Виктория Шарп - Цветы под дождем

Так как Джулия не отвечала, Макс поднес фонарь к самому ее лицу, а затем быстро оглядел ее с головы до ног. Из его горла вырвался сдавленный хрип, когда яркий свет фонаря осветил босые ноги Джулии. Она машинально посмотрела вниз и в ужасе зажала ладонью рот. Колготки были разорваны и висели на ногах клочьями, ступни были облеплены грязью. Да и платье здорово пострадало. Как ни странно, но именно мысль о том, что ее лучший наряд безнадежно испорчен, привела Джулию в чувство. Глубоко вдохнув, она провела ладонью по взмокшему лбу, поморгала и облегченно выдохнула:

— О, Макс! Какое счастье, что ты жив и с тобой все в порядке!

Он поднял голову и недоуменно посмотрел ей в глаза.

— Черт возьми, Джулия, что все это значит? — растерянно спросил он. — Почему ты решила, что со мной что-то не в порядке?

— Но ведь...

Джулия вдруг ощутила нешуточное замешательство. Судя по внешнему виду Макса и его изумленному, но достаточно спокойному голосу, он вовсе не подвергался никакому нападению. И это открытие совершенно сбило Джулию с толку. Неужели ничего ужасного не произошло и отсутствие Макса в доме имеет самое простое, банальное объяснение? Так же, как и незапертая дверь, и капли крови на полу в гостиной? Здравый смысл подсказывал Джулии, что так оно и есть, но ее измученное, взбудораженное сознание все еще отказывалось этому верить.

— Я подумала, что на тебя напали грабители, — пояснила она несчастным голосом. — Я приехала сюда и увидела, что дверь коттеджа не заперта, а тебя нет в доме. Я искала тебя, звала... А потом я увидела на полу в гостиной кровь. И я решила, что с тобой случилось какое-то ужасное несчастье. А что я еще могла подумать? Мне и в голову не могло прийти, что ты бродишь по лесу в непроглядной темноте вместо того, чтобы сидеть дома и работать. К тому же, пока я ехала через лес на велосипеде, я натерпелась страху... — Она замолчала и жалобно шмыгнула носом.

Макс порывисто притянул ее к себе, крепко обняв и успокаивающе гладя по голове.

— Бедная ты моя, — бормотал он, судорожно целуя ее лицо и волосы. — Ну почему, почему ты мне не позвонила? Я бы тотчас приехал, и мы бы поехали ко мне на машине. И тебе бы не пришлось волноваться.

— Я хотела сделать тебе сюрприз, — жалобно призналась Джулия. — Поэтому и не стала звонить. Я же не думала, что все так обернется.

— Ты очень испугалась, дорогая?

— Да, очень. Особенно когда увидела кровь. — Я поранил руку, когда открывал консервы. — Макс бросил на Джулию виноватый взгляд. — А затереть кровь мне было лень. Если бы я только мог знать, к чему это приведет! — Он вздохнул и крепко прижал голову Джулии к своей груди. — Но теперь все позади, все уже хорошо. Пойдем домой, дорогая... Нет, положи руки мне на плечи, я отнесу тебя в дом. Черт, ну и идиот же я! Ты, наверное, уже отморозила ноги, а я стою тут и рассуждаю, вместо того чтобы быстрее доставить тебя в теплое место.

— Как ни странно, но они совсем не замерзли, — с нервным смешком ответила Джулия, обнимая его за плечи. — Наверное, это потому, что я еще не полностью оправилась от стресса.

Дома Макс первым делом помог Джулии снять то, что осталось от колготок, и выпачканное платье, а затем потащил ее в ванную.

— Как хорошо, что я успел включить колонку, — бормотал он, торопливо наполняя ванну горячей водой и мыльной пеной с ароматом персика. — Сейчас ты посидишь здесь немного, а потом что-нибудь выпьешь, и тогда точно не заболеешь. Да, главное, чтобы ты не заболела! Иначе я никогда себя не прощу...

— Перестань, Макс, ты ни в чем не виноват, — подавленно возразила Джулия. — Это все мой дурацкий характер, мое нездоровое воображение. Называется, сделала сюрприз!

Да уж, сюрприз получился еще тот. Сейчас Джулия стояла перед Максом в новом, потрясающе красивом кружевном белье темно-синего цвета, а он даже не смотрел на нее, занятый лишь тем, как уберечь ее от простуды. А ведь она в первый раз находилась перед ним без одежды, случай во время пикника не в счет! В этом была какая-то грустная ирония судьбы: Джулия долго не могла решиться заняться с Максом любовью, и вот, когда наконец решилась, все обернулось нелепым, безобразным фарсом.

Понежившись минут десять в ванне, Джулия тщательно вытерлась, закуталась в принесенный Максом махровый халат и пошла в гостиную. Макс тотчас бросился на кухню за горячим чаем. Перед тем как напоить Джулию чаем, он заставил ее выпить бокал неразбавленного виски, надеясь, что это поможет ей не заболеть. От спиртного и чая Джулия быстро согрелась и ощутила приятную расслабленность во всем теле. Чтобы почувствовать себя совсем уж комфортно, она попросила у Макса сигарету.

— Да-а... — протянула она, выпуская изо рта колечки дыма и смущенно поглядывая на Макса. — Представляю, Макс Диллон, что ты сейчас обо мне думаешь. Теперь ты, наверное, уже не сомневаешься, что у меня не все в порядке с головой. Разве нормальная женщина потащится ночью через лес, чтобы устроить своему любимому сюрприз? А не найдя его дома, вообразит, что его ограбили, или убили, или что он валяется в гараже, связанный веревками и истекающий кровью!

Макс бросил на нее успокаивающий взгляд.

— Я всегда знал, что у тебя пылкое воображение. Но ты совершенно напрасно думаешь, что твое поведение могло вызвать у меня негативную реакцию. Скорее, я чувствую себя польщенным. Ведь ты испугалась не за кого-то там, а за меня. Разве такое может быть неприятным? Напротив! Ведь это ясно доказывает, что я тебе не безразличен.

Он взволнованно, с безмолвным вопросом посмотрел ей в глаза, ожидая подтверждения своей догадке. И тут Джулия неожиданно решилась. Тщательно затушив сигарету, она выпрямила спину и открыто посмотрела на Макса.

— Да, — сказала она, — это правда, Макс. Ты мне не безразличен. И не просто не безразличен, а... Я, кажется, люблю тебя! — выпалила она на одном дыхании. И тут же уткнула голову в колени, спрятав от Макса вспыхнувшее, смущенное лицо.

— Боже мой, — донесся до нее хрипловатый, непривычно дрожащий голос Макса. — Неужели это наконец случилось?

Словно не в силах поверить тому, что он только что услышал, Макс осторожно поднял голову Джулии и впился в ее лицо пристальным, до крайности взволнованным взглядом. Этот взгляд, наполненный любовью и молчаливой, отчаянной мольбой, окончательно сломил сопротивление Джулии. Ее сердце гулко, радостно забилось, на губах помимо воли выступила улыбка, глаза защипало от непрошеных слез. Протянув руку, она бережно коснулась волос Макса и тихо, проникновенно повторила:

— Да, Макс, да, я люблю тебя. И это случилось ни сегодня, а уже давно. Просто... просто я не решалась тебе об этом сказать.