Лесли Ноулз - Песня без слов

— Я только что легла в постель… — Николь запнулась, как только осознала, что машинально начала не с того, и услышала, как Джейк, затаив дыхание, поинтересовался:

— В мою постель?

— Да, — смутилась она.

— А что на тебе надето? — не унимался он.

Она помолчала, не в состоянии что-либо ответить и чувствуя себя ребенком, которого застали врасплох в тот момент, когда он одной рукой уже залез в банку с вареньем.

— Ники, так что же все-таки на тебе сейчас надето?

— Обычная ночная рубашка, — промолвила Николь и мысленно выругала себя за то, что опять, как девочка, не может скрыть волнения.

— Дорогая, не говори так. Ты можешь закутаться с головы до ног в свою фланелевую рубашку и все равно не будешь обычной. А знаешь, что я сейчас представляю?

В ожидании чего-то необычного у Николь даже вспотела рука, которой она держала телефонную трубку.

— В своем воображении я рисую тебя в атласном, черном, соблазнительно обтягивающем твою фигуру. В комнате погашен свет, горит только единственная свеча возле кровати. При ее мерцающем свете я вижу твои роскошные груди и округлые бедра.

От его слов Николь вся затрепетала, но еще старалась держать себя в руках:

— Может, ты прекратишь нести чушь?

Все это время она слушала его, закрыв глаза, и настолько отчетливо представляла то, о чем он говорил, что даже почти ощущала на себе прикосновение его рук.

— Возможно, ты и права и мне не стоит нести всякий вздор, но я сойду с ума этой ночью, если сейчас не поделюсь с тобой своими мечтами.

— Наверное, мы похожи на двух несчастных влюбленных?

— Нет, я бы назвал это точнее. Мы похожи на двух людей, занимающихся безопасным сексом.

Николь рассмеялась:

— Ты ужасный человек!

— Вообще-то ты всегда говорила, что я ужасен.

Николь проворчала что-то в ответ, и потом оба замолчали на несколько секунд. Тишина была настолько ощутима, словно они находились в одной комнате.

— Ники, — нежно произнес Джейк, и от его ласкающего слух голоса она еще больше зарылась в подушки, уловив пикантный, дурманящий запах его одеколона, исходивший от свежего белья.

— Ники, в комнате сейчас горит свет?

— Только одна настольная лампа возле кровати.

— Выключи ее.

Будто зачарованная тихими, пленительными звуками его голоса, она сделала то, о чем он просил.

— Все, выключила.

— И я тоже. — Николь услышала в трубке слабый шорох, а потом Джейк продолжил: — Теперь позволь я расскажу тебе о том, что вижу, когда представляю, как ты лежишь в моей постели.

— Джейк… — Николь не договорила.

Его предыдущие слова уже и так подействовали на нее. Лежа в темноте на его кровати и слушая нежный, обволакивающий все тело голос, она чувствовала его близость.

— Тише… — Джейк не дал ей возразить. — Твои шелковые волосы распущены и разметались по подушке. При свете свечи у них появился золотистый оттенок. — Джейк блаженно вздохнул. — Я люблю гладить твои длинные локоны, каскадом спадающие с плеч подобно водопаду… и когда мы занимаемся любовью и ты склоняешься надо мной, они ласкают мое тело, словно мягкий шелк.

Его слова действовали на нее как наркотик, отдаваясь в каждом ударе сердца, в каждом нервном окончании.

— Твои волосы — это единственная вуаль, скрывающая твое тело от меня…

У Джейка перехватило дыхание, а Николь чуть не застонала от физического желания, возникшего от его шепота.

— Я хочу целовать каждый дюйм твоего тела, чувствовать его сладковато-соленый привкус. Я хочу снова ласкать твои груди, живот, бедра…

Николь чувствовала жар во всем теле, словно по нему пробежал огонь.

— Если ты сейчас же не перестанешь, — ослабевшим голосом выговорила она, — то нас обоих ждет впереди бессонная ночь.

Какой-то момент Джейк молчал, и Николь слышала лишь его неровное дыхание.

— Наверное, ты все-таки права, — наконец вымолвил он. — Нужно идти спать. Но когда я вернусь домой, то уж постараюсь, чтобы все мои мечты стали реальностью. — Он засмеялся. — Довольствуйся пока атласным постельным бельем, а потом мы вместе отправимся в магазин и купим тебе черную облегающую ночную рубашку. — Джейк опять ухмыльнулся. — Рубашка не скоро износится, потому что я часто буду снимать ее с тебя по ночам.

Подталкивая тележку с продуктами, Николь встала в самую короткую очередь. Брайана ждала неподалеку, рассматривая книжку с рождественскими сказками, которую они только что купили. После звонка Джейка Николь удалось заснуть лишь спустя несколько часов. Она злилась на него за то, что он наговорил ей, и надеялась, что эта ночь была для него такой же мучительной.

Стоявшая впереди женщина подошла к кассиру и принялась выкладывать покупки из доверху нагруженной тележки. Сдерживая нетерпение, Николь перевела взгляд на лежавшие на полке около кассы журналы. Неожиданно ей бросились в глаза крупные буквы, украшавшие обложку одного из них:

ВНЕБРАЧНОЕ ДИТЯ ЛЮБВИ ДЖЕЙКА КАМЕРОНА. ПЕВЕЦ СТЫДИТСЯ СВОЕЙ ГЛУХОНЕМОЙ ДОЧЕРИ.

Николь показалось, что у нее остановилось сердце.

Глава 12

Бульварный журнал «Уорлд вью» не пожалел для фотографии Брайаны всей первой полосы. Благодаря крупному плану и зачесанным назад волосам было отчетливо заметно, что девочка пользовалась слуховым аппаратом. Рядом редактор поместил снимок Джейка, сделанный во время церемонии награждения музыкальной премией. С помощью фотомонтажа лицо одной из окружавших Джейка женщин заменили фотографией Николь, что было еще отвратительнее.

Похолодевшими руками Николь ухватила журнал с полки. В этот момент ей показалось, будто она стоит посреди улюлюкающей толпы совершенно обнаженная. Но, осторожно оглядевшись вокруг, Николь с облегчением обнаружила в ближайшей части зала всего нескольких покупателей, деловито суетившихся у стеллажей с продуктами.

Вернувшись глазами к журналу, она стала рассматривать фотографию. Внимательно приглядевшись, Николь отметила некоторые предметы, на фоне которых была сфотографирована Брайана, и ее словно током ударило: конечно, это был магазин игрушек. Как она сразу не догадалась! В памяти всплыло неприятное, как ей теперь показалось, лицо молодого человека, подходившего тогда к Брайане.

Неудивительно, что она так встревожилась при его появлении. А как он посмотрел на нее, узнав, что Брайана глухонемая!.. Именно эта информация и была ему нужна, чтобы написать подлую ложь, сделав Брайану объектом сенсации.

Николь понимала, что вскоре все станет известно и остальным газетам, однако еще не осознавала, чем это грозит им с Джейком.