Кэтрин Бритт - Дуэль сердец

— Они были моими друзьями, — сказала Гейл. — И если бы у меня возникли подобные проблемы, они первые пришли бы мне на помощь.

— Ваш отец так не думал. Вы не получите наследства, пока вам не исполнится двадцать пять. Но конечно, вы будете получать проценты.

Гейл сцепила пальцы, сильно побледнев.

— Но это несправедливо! Я не верю, что папа так поступил!

— Он только охранял ваши интересы. Он предполагал, что если вы выйдете замуж раньше, то ваш муж будет счастлив содержать вас. — И цинично пояснил: — Ваш отец рассчитывал, что если вы не выйдете замуж, то ваши бабушка с дедушкой всегда помогут вам и вы сможете жить на ваше пособие до тех пор, пока не подыщете себе подходящую партию. Между прочим, вы сообщили им, что снова можете ходить?

— Да. Я также написала им, что вскоре навещу их.

— Ну, это еще впереди, — сказал он спокойно.

Гейл казалось, будто она бьет кулаками в кирпичную стену. Один за другим он играючи разбивал ее аргументы. Но долго так продолжаться не может. Теперь очередь ее реванша.

— Я сообщила им, что сразу дам знать, когда закажу билеты на пароход, и что вскоре постараюсь осуществить свое намерение. Меня здесь ничто не держит.

Он жестко заметил:

— Я понимаю, как вам хочется видеть бабушку и дедушку, но я уверен, вам будет лучше остаться здесь, пока вы полностью не станете здоровы. Вы, по-моему, хорошо ладите с моей мачехой.

Она притихла, мысленно взвешивая два варианта. Ей очень хотелось остаться рядом с ним, но она вполне осознавала, чем это может закончиться. В доме находились еще две женщины, которые не пропустят пикантной детали, что молодожены живут раздельно.

— Я не думаю, что мне будет приятно оставаться в вашем доме. Ваши гости, конечно, заинтересуются, почему мы живем раздельно. — Слова из нее лились потоком. Она уже праздновала победу над ним, но Ланс нашел еще один довод, и ей захотелось чем-нибудь запустить в него.

— С этим можно справиться. Я могу сказать им, что вы еще не совсем окрепли, чтобы ходить по лестнице. Вы вольны поступать так, как вам хочется. Я послал медсестре Рассел чек, и она больше не вернется.

Гейл видела, как он с легкостью отбрасывает все ее возражения, но упорно продолжала отстаивать свое желание уехать:

— Все-таки слишком много сложностей. Да и сэр Бонар обещал нам свадебный подарок. Он будет настаивать и обидится, если мы откажемся.

Гейл не упоминала слов «медовый месяц». Она боялась себя выдать. Ланс пристально смотрел на нее и не пропустил бы характерных признаков — дрожащие губы и руки, к тому же неспособность смотреть в глаза собеседнику. Он улыбнулся. На его лице было странное выражение.

— Вы подразумеваете медовый месяц в любом уголке земли, где мы пожелаем? Ну, я снова мог бы сказать, что вы недостаточно здоровы. — Он ехидно взглянул на нее. — Лаура ван Элдин будет очень огорчена, если вы теперь уедете. Ей очень хочется отпраздновать ваше выздоровление. — Внезапная улыбка озарила его суровое лицо, улыбка, которую Гейл прежде не видела.

Облик Ланса преобразился, и она ощутила еще большую любовь к этому человеку. Его обаяние грозило изменить все ее планы. Она призвала на помощь всю свою выдумку и сказала наугад:

— Как долго миссис ван Элдин планирует здесь находиться?

— Лаура всегда остается до Рождества. Тэдди обычно тоже приезжает, но он отправился в путешествие с друзьями, так что его здесь не будет.

— Рождество меня теперь не очень-то радует, но я хотела бы сделать подарок бабушке и дедушке. Я собираюсь провести его с ними.

— Понятно. Теперь мы опять превратились в испорченного ребенка, который хочет бежать к бабушке и дедушке, и те с радостью опять будут баловать нас. Если вы боитесь, что я каким-нибудь образом попробую настоять на своих супружеских правах, то могу вас успокоить на этот счет. Вы вне опасности. — Он перестал улыбаться, и глаза у него заблестели. — В любом случае я прошу только обычной любезности с вашей стороны — остаться до отъезда гостей.

— Ваших гостей, — уточнила она, прервав его излияния, потрясенная его откровенностью. Он заботится о соблюдении приличий — она должна играть запланированную им роль, и только. Так что он пригласил мачеху не для прикрытия их фиктивного брака. Ему это не нужно. Он сам способен справиться с любыми осложнениями. Бесполезно с ним препираться. Единственно правильное решение для нее — скорее уехать. Она, словно раненое животное, стремилась забиться в угол, чтобы зализать свои раны. — Мне жаль, но я твердо решила уехать в Танжер, — сказала она спокойно.

Ланс на мгновение замолчал, и когда в конце концов заговорил, по его голосу она поняла, что выиграла — он отпускает ее.

— Если вы этого действительно хотите, я не буду останавливать вас. — Он выпрямился, давая понять, что дискуссия окончена, и Гейл вдруг ощутила на себе действие странных флюидов. Мимоходом он взял в руки темнокожую куколку. Немного подержав в руках, он положил ее на место и сказал с обезоруживающей мягкостью: — Вы боитесь меня, да, Гейл? Интересно почему? — Он повернулся к девушке, глядя на нее в упор.

Она спокойно встретила его взгляд.

— Просто я хочу провести Рождество с бабушкой и дедушкой, — сказала она, ничуть не покривив душой.

— А не с мужчиной, которого вы ненавидите. — Это была насмешка. — Я не думаю, что у вас есть причины уезжать так поспешно. До Рождества еще достаточно далеко, и все ваши друзья — здесь. — Он сунул руки в карманы. — Я разочарован в вас. Вы так легко прошли путь от «маленькой девочки» до вашего теперешнего взрослого состояния, которое мне нравится больше. И теперь вы рветесь назад к вашим родственникам, как испуганный ягненок.

Гейл вздернула подбородок.

— Да, вы правы, — заявила она. — Конечно, причина моего желания очевидна — я хочу уйти от вашего… вашего участия в моей жизни.

— Вы как будто боитесь нашей дружбы, которая может перерасти в более сильное чувство?

Гейл до глубины души была возмущена его холодными словами и хотела с горечью возразить, что любит его. Но подходит ли слово «любовь», чтобы описать испытываемую ею муку, которая возрастала во сто крат от его близости.

— Я не нахожу, что такое возможно. Вы же с самого начала дали мне это понять.

— Что ж, даже дружбы не возникло между нами за все это время?

— Честно говоря, мы ведь ненавидели друг друга с самого начала, а теперь — извините, я утомлена.

Он вытащил связку ключей из кармана и положил на туалетный столик.

— Ключи к автомобилям в гараже. Вы можете пользоваться любым из них, кроме моей машины. Я закажу вам билет на самолет. Все время до отъезда в Танжер чувствуйте себя так, как будто вы у меня в гостях.