Ирен Беллоу - Там где ты

Крис гневно выругался.

— Я перезвоню вам через час, — сказал он и дал отбой.

Эндрю повесил трубку и повернулся к Гейл. Ее взгляд надрывал ему душу. Сознание того, что он оказался предателем, было невыносимо. Уж лучше бы его сожгли на костре.

— Кто ты, черт побери?! — выпалила она.

У него был только один ответ. Первый абсолютно честный ответ за весь месяц.

— Человек, который безумно любит тебя.

Ледяной смешок Гейл заставил его поморщиться. Существует миллион других способов удостоверить свою личность, но Эндрю сомневался, что какой-нибудь из них мог бы уменьшить боль и гнев, читавшиеся в ее взгляде.

— Думаешь, я поверю? Убирайся к черту! — крикнула она.

Эндрю потянулся к ней, но Гейл попятилась.

— Не прикасайся ко мне!

Горечь, звучавшая в ее голосе, железными когтями впивалась в его сердце. Гейл отдалилась от него и физически, и душевно, и теперь он бессилен сократить разделявшее их расстояние.

— Гейл, ты должна выслушать меня.

— Зачем? Чтобы услышать новую ложь?

Она выпрямилась, гордо подняла голову и ушла в спальню.

Эндрю волей-неволей пришлось пойти следом. Он не верил, что сумеет заставить ее понять. Разве можно это сделать, если он сам не понимает, почему позволил вещам зайти так далеко?

Гейл оскорблена, и он ненавидит себя за то, что причинил ей боль. И все же нужно найти слова, которые убедили бы Гейл в искренности его чувства. По крайней мере, его любовь — это святая правда. Впрочем, его мольбы не изменят того, что он лгал ей, использовал ее и причинил ей боль.

— Послушай, я понимаю, что ты сердишься, но…

Гейл смерила его яростным взглядом, а потом стащила с себя его футболку и бросила на кровать.

— Сержусь? Слишком мягко сказано! — Оставшись в одних красных носках, она пересекла комнату, подошла к комоду и выдвинула верхний ящик. — Кажется, я велела тебе убираться отсюда! — бросила она, надевая трусики.

— Я не уйду, пока ты меня не выслушаешь.

За трусиками последовали розовые спортивные штаны и розовый топ.

— Куда нужно обращаться, чтобы выставить из квартиры агента ФБР? В ЦРУ?

— Твой брат скоро позвонит снова, — сказал Эндрю, не обращая внимания на ее сарказм. — Я могу помочь ему.

— О да, поможешь. Надев на него наручники. — Гейл протиснулась мимо него и устремилась в кухню. Дверь буфета громко хлопнула. Она пошла обратно, но остановилась на полдороге и повернула в ванную.

— Это не так, — сказал Эндрю, остановившись в дверях. — Я провел тщательное расследование и кое-что нащупал. Его решили сделать козлом отпущения.

Гейл открыла аптечку, вынула из держателя зубную щетку Эндрю и бросила ее в пластиковый пакет.

— Я могла сказать тебе то же самое. — Гейл взяла бритву и показала ею на Энди. — Именно это я собиралась сделать, когда зазвонил телефон. О боже, а я еще чувствовала себя виноватой, что не рассказала тебе о Крисе! Как я могла быть такой слепой? — Бритва последовала за щеткой.

— Дай мне объяснить тебе…

— И такой дурой! — продолжала бушевать Гейл. — Я же привыкла к тому, что вы, ублюдки, не даете мне проходу! Я различала вас в толпе за сто метров! Но за последние девять месяцев слегка расслабилась. Потому что никто из вас давно не прослушивал моего телефона и не рылся в моей почте! — Она швырнула в пакет керамическую чашечку для взбивания пены, и та громко стукнулась о бритву.

— Гейл… — попытался начать говорить Эндрю, но безуспешно.

— Значит, таков был ваш план? На время оставить меня в покое. Усыпить мою бдительность. Заставить поверить в то, что вы подумали, будто мне нечего вам рассказать. А потом пустить в ход тайное оружие. Что, спать с врагом положено по инструкции? Или это одно из преимуществ вашей профессии?

Эндрю вздохнул. Он заслужил это. Ее сарказм, гнев и даже презрение совершенно справедливы.

— Надо отдать тебе должное, ты хорошо справился с заданием, — сказала она, продолжая обшаривать аптечку в поисках его вещей. — До сих пор я ничего не замечала.

— Гейл, послушай…

Она захлопнула зеркальную дверцу и смерила его горящим взглядом.

— Вы уже сказали все, что следовало, специальный агент Дафф! — Она сняла с полочки флакон «Олд Спайс» и потянулась к пакету.

Но Эндрю перехватил ее руку, не дав разбить одеколон о чашечку.

— Проклятье! Помолчи и послушай меня!

Гейл сделала преувеличенно глубокий вдох, но это не помогло ей успокоиться.

— Что? Зачем? Что ты можешь мне сказать? Что на самом деле ты шпионил за мной, пытаясь доказать невиновность моего брата? Рассказывай это кому-нибудь другому, стукач! Запас моего доверия истощился! — Она разразилась градом ругательств.

Эндрю закрыл глаза и покорно выслушал их.

— Мне очень жаль, — сказал он, глядя на Гейл сверху вниз. — Я не думал, что так получится.

Она дернула руку, и он выпустил ее. Флакон с одеколоном плюхнулся в пакет с меньшим шумом, чем все остальное.

— Я тоже. — Она отстранила его и вышла из ванной.

Эндрю вздохнул и последовал за ней в спальню.

— Ты должна понять… Ничто из случившегося не входило в мои планы.

Гейл бросила пакет на кровать и посмотрела на Эндрю как на сумасшедшего. Возможно, она права.

Он покачал головой и сделал еще одну попытку.

— Когда я приехал сюда, то не думал, что дойдет до этого.

— До чего, Эндрю? Ты надеялся, что я не узнаю, с кем имею дело? Что ты лживый сукин сын с моралью таракана? — Она щелкнула пальцами, пытаясь найти нужные слова. — Или ты хочешь сказать, что не собирался втереться ко мне в доверие, заставить меня влюбиться и рассказать, где мой брат скрывается последние три года? Эндрю сделал два шага и оказался рядом. Желание обнять Гейл и привлечь ее к себе было нестерпимым.

— Мне очень жаль, что я причинил тебе боль, — сказал он, подняв сброшенную Гейл майку. — Я не хотел этого.

— Ты даром потратил время, — тихо сказала она, не сводя взгляда со смятых простыней. — Я не знала, где находится брат, и не знаю этого до сих пор. Он не говорил мне ни слова. И, хотя мне было очень тяжело, я понимала, что Крис прав. А сейчас понимаю это лучше, чем когда бы то ни было.

Она посмотрела на него. Гнев Гейл немного ослабел, но боль, стоявшая в ее золотисто-зеленых глазах, разрывала ему сердце.

— Если бы ты не пожалел времени и прочитал километры бумаги, потраченной ребятами из Бюро на отчеты о моем брате, — продолжила она, — то знал бы, что я говорила всем предыдущим ищейкам то же самое.

Эндрю хотел что-то ответить, но Гейл ткнула его пальцем в грудь.

— Я не знаю! — выкрикнула она, чеканя каждое слово.