Рини Россель - Как забыть Гарри

Однако все же было любопытно, на что гости насаживали сосиски — на заостренные палочки, которые выстругали сами, как это делали бойскауты в когда-то виденной ею передаче на телевидении, или на серебряные шампуры. Вероятно, на шампуры, если учитывать роскошный стиль жизни Лайона. Эмили тяжело вздохнула. Раз она такая трусиха, то и не узнает, так ли это. Но даже до балкона, откуда она вела наблюдение, долетал прохладный ветерок, доносились запахи дыма и готовящейся на костре еды, смех, негромкая музыка, шепот прибоя — и все это складывалось в картину идиллической беззаботности. Судя по всему, люди именно по этой причине стремятся попасть на тропические острова. В погоне за таким вот возвратом назад, к природе, за босоногим образом жизни. С грустью она отошла от балконных перил, жалея, что не вернулась к остальным гостям, чтобы дождаться и отведать жареных сосисок. На какие-то пятнадцать минут можно было бы избежать встречи с Лайоном.

Кроме того, Брайса здесь давно уже нет. Пару часов назад она слышала вдалеке шум винта вертолета и вой двигателя. Без сомнения, охранники Гэлланта выдворили его не только с приема, но и с острова. По крайней мере можно больше его не бояться, выкинуть его из головы. А как быть, если встретятся другие ему подобные мужчины? Она явно не способна распознавать таких. Гарри оказался обманщиком, Лайон — бессердечным плейбоем, а Брайс — аморальной скотиной.

Она ушла с балкона в комнату, решив, что было нелепо с ее стороны переодеваться в шорты и блузку только для того, чтобы мерять шагами пол и предаваться чувству жалости к своей персоне. Гораздо разумнее было бы надеть ночнушку и лечь спать. Неужели надеялась, что Лайон поднимется к ней и настоит, чтобы она вернулась к гостям?

Внезапный стук в дверь заставил ее резко остановиться. Сердце бешено заколотилось в груди. Неужели это… Глупый, девчоночий оптимизм охватил все ее существо, несмотря ни на что.

— Кто… кто там?

— Мисс Стоун?

Она обессилено прислонилась к двери. Голос мужской, но явно не Лайона.

— Да?

— Извините, я немного опоздал.

Его оправдывающаяся интонация на секунду сбила ее с толку, но вслед за этим догадка врезалась в ее мозг, словно грузовик. Она невольно отступила на шаг — настолько была потрясена. Допустим, она действительно бросила вызов Лайону, предложив прислать ей мужчину. Но он же должен понимать, что она выпалила это в ярости, не имея в виду ничего реального.

— Я… мне ничего не нужно, — напряженным голосом сказала она.

— Извините, мисс Стоун, мистер Гэллант предупредил, что вы можете отослать меня. И сказал, что я должен быть понастойчивее. Это для вашей же пользы.

— Для моей же, пользы? — Не веря своим ушам, Эмили возмущенно смотрела на дверь. — Послушайте, я знаю, зачем вы пришли, и возмущена тем, что вы подыгрываете ему. — Она резко распахнула дверь, чтобы выразить свое «фи», и ее взору предстал рослый молодой человек в белых брюках и рубашке с эмблемой официанта, вышитой золотом у него над сердцем. У него были красиво вьющиеся светлые волосы, большие зеленые глаза и изящно очерченные губы — не хуже, чем у любого киногероя. Эмили со злостью смотрела на него, сжав кулаки. — Ну, вы хотя бы недурны собой.

Молодой красавчик захлопал глазами, но не потерял самообладания.

— Благодарю вас, мисс Стоун.

— И все же я не собираюсь, повторяю, не собираюсь заниматься с вами сексом, как бы там ни настаивал мистер Гэллант!

Глаза молодого человека округлились, а рот открылся, выражая величайшее изумление.

Она начала подозревать неладное. Что-то здесь никак не сходилось. Похоже, этот здоровенный наемный партнер для секса не в курсе своей миссии.

— Ведь мистер Гэллант послал вас сюда, чтобы… чтобы… — Ее охватил липкий озноб. Она была не в состоянии еще раз произнести то слово. Пока она старалась найти какой-то другой способ задать этот вопрос, лицо молодого человека залилось краской до самых ушей. Чувствуя, что и ее собственные щеки начинают гореть, она требовательно спросила: — Ну, так зачем же он прислал вас?

Его кадык дернулся, он отступил на шаг в сторону и открыл ее взгляду сервировочный столик на колесиках, которого раньше не было видно за его могучим торсом. От увиденного Эмили стало дурно, и у нее появилась тошнотворная уверенность, что на подносе, накрытом салфеткой, лежат вовсе не секс-игрушки.

— Ваш ужин, мэм, — опасливо глядя на нее, ответил парень, и она всем сердцем пожалела его. Он явно был в смятении, боясь сексуальных игр, в которые играют богачи и знаменитости.

Она пришла в ужас от самой себя и готова была провалиться сквозь землю, но выражение лица несчастного официанта было таким забавным, что она придушенно хихикнула.

— Простите меня. Я не голодна. — Указав на сервировочный столик с подносом, она махнула рукой: — Уберите это, пожалуйста.

Как ни была она сконфужена, расстроенный вид официанта вызвал в ней раздражение против хозяина дома с его проказами. Приходило ли Лайону в голову, когда он посылал к ней этого симпатичного официанта, что она истолкует его поступок определенным образом? Неужели он заранее спланировал ее унижение?

— Тогда я пойду, — пробормотал молодой человек, ухватившись за столик. Судя по всему, перед лицом ее столь явного сексуального безумия он решил пренебречь указанием хозяина о необходимости быть понастойчивее и удалился с такой скоростью, какую позволила ему развить тележка. Эмили не винила его. Интересно, скоро ли эта история станет известна окружающим?

Закрыв дверь, она прислонилась к ней и начала смеяться. Она хохотала так, что на глазах выступили слезы. Тогда она разрыдалась.

О том, чтобы заснуть, не могло быть и речи. Следовало бы задушить Лайона Гэлланта, но тогда пришлось бы иметь дело с досадными препятствиями в виде законов. И она решила пройтись. Даже этот огромный дом показался ей слишком тесным, так что очень скоро она вышла наружу и побрела по песку, вдыхая океанский бриз и надеясь, что тишина и покой ночи прольют мир в ее душу.

Мысли перескакивали с предмета на предмет, ни на чем подолгу не задерживаясь. Причину она знала: им хотелось надолго задержаться на Лайоне Гэлланте, а этого позволить она не могла. Поэтому Эмили страшно удивилась, оказавшись возле любимой бухточки Лайона. Она вовсе не собиралась идти туда.

Эмили обвела взглядом купающуюся в лунном свете бухту, потом посмотрела на недостроенный коттедж. Вокруг царила тишина, если не считать шороха листьев от дуновения пассата да тихого шипения скользящей по песку воды. Она была одна в этой лунной тишине. Во всяком случае, полагала, что одна. Она вспомнила, как забрела сюда в последний раз. Думая, что здесь никого больше нет, нарвалась на голого хозяина дома. Поэтому, решив, что подстраховаться не помешает, Эмили громко спросила: