Лия Аштон - Поцелуй кареглазой русалки

Телефонный разговор окончательно выбил его из колеи. Все инвесторы, кроме Рэкел, расторгли контракт с фирмой «Мэннинг». С одной стороны, он понимал, что не стоит сходить с ума. У него и раньше бывали не самые удачные проекты. Но почему-то эта ситуация потрясла его. Окончательно придавила. Правда, проект с самого начала казался довольно рискованным, глупо было надеяться, что все сразу выгорит. Возможно, стоит подождать, и позже этот проект заинтересует кого-то еще. Слишком он увлекся этим, поверил в собственные силы, решил, что все виллы на курорте Хойана немедленно будут распроданы.

Он решил выпить кофе, чтобы немного успокоиться.

Был разгар рабочего дня. В такое время Лэни никогда не ходила на пляж. Грэйсон прекрасно это знал. И тем не менее поймал себя на том, что смотрит на океан, в надежде увидеть ее там.

Он быстро бежал по берегу. Очень хотелось встретиться с Лэни и рассказать о том, что сегодня произошло.

Вернувшись домой, он решил позвонить отцу и попросить у него совета. Но тут же подумал: какой в этом смысл? Отец скажет то, что он и так знает.

Надо взять себя в руки и продолжать жить дальше. Даже если он совершит непоправимую ошибку и фирма разорится, он сможет основать новую, восстановить то, что потерял. Что же касается Лэни, то ее мечты рухнули раз и навсегда. У нее нет другого шанса. Она не сможет начать свою спортивную карьеру с нуля. Ее уже не примут в команду. Но Лэни оказалась достаточно сильным человеком и решила полностью изменить свою жизнь, нашла работу, а он оттолкнул ее, подорвал уверенность в себе, и без того зыбкую. Из-за него ее мечты и иллюзии окончательно рухнули.

Завтра Грэй начнет подыскивать новых инвесторов и попутно разрабатывать новый проект. Но вдруг понял, что совершенно не хочет всем этим заниматься. Мысль о том, что единственным смыслом жизни опять станет работа, приводила его в ужас. Он ни о чем не мог думать, кроме Лэни. Воспоминания о том, как она грациозно, словно русалка, плавала в океане, постоянно мелькали у него перед глазами.

Лэни открыла входную дверь, и ее лицо вытянулось от удивления.

— Что вы здесь делаете? — изумленно глядя на Грэйсона, спросила она.

Ситуация повторялась, только теперь все было наоборот. Когда-то Лэни сидела на его крыльце, не решаясь постучать, теперь Грэйсон мялся перед ее дверью, не зная, как быть. Когда Грэй подъехал к дому Лэни, он вдруг понял, что, возможно, совершает непоправимую ошибку.

— Простите меня, Лэни.

— Вы уже попросили у меня прощения, забыли? Я напомню. Это было в тот день, когда я уволилась. Вам не за что извиняться.

— Я очень виноват перед вами. И вы это знаете. В тот вечер, когда отец с Ташей приехали ко мне, я повел себя по отношению к вам как настоящий подлец. Я подумал тогда… Впрочем, сейчас это не важно. Я приехал к вам не для того, чтобы вспоминать тот проклятый вечер.

Лэни стояла, скрестив руки на груди, и молча ждала, что он скажет дальше.

— Можно мне войти?

— Нет.

Грэй тяжело вздохнул и помолчал, собираясь с мыслями.

— Я больше так не могу. Разлука с вами для меня невыносима. Я не могу без вас. Поверьте, я не лгу. Это чистая правда. Мне казалось, что смогу жить без вас. Но теперь я понял, до какой степени ошибался. Я проклинаю себя за то, что повел себя так с вами. И недавно понял, что вам пришлось пережить.

— Я не понимаю, о чем вы говорите.

— Я говорю о вашей спортивной карьере. О крушении надежд. Недавно я понял, что вы должны были чувствовать, осознав, что вашим мечтам не суждено сбыться. А я вместо того, чтобы как-то поддержать вас, причинил новые страдания. Сначала я задавал вопросы, которые были вам неприятны, не нашел ничего умнее, как сказать, что работа личным помощником не для вас. Я не имел права этого делать. В конце концов, это не мое дело. А потом я решил, что мы разные люди, и оттолкнул вас. Простите, простите меня за все. Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь искупить свою вину перед вами.

Лэни не отрываясь смотрела на деревянные перила, всеми силами старалась не встречаться с Грэйсоном взглядом. Но потом, словно на что-то решившись, подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза:

— Вы не так уж и не правы, когда задавали вопросы. Вы не открыли для меня ничего нового. Я постоянно об этом думаю.

— Все равно я не имел права вас об этом спрашивать. Вы сильный, самодостаточный человек и сами можете решить, какой путь избрать.

— Да, вы правы. — На лице Лэни показалась легкая, едва заметная улыбка. — Но если бы не вы, я бы еще не скоро приняла верное решение. Так что вы все сделали правильно. И вам не в чем себя винить.

Повисло молчание. Лэни всем своим видом давала понять, что ему пора уходить. Он не мог себя заставить это сделать.

— Я так скучаю по пляжу.

Грэйсон не стал развивать мысль. Лэни и без того все поняла. Он скучал по их прогулкам, когда они весело, беззаботно смеялись и болтали обо всем на свете.

Лэни махнула рукой, чтобы заставить его замолчать. Прищурившись, решительно шагнула навстречу. Ему показалось, что она хочет столкнуть его с крыльца. Но она стояла и смотрела на него. Вид у нее был очень усталый и опустошенный.

— Я тоже скучаю по нашим прогулкам. Очень веселые прогулки, не так ли?

— Почему бы нам не возобновить их?

Лэни нахмурилась:

— Вы хотите, чтобы мы опять стали гулять по утрам? Полагаете, это возможно после того, что произошло?

Грэйсону всегда нравилась прямота Лэни. Но в данный момент ее резкость окончательно сбила его с толку. Он почувствовал страшную неловкость, начал злиться на Лэни, потом взял себя в руки. В создавшейся ситуации виноват только он.

— Я не понимаю, чего хочу на самом деле, мне нравится говорить с вами обо всем на свете. Строить планы на будущее. Я не видел вас несколько недель. И все это время очень без вас скучал.

Взгляд ее неожиданно смягчился. В глазах на мгновение промелькнуло странное выражение. Спустя секунду ее лицо опять стало непроницаемым.

— Все это время больше всего на свете мне хотелось прикоснуться к вам. Я бы все отдал за то, чтобы обнять вас. Или поцеловать. О, я хотел бы целовать и целовать вас, сотни раз. Покрыть поцелуями ваше лицо и каждую клеточку вашего тела.

Он вдруг поймал себя на мысли, что опять становится неисправимым романтиком. Как всегда в ее присутствии. Это смущало и беспокоило. Он чувствовал, что теряет над собой контроль, но не мог взять свои слова обратно. Да и не хотел.

— Вы сами понимаете, о чем говорите? Это предполагает совсем другие отношения между мужчиной и женщиной. И не только на выходные. Неужели вы хотите со мной длительных отношений?