Сьюзен Нэпьер - Смеющаяся богиня

– О, не беспокойтесь. Я не стала процветать благодаря своей корысти, – вызывающе крикнула она Бенедикту, ненавидя его за то, что он молча и неподвижно сидит, не задавая вопросов, а лишь слушая ее. – Наследство оказалось дутым, и я отказалась от него, чтобы избежать судебной тяжбы. Странно, что вы не помните колоритных подробностей – ими пестрели бульварные газеты. В этой истории было все: извращенный секс, шантаж, мошенничество и убийство. Надо будет показать вам эти вырезки! Конечно, до суда дело не дошло, но только потому, что я оказалась хитрой – полиции не удалось раскопать достаточно убедительных доказательств, чтобы осудить меня. Но вас это не удивляет, правда? – провоцировала она Бенедикта. – Вы ведь всегда считали, что наши отношения с судьей подозрительны. Возможно, вы правы. Женщина с таким прошлым…

Ванесса внезапно замолчала. Бенедикт сидел с опущенной головой, плечи у него дрожали – от гнева и ярости, подумала Ванесса. Сейчас он разорвет ее на части! Но он вдруг запрокинул голову и… расхохотался.

Ванессу чуть не вытошнило. Она вскочила. Перед глазами запрыгали черные точки. Ей хотелось зарыдать.

– Значит, вам смешно? – задыхаясь, вымолвила она. – То, что моя жизнь рухнула, для вас всего лишь шутка?!

Она хотела убежать, но он тоже вскочил и, все еще смеясь, поймал ее за локоть.

– Да нет, Ванесса! Послушай…

– Послушать? Вы!.. – Она хотела ударить его, а он заломил ей руку за спину.

– Я не смеялся…

От такого очевидного вранья она едва не задохнулась.

– Отпустите меня, вы – отвратительный лгун.

– Ванесса! – Он грубо тряхнул ее. – Неужели ты считаешь, что я этому поверю? Если во всей этой чепухе имеется хоть малейшая доля правды, то я готов съесть свою шляпу. Конечно же, я рассмеялся. Для любого, кто тебя знает, мысль о том, что ты порочная и корыстная соблазнительница, совершенно нелепа. Да что ты знаешь об обольщении! Теперь спокойно расскажи мне обо всем и не маши своим прошлым у меня перед носом, словно это красная тряпка, а я бык. Я отреагировал именно так, как ты того заслужила…

И он получил то, что заслужил, злорадно подумала Ванесса, когда спустя несколько минут взглянула в зеркало над рулем автомобиля и увидела мужскую фигуру в облаке песчаной пыли. Ей показалось, что он погрозил вслед кулаком. Он был, несомненно, в ярости, а его вопль звучал у нее в ушах:

– Тебе не убежать от своих чувств, Ванесса. Я не позволю тебе использовать Уайтфилд как убежище от жизненных трудностей…

Но по крайней мере последнее слово осталось за ней. Она со стуком захлопнула дверцу машины, едва не прищемив ему пальцы, и заорала в ответ:

– А почему нет? Вы ведь это делаете! Никогда не поверю, что вы вдруг заявились в Уайтфилд просто отдохнуть. Вы сказали, что вам необходимо было уехать, а в Окленде слишком шумно. Вы тоже убежали от чего-то, так что не читайте мне нравоучений!

Глава 9

Ванесса чудом не разбилась по дороге к Уайтфилду. Слезы застилали глаза, и она почти не различала дорогу, к тому же ее отчаянно трясло, отчего она рывками переключала скорость.

Я не мазохистка, неистово твердила себе Ванесса, и не хочу получить еще один урок растоптанной любви. Там, на пляже, она, к своему ужасу, поняла, что любит намного сильнее, чем пять лет назад. Несмотря на внешнее обаяние, Джулиан был неспособен на глубокие чувства. В какой-то момент она это осознала и, хотя его предательство сильно ее ранило, пережила это и стала презирать Джулиана.

Но презирать умного, образованного Бенедикта, человека с интересным и сложным характером, было невозможно. Такой человек непрост в любви – или в том, что он принимает за любовь, – и он абсолютно честен в своих намерениях. Ему нужна любовница, и только. Что ж, на этот раз его отвергли, думала Ванесса, на большой скорости въезжая в ворота Уайтфилда.

Соблазн был велик, да к тому же ей был брошен вызов, так что неудивительно, что у нее временно помутился рассудок, говорила она себе. Никаких чувств к Бенедикту она не испытывает, лишь чисто физическое влечение, а с этим она сумеет справиться. Она не любит его и не хочет любить. Она собиралась связать свою жизнь с Ричардом и сделает это, полюбит его, а он, такой добрый и мягкий, никогда не заставит ее потерять голову настолько, что она перестанет принадлежать сама себе.

Ванесса резко затормозила, едва не врезавшись в открытый багажник шикарного желтого «корветта», стоящего перед домом. Маленький коренастый мужчина с рыжеватыми волосами сбежал по ступеням и с такой силой рванул на себя дверцу ее машины, что Ванесса чуть не вывалилась на землю.

– Боже! Это вы, Флинн? – недоуменно спросил он и весело добавил:

– А я было подумал, что это Марио Андретти![7]

Ванесса пришла в себя и выпрямилась.

– Бен… мистер Сэвидж не говорил, что вы приедете, мистер Джадсон.

Он усмехнулся, и его озорные карие глаза с любопытством смотрели на нее. Ванесса пригладила разметавшиеся от ветра кудри.

– Я люблю преподносить сюрпризы, – сказал он, делая вид, что не заметил следы слез у нее на щеках. – Хотя на этот раз сюрприз ждал меня: миссис Райли сказала, что вы оба отправились на пикник. Почему Бен не вернулся с вами?

– Я его не спрашивала, – вырвалось у Ванессы, и это была чистая правда.

Она покраснела, а любопытство гостя разгорелось еще сильнее. Ванесса пыталась придумать какое-нибудь безобидное объяснение, чтобы сгладить ситуацию, но тут из дома вышла стройная невысокая женщина.

На вид ей было около тридцати, изящная и элегантная, она была очень красива: ярко-рыжие волосы подчеркивали прозрачную бледность кожи и блеск зеленых раскосых глаз; строгого покроя костюм подходил к их цвету, и она источала запах «шанели».

– Дейн, вы выяснили, где Бенедикт? Господи, а это кто такая? – От явной насмешки в голосе и критического взгляда, каким она окинула Ванессу, та мгновенно подобралась.

– Я – дворецкий мистера Сэвиджа, – сухо пояснила она.

– Вы меня разыгрываете, не так ли? – Вопросительно выгнув брови, женщина посмотрела на Дейна. Но тот, усмехаясь, помотал головой, вытаскивая чемодан из машины.

Небрежно пожав плечами, женщина сказала:

– Ах, да ладно. У Бенедикта свои странности. Как он вас называет?

Ванессе очень хотелось язвительно ответить: он меня называет «любимая».

– Флинн, – произнесла она.

– Прекрасно, Флинн. Раз вы дворецкий, то помогите Дейну внести чемоданы.

– Вы остаетесь? – вырвалось у Ванессы.

– Конечно, – нетерпеливо ответила дама. У нее был американский акцент. Интересно, они с Дейном приехали каждый сам по себе или вместе? Она вовремя приняла вежливо-строгий вид, так как следующая фраза дамы прозвучала как гром среди ясного неба: