Уинифред Леннокс - Этюд в золотистых тонах

Старина Барнс может сколько угодно носиться с мечтой о сказочной любви. Ничего подобного нет, просто эта девочка зацепила его, Грега, своим упрямством, граничащим с тупостью. Ни одна женщина в его солидном донжуанском списке не сопротивлялась так долго и с таким поразительным упорством, и это лишь подогревало его охотничий инстинкт. Грег бросал женщин, легко и без сожаления, они его — никогда. И незачем нарушать традицию.

В гараже у будки дежурного маячил какой-то незнакомый тип. И скверно вымуштрованный к тому же. Вместо принятого здесь приветствия и улыбки на все тридцать два зуба — в расчете на чаевые, конечно, — он резко отвернулся, надел зачем-то наушники…

— Эй! — крикнул на бегу Грег. — Открывай ворота!

Тот даже не пошевелился. И откуда только берут таких хамов, раздраженно подумал Грег.

Любимая «ламборджини» призывно серебрилась в полумраке гаража. Верная лошадка чистых, незамутненных кровей. Иногда Грег думал, что машина живая, куда более живая, чем многие люди. Они понимали друг друга с полуслова. Грег ласково похлопал верную подружку по сверкающему капоту.

— Застоялась, милая? Ничего, сейчас помчимся.

Он рванул дверцу и повернул ключ зажигания. Машина тут же ожила, мигнула ему сразу всеми лампочками, готовая к рывку. Черт бы побрал этого придурка в будке! Трудно, что ли, кнопку нажать? Впрочем, он новенький, не знает еще, что Грегори Мортимер терпеть не может ждать у медленно ползущих в стороны ворот. Ничего, сейчас я ему вправлю мозги. На всю жизнь запомнит.

Грег выскочил из машины и сделал всего несколько шагов, когда чудовищный грохот накрыл его с головой и шарахнул по барабанным перепонкам ударом неистовой силы. Жаркая смрадная волна подхватила его, как пушинку, завертела, ослепив, и бросила тряпичной куклой о бетонную стену.

— Я читала твою колонку в «Уик-энд миррор». — Делла Кори со скучающим видом помешала лед в бокале. — Мне понра-ахвилось.

— Спасибо.

— Этот несчастный гра-ахф так одинок в своем замке. — Делла возвела к потолку томные глаза и сразу стала похожа на кающуюся Марию Магдалину Тициана. — Мне захотелось уте-ехшить его.

Она говорила с придыханием, не очень естественно, явно изображая какой-то акцент, непонятно только какой. Может, итальянский?

— А как же Сэм? — спросила Сандра, в притворном удивлении округляя глаза. — Я слышала, он тебя никуда от себя не отпускает.

Она, конечно же, имела в виду Сэма Зингера, знаменитого продюсера, который и явил миру Деллу Кори в своем последнем нашумевшем блокбастере, неоспоримом чемпионе проката последнего месяца. Он, действительно, не отходил от Деллы ни на шаг, должен был даже присутствовать на сегодняшнем интервью, если бы дела не отвлекли в последний момент.

— О, это сильно преувеличено. Журналисты… — Делла подвесила слово в воздухе и замолчала, словно обозревая его со всех сторон. — Настоящие пира-ахньи. Ахнуть не успеешь, как обгрызут тебя до скелета. Это Сэм так говорит, а уж он-то знает. Тебя я, конечно, не имею в виду, — спохватилась она.

— Ничего, — улыбнулась Сандра. — Я привыкла. А откуда у тебя такой очаровательный акцент?

— Неужели заметно? — Делла просияла. — А я так стараюсь изба-ахвиться от него. Когда Сэм пригласил меня в свой фильм, он сразу же нанял мне учителя.

— А фильм ты сама озвучивала?

— Сама, конечно. Сэм любит, чтобы все было натурально.

— Потрясающе! — с энтузиазмом воскликнула Сандра. — Так, значит, ты не американка.

— Нет конечно! — Делла фыркнула, будто само предположение было нелепым и оскорбительным. — Мой папочка был итальянец, инженер в маленькой компьютерной фирме, мамочка — англичанка. Мы жили в Риме, там я и познакомилась с Сэмом. Совершенно случайно. Я сидела у фонтана Треви, и он…

— А где именно в Риме живут твои родители? — моментально насторожившись, спросила Сандра: уж больно затертое место выбрала Делла для встречи с Сэмом, там ни одного римлянина днем с огнем не сыщешь, сплошь туристы.

— О, я не хочу об этом говорить! — Делла наспех скроила печальную гримаску. — Такое горе! Мои родители погибли в автомобильной катастрофе.

— Мне очень жаль. Самое ужасное, что мой отец тоже.

— Значит, мы с тобой обе бедные маленькие сиротки.

— Увы, — вздохнула Сандра. — Знаешь, я обожаю Рим. Была там один раз и жила в Трастевере у знакомых. Ты наверняка знаешь этот район.

— Еще бы! Потрясающее место, роскошное. Все эти виллы и… и… дворцы.

— Палаццо, — подсказала Сандра, окончательно убеждаясь, что Делла никогда в Риме не была.

Случайно подслушанная в «Трэмпе» сплетня о Гамбурге и порнофильмах находила все больше подтверждений, учитывая явную надуманность рассказа Деллы о Риме, а также то, что ее акцент то появлялся, то исчезал. Очевидно, она, увлекаясь, начисто забывала о нем.

— Как тебе понравилась Америка? — сделала новый заход Сандра.

— Ужасно! — Делла негодующе надула губки, словно ей подсунули дохлую крысу. — Там все синтетическое, даже люди. А эти кошмарные голливудские девицы! На них просто живого места нет. Силиконовые бюсты, накладные ногти, искусственные зубы, контактные линзы, вместо лиц — пластическая хирургия. Не понимаю тамошних мужчин.

— Потому Сэм и не стал искать свою героиню в Голливуде, а выбрал тебя.

— Ну да, мне-то пришлось только волосы перекрасить и слегка подправить глаза. Ой!

Делла зажала ладонью рот, но было уже поздно. Вот, подумала Сандра, шах и мат. Осталось только задать вопрос о ее настоящем имени и о том, что она делала в Гамбурге.

Но неподдельный страх, застывший в глазах Деллы, тут же заставил Сандру передумать. На одной чаше весов разоблачительная статья, дурно пахнущий скандал, несколько лишних фунтов в ее, Сандры, кармане, а на другой — разрушенная жизнь. Девчонка еще так молода и так старается забыть о прошлом… Сочиняет легенду об очередной Золушке, которая на улице случайно встретила своего принца. Ну и ладно, люди любят красивые сказочки почти так же, как смачные скандальчики.

— Ты имеешь в виду, что тебе понадобилось лишь слегка изменить имидж, чтобы получить роль?

— Да, да, да! Я не всегда пра-ахвильно употребляю слова.

Нда-а-а… Сэм, пожалуй, прав, что не разрешает Делле встречаться с журналистами тет-а-тет. Расколоть ее ничего не стоит, и рано или поздно кто-нибудь это обязательно сделает.

— Огромное спасибо за интервью, — как можно сердечнее сказала Сандра, вставая. — Надеюсь, в следующий раз Сэм к нам присоединится.

— Можешь не сомневаться. Ни на шаг его от себя не отпущу.

— И это правильно. — Сандра не уставала поражаться ее чисто детской непосредственности. Воистину, красивая женщина это пиршество для глаз и пытка для ушей. — Ну что ж, жду следующего фильма. Я — твоя ярая поклонница.