Нора Филдинг - Водопад любви

Но Саймон не дал ему далеко уйти. Он догнал Спенсера, схватил его за ворот рубашки поло, которая затрещала в его руках, и поднял на ноги.

— Никуда не спрячешься, проклятый маньяк! — закричал Саймон, отвесил хороший хук слева и уже собирался нанести решительный удар справа, как вдруг остановился и растерянно сказал:

— Мистер Спенсер?

Дик Спенсер что-то невнятно пробурчал. Саймон не настаивал на четком ответе. Он тоже в таком случае выражался бы междометиями. Поэтому, пожав плечами, он кинулся к Вивьен.

— Моя отважная девочка, — поднимая Вивьен, прошептал он. — Где этот маньяк? Мячик?

— Это он! — показывая пальцем на Спенсера, выдохнула Вивьен. Она изо всех сил старалась говорить холодно и твердо, но голос ее подвел — она взвизгнула: — Он хотел меня убить! У него в путеводителе пистолет!

— У вас есть хоть крупинка здравого смысла? — возмутился Спенсер. — Один накидывается с кулаками, другая несет невообразимый бред. Нате, смотрите. — Он бросил Саймону путеводитель.

Книжечка в яркой обложке упала в пыль. Саймон не стал ее поднимать. Он держал в объятиях Вивьен, которая вся дрожала. И так было ясно, что в путеводителе не спрятано никакого оружия.

Нетерпеливый характер Вивьен требовал узнать все, и как можно скорее. Ее глаза загорелись, она выпрямилась и перестала дрожать.

Саймон неожиданно для себя забыл и про Дика Спенсера, и про угрожающую им смертельную опасность. Он любовался Вивьен. Ее огромными, в пол-лица, зелеными глазами, которые причудливо меняли цвет от нежно-зеленого до темно-бирюзового.

Дик Спенсер украдкой бросил взгляд на Саймона. Все испытываемые тем чувства к Вивьен отражались у него на лице. Спенсер успокоился — влюбленные часто сходят с ума, но за жизнь свою он может не беспокоиться.

— Если вы не хотели меня убить, зачем приволокли сюда? — Голос Вивьен звенел от негодования.

— Девочка моя, кому же вы нужны? У меня сейчас достаточно де-не-жек, чтобы наслаждаться жизнью, а вы — убить… Ха-ха! — Спенсер искренне расхохотался.

— Вы задумали от меня избавиться!

Спенсер вытер с глаз слезы. Хохот превратился в истерические всхлипывания.

— В банке перерыв! — сквозь смех проговорил наконец Спенсер. — Ви, я не знал, что вы жаждали подпирать банковскую дверь!

— Конечно, вы всегда мечтали посетить римские развалины, так, что ли? — ядовито спросила Вивьен.

— Я не имел возможности путешествовать.

— Угу! Вместо этого вам приходилось чистить сапоги, а ваша душа алкала музеев и памятников? Эту сказку мы слышали…

— Чьи сапоги? — удивился Спенсер. — А, легенда о чистильщике обуви! К вашему сведению, вы недалеки от истины, Ви. Моя семья была бедна, и я не мог, как некоторые, — он выразительно посмотрел на Саймона, — шататься по Европам. Я работал! Понимаете, всю жизнь работал! Сначала в «Макдоналдсе», потом в театре: был электриком и рабочим сцены. И мечтал… мечтал о том времени, когда стану богатым.

— А теперь решили пополнить свое образование? — уточнил Саймон. Он верил и не верил Спенсеру. Продюсер маньяк? Эта мысль не укладывалась у него в голове. Но факты говорили другое. Покушение на сестру. В том, что Фанни не наркоманка, Саймон уверился сразу же.

— Можете сколько угодно насмехаться! Я был в Афинах, на Крите, поднимался на Эйфелеву башню, посетил Нотр-Дам в Париже, любовался картинами в мадридском Прадо и даже ездил на остров Пасхи, — гордо, насколько позволяла его разбитая физиономия, разорванная рубашка и брюки в пыли, заявил Дик Спенсер.

— Вот-вот! А теперь решили меня убить, чтобы не лишиться всего этого! Если ваши преступные намерения в отношении Линка выплывут на белый свет, то вам не поздоровится. Вы потеряете свои любимые де-неж-ки, — передразнила его Вивьен. — В тюрьму угодите!

Дик Спенсер схватился за голову и стал притворно причитать:

— Ой как страшно! Ой напугала! Ох-ох-ох! Ой-ой-ой!

— Не юродствуйте! Я выступлю на суде против вас. Я докажу, что это вы подговорили Лулу угостить наркотиками Фанни и заказали Говарду статью.

— А я и не скрываю, что заказал… Это неподсудное дело. А насчет Лулу… У вас нет ни одной улики против меня. Лулу будет молчать. Она же соучастница! А ваша подруга может только сказать, что выпила шампанского и почувствовала себя плохо…

— Шампанского?

— Да, детка, шампанского! А был ли туда подсыпан наркотик… Вот в чем вопрос, как говаривал старик Шекспир. Все наркоманы утверждают, что случайно понюхали, укололись. Знаете ли вы, что у вашей подруги следы от уколов на руках, а?

— Вы подлец, Дик Спенсер! Вы даже предусмотрели и это! — Саймон выпустил из объятий Вивьен и начал грозно надвигаться на Спенсера.

— Полегче на поворотах, мой мальчик! Я вас еще притяну к ответу за нанесение побоев. Виданное ли дело, в центре Рима набрасываться на уважаемого человека с кулаками и избивать до полусмерти?

— Сколько? — с презрением в голосе спросил Саймон.

— Вы обязаны дать опровержение в газету! — выкрикнула Вивьен. — Вы заявите, что заранее задумали эту аферу, чтобы не отпустить Линка от себя.

Спенсер снова рассмеялся.

— Позвольте, детка, спросить — зачем?

— Вы загубили жизнь Линку!

— Я? — искренне удивился Спенсер. — Я принес ему миллионные доходы! Ладно, не буду врать, подтолкнул его немного вначале. Но каков он был на том капустнике! Чудовищная энергетика! Я сразу себе сказал: вот, Дик, твой шанс. Бери этого мальчика, и вы оба будете есть, пить и срать в золоте. Он соберет стадионы! Будет держать в гипнозе толпу! — Спенсер оживился, словно опять присутствовал на том пресловутом капустнике.

— Он мечтал о карьере оперного певца! — парировала Вивьен и воскликнула: — Теперь я знаю, почему вы обратились в наше агентство. Вы заранее все спланировали! А Фанни оказалась для вас просто-таки находкой. Только не понимаю, зачем я вам потребовалась?

— Я же объяснил, Фанни не фотогенична! — рассмеялся Спенсер.

— Линк хотел выступать в «Ла Скала»! — не сдавалась Вивьен.

— Знаете, какая проблема у Линка? — доверительным тоном сказал Спенсер. — Он слабовольный дурак! Если бы хотел петь на оперной сцене, послал бы меня к черту и дул бы себе в «Скала», в «Метрополитен», в «Ковент-Гарден» и еще черт знает куда!

— Он и собирался уйти, а вы своей статьей перекрыли ему воздух! Кто с ним теперь подпишет контракт? — возразила Вивьен.

— А кто не подпишет? Вы знаете? Я — нет!

— Но… — растерялась Вивьен.

— Это не администрация «Ла Скала» откажет, а сам Линк не будет рыпаться и как миленький поедет на гастроли в Южную Америку. И запомните мои слова. Это говорю вам я, Дик Спенсер! — Уже внутренне оправившись от кулаков Саймона, он перешел в наступление и, гордо ткнув себя пальцем в грудь, добавил: — Гениальный продюсер!