Марта Поттерс - Время не властно

На другой день я должен был отправляться в свою очередную поездку по делам сбыта, и он сказал, что в мое отсутствие начнет претворять планы в жизнь. Встреча с Джоан произошла по чистой случайности… Она была молоденькой, красивой девушкой с огненным темпераментом и слышать ничего не хотела о разделявших нас обстоятельствах.

Он улыбнулся каким-то давним воспоминаниям. Дороти молча проглотила эту характеристику, данную Эндрю ее матери. Ей было довольно трудно применить ее к вырастившей ее женщине.

— В Фейетвилл я приехал на вторую неделю своей командировки, заметил афиши, приглашавшие на открытие ярмарки и решил наведаться в Литчвуд на денек. И там я встретил Джоан… и задержался. Мы проводили каждый день вместе. Но на заднем плане моего подсознания постоянно маячило обещание, данное отцу. Ни за какие блага на свете я не посмел бы его нарушить.

Эндрю перевел дух и грустно помолчал, явно вспоминая те далекие события.

— Я все объяснил твоей маме, рассказал о слиянии предприятий, о своем отце, о Беатрис, — продолжал он, словно оправдываясь. — Она только смеялась и говорила: «Не волнуйся, Энди, я не собираюсь замуж, я только хочу получить свою долю счастья».

Дороти нахмурилась. После прочтения дневника у нее создалось несколько иное впечатление. Она отчетливо помнила каждую строчку. Неужели она неправильно истолковала слова матери, увидела в них нечто более серьезное, чем то, что они в действительности в себе заключали?

Стараясь быть справедливой, Дороти призналась себе, что не помнит, чтобы мама писала о своей любви к Эндрю. Может быть, Дороти под впечатлением романтического тона записей решила, что это само собой разумеется?

— Я провел в Литчвуде чудесные две недели, а уезжая, оставил свой адрес и пригласил Джоан навестить меня, если ей когда-нибудь случится оказаться в Орегоне. Мы расстались как друзья, не более того.

Когда я вернулся домой, приготовления к нашей с Беатрис свадьбе шли полным ходом, — продолжал свое повествование Эндрю. — Отец ничего не сказал по поводу того, что на сей раз я привез из поездки на редкость мало заказов. Но, как я сейчас думаю, он что-то заподозрил. По-видимому, письмо от твоей мамы пришло тогда, когда мы с Беатрис уехали в свадебное путешествие. Отец не постеснялся бы вскрыть адресованное мне письмо… — Голос Эндрю затих.

— А когда письмо вернулось, мама могла сделать вывод, что вы женились и уехали жить в другое место, — предположила Дороти.

— Это единственное объяснение, которое мне приходит на ум, — сказал Эндрю. — Прости меня, Дороти. Мне следовало что-то предпринять, написать ей. Я повел себя безответственно. Если бы я только знал, что она ждет ребенка…

— Но вы не знали, — быстро сказала Дороти. — И все же я не пойму, почему она не рассказала мне все? Зачем было хранить ваше имя в тайне?

— Может быть, она таким образом оберегала тебя, — произнес Эндрю голосом полным сочувствия и печали. — Она могла считать, что так будет лучше для тебя, если ты ничего обо мне не узнаешь.

— Чего я уже никогда не узнаю, так это то, что именно она думала, — вздохнула Дороти.

— Боюсь, что прошлого не вернуть, — подтвердил ее отец. — Но мы с тобой могли бы начать сначала. Конечно, мне уже слишком поздно становиться тебе отцом, Дороти, но как ты думаешь, можем мы стать друзьями?

У Дороти на глаза навернулись слезы и перехватило горло, когда она услышала этот вопрос.

— Я бы очень этого хотела, — с трудом проговорила она, и по ее щеке медленно побежала слезинка.

— Это больше, чем я заслуживаю. Спасибо, — выговорил Эндрю глухим от волнения голосом.

— Но только я уезжаю завтра, — сказала Дороти.

— Так скоро? — разочарованно воскликнул ее отец.

Дороти тянуло сказать, что она может и задержаться, но ее охватило странное оцепенение. До сих пор она думала только о встрече с отцом, о том, как скажет ему, что она его дочь, и теперь ей требовалось время, чтобы поразмыслить над услышанным.

— Да, — ответила она. — Можно, я напишу вам?

— Я буду очень ждать твоего письма, — улыбнулся Эндрю, — и на сей раз обещаю, что оно не останется без ответа, — добавил он, и в его глазах блеснули веселые искорки.

— Может, вам захочется приехать в Литчвуд? — осторожно спросила она.

— Да, было бы славно снова увидеть этот городок, — отозвался Эндрю.

— Хорошо. — Дороти встала с кушетки. — Пожалуй, мне пора. Алан ждет меня снаружи, он был так добр, что довез меня сюда.

— Такие как Алан встречаются редко, — сказал Эндрю, провожая ее к выходу.

Он открыл дверь, и они остановились и обменялись долгим взглядом.

— Спасибо вам за все, — сказала Дороти.

Ее отец улыбнулся на этот раз как-то совсем по-домашнему.

— Ты позволишь обнять тебя?

Глаза Дороти наполнились слезами, она кивнула, и когда руки отца обвились вокруг нее, почувствовала, как раны ее затягиваются. Они несколько долгих мгновений стояли, обнимая друг друга, потом наконец разжали объятия.

— Мы увидимся перед твоим отъездом? — спросил Эндрю, и Дороти заметила в его глазах влажный блеск.

— Я бы хотела… — выговорила она и, повернувшись, заспешила к автомобилю Алана.

Дверца распахнулась перед ней, и девушка села на переднее сиденье. Алан молча пристегнул ее ремнем безопасности, тронул машину с места и, проезжая мимо крыльца, два раза просигналил. Эндрю в ответ помахал им рукой.

Алану хотелось спросить Дороти, как прошло ее свидание с отцом, но он решил, что лучше помолчать. Дороти выглядела утомленной, лицо ее осунулось и побледнело. Когда он взглянул на нее снова, то увидел, как по ее щекам бегут слезы.

Если бы только они не были сейчас в машине! Он въехал во владения Латимеров и сразу свернул на дорогу, ведущую к озеру. Его родители уже наверняка дома, и Алан не сомневался, что Дороти не захочет предстать перед ними в таком состоянии. Через пять минут он остановил машину.

В лучах заходящего солнца между деревьями поблескивала ровная гладь озера. Сейчас вода была жемчужно-голубой. Алан невольно вспомнил, как увидел Дороти, поднимающуюся из воды, обнаженную и потрясающе красивую, словно богиня. При этом воспоминании его мускулы напряглись. Он выключил двигатель и повернулся к Дороти.

— Как вы себя чувствуете? — спросил он тихо, борясь с желанием сжать ее в объятиях.

— Хорошо, — ответила Дороти, и он с облегчением увидел, как уголки ее губ слегка поднялись вверх.

— Как у вас прошло свидание с отцом? — спросил он.

Дороти тыльной стороной ладони смахнула со щеки слезинку.

— Прекрасно… чудесно… замечательно, — произнесла она и улыбнулась более уверенно.