Натали Де Рамон - Ночь чудес

Пока не съешь всего цыпленка, думать ни о чем не смей, приказала она себе. Она выпила еще вина и отломила хрустящее крылышко. Усилия не пропали даром, организм переключился на переработку пищи, и в мыслях прорастала даже некоторая легкость. Брюнетка поела, откинулась в кресле и, похоже, задремала, потому что стук в дверь не сразу вернул ее к реальности.

На пороге стоял радостно-возбужденный Мишель с сумкой в руках. Он восторженно смотрел на нее и нес чушь — какое-то взрывное устройство в ее сумке.

— Поставь ее в шкаф, Мишель, спасибо тебе. — Она втащила его в номер.

Он же пьяный, как он вел машину?! Неважно, зато и записи, и аппаратура теперь у нее.

— Спасибо, Мишель, отправляйся домой спать, я тебе позвоню.

Но шофер не двигался с места и пожирал ее глазами.

— Мишель, спасибо. — Она подтолкнула его к двери, мечтая поскорее заняться записями.

— Да чего там, хозяйка, я всегда рад для вас.

— Спасибо. Иди, иди домой.

Наконец она его спровадила и ключ повернула в замке на два оборота, с вожделением поглядывая на стенной шкаф с заветной сумкой.

Но за дверью послышался голос Мишеля.

— Ты чего без пальто? — спросил кого-то ее шофер. — Передумал со мной ехать? — И стал рассказывать, как она благодарила его.

Собеседник в свою очередь тоже о чем-то спросил Мишеля.

— Про взрывное устройство? — переспросил шофер. — Сказал.

И голоса сразу зазвучали тише. Брюнетка поняла только то, что Мишель собирался кого-то подождать.

С кем это он за моей спиной?! — возмутилась она и хотела выйти в коридор, чтобы догнать Мишеля, но вдруг услышала, как хлопнула дверь какого-то номера.

Хороша я буду — бежать в халате за шофером и орать: «Подожди»! Она хмыкнула. Но что еще за взрывное устройство? Чушь какая-то!

Она подошла к шкафу, потянула сумку и с трудом сдвинула ее с места, причем внутри глухо металлически звякнуло. Камеры не могут столько весить! Неужели мерзавец действительно что-то подсунул туда? Она отскочила от шкафа.

Сейчас же возьми себя в руки! — приказала она себе и бросила в рот розовый кусок лососины. Я позвоню этому мерзавцу и велю приехать. Пусть сам открывает.

Брюнетка набрала номер коварного мерзавца. Но к телефону никто не подходил, а в ее голове уже складывался план: она сейчас оденется, вытащит сумку, отвезет ее на такси домой, а потом уже на своей машине — в лес, и там ее уничтожит. Камеры, безусловно, жалко, но что делать?

Она представила себе, как на заснеженной поляне обольет сумку бензином и отведет тоненькую струйку-дорожку, подожжет ее, огонек побежит по этой дорожке к сумке, а она успеет отъехать подальше, прежде чем за ее спиной прогремит взрыв. А если взрыв прогремит прямо сейчас или у нее дома? С чего она взяла, что взрыв произойдет, только если она станет сумку открывать? Она еще раз набрала номер мерзавца, но он определенно не желал снимать трубку. Мобильник полетел на диван, а очередной кусок рыбы — в ее желудок.

Я идиотка! Откуда у отставного полицейского может быть взрывное устройство? И даже если предположить, что может, то чего ради ему устраивать в отеле взрыв? Разве он не понимает последствий? Нет, этого не может быть даже при всех его неадекватных реакциях. Он просто припугнул недотепу Мишеля, чтобы тот не залез в сумку из любопытства! Она облегченно вздохнула и, глотнув вина, направилась к сумке.

Но тут в дверь постучали.

Мишель, что ли, что-то забыл? А вдруг он не один?

Стук повторился. Брюнетка закрыла шкаф, где стояла сумка, и громко спросила:

— Ты что-то забыл, Мишель?

— Ку-ку, — пьяно прокуковали за дверью. — Ку-ку, детка.

Кроличек, пьяная скотина! Не мог еще полчасика в ресторане посидеть! — разозлилась брюнетка и со словами:

— Что же ты так долго, милый? — открыла дверь.

На пороге стоял мерзавец. Брюнетка попыталась вернуть дверь в прежнее положение, но мерзавец уже проник в номер.

— Задание выполнено, я за гонораром, хозяйка. — Он буквально светился от доброжелательности.

Брюнетка попятилась и села в кресло.

— Да вы тут пируете, мадам, — заметил мерзавец и бухнулся в кресло напротив. — Вам бокальчик освежить? — И взял бутылку. — Записи достали?

Брюнетка молча смотрела, как он налил себе, выпил с удовольствием и отправил в рот кусок рыбы.

— Ну что вы, мадам, так разволновались из-за пустяков? Неужели вы поверили во взрывное устройство?

Брюнетка также молча потянулась за своим бокалом. Она еще не знала, как вести себя, нужно было собраться с мыслями.

— Посудите сами, мадам, разве я мог допустить, чтобы ваш мальчик обнаружил камеры и записи? А вы поверили и до сих пор не полюбовались собственным танцем на экране? Вы даже не представляете, как вы обворожительны в светлых кудрях!

— Налейте мне еще, — сказала брюнетка.

Она решила задержать мерзавца до прихода кроличка, ведь рано или поздно тот все равно должен явиться. Кроличек увидит мерзавца и выгонит его, пригрозив охраной. Конечно, мерзавец может начать шантажировать, но уж вдвоем-то с кроличком, даже с пьяным, они сумеют справиться.

— С удовольствием! — расцвел мерзавец. — Кстати, я давно хотел вас спросить: вы ведь на самом деле не брюнетка?

— Нет, — растерялась она. К чему он клонит?

— Напрасно вы краситесь и носите такую короткую стрижку. Вы думаете, что выглядите солиднее, а на самом деле похожи на, простите, утенка из сказки Андерсена, вместо того чтобы радовать окружающих истинной красотой.

Брюнетка машинально поедала помидоры и буженину, а мерзавец встал, направился к холодильнику и вытащил пакет из морозилки.

— Наденьте это. — Порывшись в пакете, он одной рукой протянул ей белье и парик, а в его другой руке оказался инкрустированный пистолет. — И вы хоть на несколько минут станете самой собою.

— Я сейчас закричу! Вы угрожаете мне, принуждая к интиму! — взвизгнула она. — Убирайтесь!

Мерзавец повел бровью и огорченно произнес:

— Флешки с записями в сумке. Это называется — вещдоки, то есть вещественные доказательства. Будет очень громкий процесс. Представляете себе заголовки: «Новая леди Макбет»! Или попроще: «Убийство в «Рубиконе»! И ваш портрет без всякого макияжа, как сейчас.

— Чего вы добиваетесь?

— Гонорара или правды. Сами выбирайте.

— Хорошо. — Брюнетка открыла сумочку. — По двести евро в час за десять часов работы.

Мерзавец недоуменно смотрел на нее.

— Ладно, за двенадцать. Да минус тысяча, которую я дала вам авансом. Я выпишу вам чек на тысячу четыреста.

— Какая все-таки замечательная работа… — Мерзавец с интересом рассматривал инкрустацию. — Что вы сказали, простите? Я отвлекся.