Снова будешь моей - Лина Коваль

— Всё хорошо, спасибо, — отвечает Андрей, притягивая меня чуть ближе к себе. Располагаю руку на его бедре, чувствуя, как напрягаются мышцы от моего прикосновения.

— Порадовали нас, порадовали, — наблюдает за нами с улыбкой отец.

Смотрю на Громова и немного смущаюсь.

— Настя, не поможешь мне на кухне? — заглядывает мама в комнату. Вид недовольный.

Господи Боже, помоги. Не думала, что она будет так себя вести.

— Конечно, — легко отвечаю.

— Ну, а мы тогда пока с Андреем в кабинете пообщаемся. Хочу посоветоваться с тобой по поводу инвестиций, — говорит отец, поднимаясь с места.

Целую своего мужчину в щёку и отправляюсь на кухню.

— Порежь овощи, — указывает на пакет на столе моя родительница.

— Хорошо, — начинаю открывать шкафчики в поисках доски.

Со временем здесь все поменялось, и я теперь туго ориентируюсь на местности.

— Настя, я волнуюсь за тебя, — начинает разговор. Моя помощь не очень нужна, я сразу это поняла. Меня вызвали, чтобы отчитать.

— Не переживай, все хорошо, мама, — стараюсь не нервничать.

— Это сейчас всё хорошо. Пока вы оба влюблены. А что будет дальше? В одну реку не войдёшь дважды.

— Ма-а-а-а-а-ма, — начинаю раздражаться, видя, как она качает головой.

Этот «архаизм» я вообще считаю людской глупостью. Можно тысячи раз заходить в одну и ту же реку. Можно просидеть на берегу полжизни, и так и не решиться зайти даже один раз. А можно проторчать в реке всю жизнь и быть несчастным. Жизнь она вообще разная. У всех.

— Настя, ты взрослая. Дело твоё. Живите. Но, надеюсь, вы хотя бы предохраняетесь? В вашей ситуации неосмотрительно сейчас думать о детях.

Глава 33. Настя

Руки начинают дрожать, а язык немеет. Эта странная реакция на критику мамы у меня тоже с детства. Обида застилает разум. Пытаюсь совладать с эмоциями, включается какой-то первобытный, наверное, инстинкт по защите своего детёныша. Пусть ещё и только планируемого мной.

— Я не спрашивала твоего совета, — спокойно выговариваю, хотя внутри все клокочет. — Я понимаю, что ты многое видела. Но допусти мысль, что ты многого и не знаешь. Ни обо мне, ни об Андрее.

— Не хотела тебя обидеть, — оскорблённо отвечает. — Я волнуюсь. Ты моя единственная дочь. Ты мой ребёнок. Он снова бросит тебя, и ты придёшь ко мне.

Сжимаю руки в кулаки, острые ногти впиваются в нежную кожу до боли.

— Нет… нет же, — отрезаю. — Я навсегда останусь твоей дочерью. Но я не ребёнок. Пойми уже это и прими.

Вытираю вспотевшие руки о платье.

— Я три года пыталась забыть его… Не жила всё это время… Пыталась жить. Я люблю его… Мама, как ты этого не понимаешь? — прикрываю глаза, чтобы не разрыдаться.

— Настя…

Выхожу из кухни. Бегу в свою комнату, закрываю дверь и стекаю по ней на пол, прижав колени к груди. Мне нужно немного прийти в себя. Не хочу, чтобы кто-то видел меня в таком состоянии. Слезы застилают глаза.

Как только ты выправляешься и думаешь, что все встало на свои места, судьба всегда подкидывает тебе проверки. Это просто одна из них. Надо пережить и справиться.

Я справлюсь.

Через некоторое время в дверь негромко стучат.

— Настя, открой мне, — зовёт Андрей.

— Я выйду скоро, все хорошо, — настраиваю голос на повседневный тон.

— Я сказал, открой дверь, — обрубает.

Молчу. Слезы уже не катятся по щекам, но вид, наверное, у меня ещё тот. Не хочу, чтобы Андрей ругался с мамой.

Достаточно уже моих отношений с бывшей свекровью.

— Малышка, — меняет интонацию. — Открой или я снесу эту дверь к чёртовой матери.

Пф-ф…

Поднимаюсь с пола, быстро умываюсь холодной водой в ванной, стираю остатки косметики. Поправляю платье и вернувшись, открываю замок.

Андрей заходит в комнату, обжигает меня взглядом с ног до головы. Задерживается на покрасневших глазах и его скулы сжимаются.

— Всё хорошо, Андрей. — Пытаясь его успокоить, прижимаюсь щекой к тёплой груди и обвиваю его талию руками. Он сегодня не в привычном строгом стиле, а в черной футболке и синих джинсах, словно созданных специально для него.

Рукой поднимает мой подбородок, чтобы я посмотрела ему в глаза и мягко говорит:

— Настя…. Не переживай. Она успокоится и порадуется за тебя. Вот увидишь.

Его тело напряжено, но он держит себя в руках и не позволяет себе плохого слова в сторону моего близкого человека. Я хочу немного его выдержки себе, когда столкнусь лицом к лицу с его матерью. Не уверена, что у меня получится.

— Хочешь, уедем домой? — предлагает, разминая пальцами шею под моими волосами. Его забота так нравится мне. Почему я раньше её не замечала? Он ведь всегда таким был.

— Нет, ты что. Папа расстроится.

— Тогда пойдём. Я буду рядом. В обиду тебя больше не дам. Обещаю.

В порыве нежности, впиваюсь в его губы своими губами. Встречаемся языками, и все проблемы уходят на другой план. Поцелуй утяжеляется, становится все более томным. Закрываю глаза, отдаваясь ощущениям. Хочу его. Естественная реакция моего организма — заводиться с одного поцелуя этого мужчины. Перемещаю руки со спины чуть ниже его ремня и вжимаюсь в его тело ещё ближе.

Его желание тоже явно упирается в мой живот.

Чёрт. Это совсем не к месту.

— Настя, куда тебя несёт? — хрипло выговаривает, поглаживая сквозь ткань мои ягодицы.

Приобняв меня, открывает дверь и выводит из комнаты. По пути незаметно поправляет джинсы в районе паха.

Из меня вылетает смешок. Не могу себя сдерживать.

— Это что, смешно по-твоему?

— Не ворчи, — тихонько провожу ладонью по его упругой заднице, за что удостаиваюсь ещё одним предупреждающим взглядом.

На кухне уже всё готово, стол ломится от количества блюд. А хозяйка дома крутится возле окна, пытаясь его закрыть. Заметив нас, извинительно смотрит в мою сторону.

— Я помогу Вам, — спешит к маме Громов.

— Да, спасибо, Андрей, заедает все время, — освобождает для него место. — Проходите за стол, папа сейчас зайдёт. Я приготовила твой любимый салат, Настя.

В целом, наш семейный обед проходит спокойно.

Родители делятся впечатлениями об отдыхе и расспрашивают о том, как мы съездили на юг. Андрей ведёт себя естественно. Откинувшись на спинку стула, общается с отцом по поводу выставки. Рассказывает о новых заключённых контрактах. В перерывах нахваливает кулинарные таланты моей мамы. Она тоже старается общаться с ним ровно, словно услышала и поняла меня. Мысленно отбрасываю инцидент на кухне и делаю вид, что все в порядке.

Близкие люди должны друг друга поддерживать. Но так не всегда получается. В первую очередь, из-за страхов, которые сидят в нас, словно тигры в