не хочу жить без него, несмотря ни на что.

Выражение лица тети Бетти внезапно изменилось, и Жаклин обернулась.

В дверях стоял Рауль. Его поза была настолько напряженной, что он походил на каменное изваяние. Он поймал взгляд Жаклин и не отпускал его.

- Это правда? - глухим голосом спросил Рауль. - То, что ты сейчас говорила?

- Ты вернулся... - растерянно промолвила Жаклин.

- Я не собирался. Хотел освободить тебя полностью. Но я не смог уйти, не сказав тебе ни единого слова, не обняв тебя на прощание.

Рауль нерешительно вошел в комнату и остановился в нескольких шагах от Жаклин. Элизабет тихо встала и незаметно удалилась из гостиной.

- Я слышал, что ты сказала, керида, каждое твое слово. Ты правда все это чувствуешь? Ты любишь... можешь любить меня?

- Да, Рауль, не покидай меня и не прогоняй. Возьми меня с собой, пожалуйста. Я буду делать все, что ты хочешь, буду такой, какой ты хочешь меня видеть. Я не причиню тебе никаких хлопот. Мне все равно, где я буду жить, главное, чтобы я иногда могла быть рядом с тобой. Ты можешь жениться, клянусь, я не помешаю твоей свадьбе.

- Ты мешаешь мне с того момента, когда я увидел, как ты подглядывала за мной на пляже. - Рауль подошел к Жаклин и нетерпеливо, почти резко обнял ее. - Если бы ты знала, как я мечтал прикоснуться к тебе в эти долгие, печальные дни, прижать к своей груди и утешить тебя!..

- Но ты очень помогал мне. - Жаклин погладила его по щеке. - Я все время ощущала твое присутствие.

- Ночью я приходил в твою комнату, садился в кресло и смотрел, как ты спишь. Я считал, сколько часов мне осталось быть с тобой. У меня было такое чувство, будто время пролетает со скоростью света. Я говорил себе, что сам все разрушил и что ты будешь рада избавиться от меня.

- Почему же ты не будил меня, чтобы заняться со мной любовью? - нежно и грустно улыбнувшись, спросила Жаклин.

- Ты грустила по умершему отцу, и я не мог вторгаться в твою печаль.

Жаклин опустила голову.

- Мне кажется, что я отплакала по нему уже очень давно. А сейчас я просто... прощалась с ним.

- О, керида...

Рауль взял ее на руки и опустился вместе со своей ношей на диван, устроив Жаклин на коленях, как маленькую девочку.

- Почему ты ушла от меня тогда, любовь моя? Почему не обратилась ко мне за поддержкой?

Жаклин глубоко вздохнула.

- Я испугалась. Болезнь отца была для меня предлогом, а не причиной ухода от тебя. Я... не верила в любовь. Я видела, какой вред она может причинить. Когда отец женился на Нэнси, он превратился в совершенно другого человека, и это испугало меня. Я не хотела, чтобы со мной случилось то же самое. Я хотела сама распоряжаться своей жизнью, а не зависеть от чьей-либо воли до конца своих дней. Когда мне позвонили из Америки, я подумала, что это знак свыше. Меня словно предупреждали, что я не должна ничего менять. Что я могу вернуться к своей прежней жизни и сделать вид, что ничего не было. Я считала, что так будет безопаснее для меня. Но я не учла, что уже опоздала с выводами. - Жаклин вдруг ударила его кулаком в грудь. - Почему ты не сказал мне, что было уже слишком поздно? Ты ведь знал это, да?

- Знал, - подтвердил Рауль. Он помолчал. - Значит, я заставил тебя бояться любви.

- Я больше боялась самой себя, - возразила Жаклин. - Того, что ты мог разбудить во мне. Хотя в то время я не подозревала о существовании и половины тех чувств, которые испытала позднее.

Рауль медленно покачал головой.

- Как ты можешь все еще любить меня, когда я так ужасно обращался с тобой?

- Это не самое страшное. Все могло быть гораздо хуже. Ты просто мог вычеркнуть меня из своей жизни.

- Вот этого никогда бы не произошло. - Голос Рауля внезапно зазвучал хрипло. - Даже когда я злился и страдал, ты прочно сидела в моем сердце. Я не мог расстаться с тобой. Тогда я сказал себе: она такая же, как все, ей нужны только деньги и материальные ценности, и я буду иметь ее на этих условиях. Но после нашей первой близости я почувствовал себя мерзавцем, мне было жутко стыдно. Ты была такой нежной, такой щедрой на ласки, ты отдавалась мне не только телом, но и душой. Ты обратила мою месть против меня самого и заставила меня страдать. Каждый раз, когда я приходил к тебе, мне все труднее было притворяться. Поэтому я никогда не оставался с тобой после нашей близости, хотя мне очень хотелось держать тебя в своих объятиях остаток ночи. Я боялся, что не выдержу и признаюсь тебе в своих чувствах, а ты не ответишь мне взаимностью. Я знал, насколько зыбкими были наши отношения. У твоего отца в любое время мог случиться еще один инфаркт, который он мог не пережить, и тогда бы уже было не в моей власти удержать тебя.