Сара Сил - Королева сердец

Так, под ручку, мирно беседуя, они спустились в столовую.

– Привет, Макс, – поприветствовала Мойра. – Это надо отметить шампанским, правда? За мой счет.

Словно тревожным эхом в голове Вэл прозвучал голос Джека Тила: «Это надо отметить шампанским».

В «Барн-Клоуз» Мойра осталась на пять дней. Она все замечала, делала свои выводы и в результате вернулась в Лондон в отвратительном расположении духа. Ее очень обеспокоила одна небольшая сцена. Она, Вэл и Макс пили чай, и тут пришел Пол сказать матери «спокойной ночи».

Когда он ушел, Мойра заметила:

– Какой смышленый мальчуган. Вэл, он выглядит подросшим и возмужавшим. Девонширский воздух пошел ему на пользу. Когда вы с Максом поженитесь, для него все изменится.

– Да, – беззаботно прощебетала Вэл. – Ему будет здесь хорошо всегда, когда он приедет.

– Приедет? – повторила Мойра. – А разве ты не собираешься дать ему дом и нормальную семью?

– О нет, – покачала головой Вэл. – Пол всегда будет жить со своими бабушкой и дедушкой. Они так хотят.

– Это мы пока еще не обсуждали, – мягко возразил Макс. – Думаю, дорогая, что ввиду обстоятельств Прокторы изменят свои взгляды.

Мойра внимательно посмотрела на обоих. Так вот оно что! И с удовольствием сказала:

– Конечно, изменят. И подумай только, Вэл, как хорошо будет, когда у вас с Максом появятся дети. У них уже будет старший братишка.

– Дорогая, ты такая стремительная, – рассмеялся Макс; но Вэл каким-то странным, сдавленным голосом, заставившим их с любопытством взглянуть на нее, произнесла:

– В самом деле, Мойра, едва ли это ваше дело. И к слову сказать, так уж случилось, что я не могу больше иметь детей.

– Не можешь или не хочешь? – выразительно поинтересовалась Мойра.

Вмешался Макс:

– Думаю, дискуссию на эту тему нам стоит отложить на потом, – заметил он, но бросил на Вэл озадаченный взгляд.

– Какая жалость, – ничуть не смутившись, продолжала Мойра, – я имею в виду детей. Макс потенциально превосходный отец. И это еще одна причина, по которой Полу надо жить с вами.

– Будущее Пола было решено, когда умер Дэвид, – резко заявила Вэл и встала. – Думаю, мне пора идти – надо немного отдохнуть и переодеться к ужину, Макс.

Когда она ушла, Макс и Мойра некоторое время молчали. Макс взял один из сборников головоломок и, казалось, углубился в него. Мойра сердито закурила.

– Макс, – решительно начала она, – я не намерена вмешиваться, но тебе не кажется, что ты совершаешь ошибку? Что может дать тебе эта девушка такого, что ты смог бы оценить?

– Давай-ка не будем это обсуждать, – запротестовал он. – Это в своем роде сделка… удачная.

– Ты имеешь в виду удачная для нее. Макс, ты глупец. Дурак!

Он не поднял головы.

– Дорогая моя, может, я и дурак, но не полоумный, – раздраженно сказал он. – Просто мы еще не обсуждали это, вот и все. Вэл ведет странную, искусственную жизнь. И я не говорю, что понимаю и одобряю это. Но теперь все изменится.

– Правда? – скептически спросила Мойра. – Сомневаюсь.

На следующий день Вэл с облегчением наблюдала за отъездом Мойры. И ей ужасно не хотелось, чтобы Макс завел с ней слишком откровенную беседу.

Когда Макс вернулся со станции, проводив кузину, Вэл стояла на крыльце, ожидая его. Он поднялся к ней, и она нежно взяла его под руку:

– Дорогой, а может, мы съездим куда-нибудь вечером развлечемся?

В этой ее просьбе не было ничего необычного – она ненавидела тихие, спокойные вечера в отеле и, как правило, просила свозить ее в кино, или на собачьи бега, или в паб.

– Не сегодня, Вэл, – с улыбкой отказался Макс. – Ты такая неугомонная, да? Пойдем прогуляемся по саду. Я хочу поговорить с тобой.

Вэл была разочарована и не скрывала этого.

– Ты никогда не хочешь уезжать отсюда даже ненадолго, – проворчала она, но все же пошла вслед за ним вдоль террасы, а потом на лужайку.

– Если тебе скучно сейчас, то как же ты намерена пережить здесь зиму? – шутливо осведомился Макс.

Это был подходящий момент открыться перед ним, но Вэл не торопилась откровенничать.

– Но, Макс, – жалобно начала она, – ты ведь не будешь держать меня здесь безвылазно, правда?

– Конечно, не буду. Ты станешь ездить в Лондон, когда тебе вздумается, и покупать себе новые безделушки.

– Я бы хотела оставаться там время от времени на несколько недель, – торопливо заявила она и добавила: – С тобой, конечно.

– Только не на несколько недель, моя дорогая, – смеясь, запротестовал он. – Отель нельзя оставить надолго!

– Макс, ты действительно так увлечен своим отелем?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну… он так связывает тебя. У нас появилось бы больше возможностей развлекаться, если бы мы были свободны от такой ответственности.

– Если ты пытаешься сказать, что я должен распрощаться с «Барн-Клоуз», дорогая, то, пожалуйста, выкинь эту идею из своей головки, – решительно посоветовал Макс, и она поняла, что ее планы рушатся на глазах. – Мне нравится такая жизнь, и это место теперь больше чем просто мое хобби, это бизнес.

Воцарилось молчание. Вэл почувствовала, что это все сильнее раздражает ее. Макс летом мог бы вечера напролет возиться в своем саду, а зимой просиживать у камина с книгой. Она должна и она вытащит его из «Барн-Клоуз»!

– Вэл, – внезапно заговорил он, – теперь, когда между нами все более-менее ясно, мы должны обговорить некоторые моменты.

– Что ты имеешь в виду? – с тревогой спросила она.

– Ну, у меня создалось впечатление, что у тебя сложилось обо мне не совсем правильное представление, – извиняющимся тоном ответил Макс. – Знаешь, я не тот человек, который живет только сегодняшним днем, не думая о будущем. У меня тоже есть свои мысли о том, как я хочу жить, и свои взгляды на брак.

Вэл с сомнением сказала:

– Конечно, Макс. Но ведь ты никогда особенно не распространялся о своих мыслях и планах.

– Понимаешь, и ты ведь не слишком много рассказывала мне о своих. Я о тебе почти ничего не знаю, в самом деле, а ты не всегда была честна со мной до конца, правда?

– Ты говоришь о Дэвиде?

– И о нем тоже. Я не упрекаю тебя, моя милая, в том, что ты не хочешь об этом говорить, но тебе все же стоило рассказать мне всю правду. Я бы понял.

– Я предпочитаю думать о происшедшем как о несчастном случае, – упавшим голосом произнесла Вэл, и ее опущенные ресницы скрыли мелькнувший в ее глазах страх. Неужели он все узнал? Неужели Джек Тил осмелился намекнуть ему?

– Да, думаю, что понимаю тебя, – кивнул Макс, – но есть вещи, которые озадачивают меня, Вэл. Почему ты не хочешь, чтобы Пол был с тобой? Это кажется очень странным.

Теперь ее голос зазвучал напряженно и холодно: