Эллен Сандерс - Окрыленные любовью

Гейл смущенно опустила ресницы.

– Вообще-то я выхожу замуж не за Дэниела.

– А за кого? – в один голос спросили Джефри и Рейчел, заподозрив, что Гейл решила над ними подшутить.

Единственное, чего они сразу не уразумели: в чем именно состояла ее шутка. В том, что она собирается к алтарю, или в том, что ее женихом является не Дэниел Уинклер.

– Моего будущего мужа, – не без гордости начала Гейл, – зовут Алан Рейнолдс. Чтобы сразу пресечь ваши подтрунивания, скажу: мы познакомились с ним в клубе любителей парашютного спорта «Флай энд фри» во время того самого праздника, на который я до последнего отказывалась ехать. Если бы не несчастный случай, произошедший со Стейси, я бы до сих пор не знала, что такое настоящая любовь и счастье взаимного чувства. – Гейл рассмеялась. – Да перестаньте же вы так на меня смотреть! Рейчел, Джефри, я говорю совершенно серьезно.

Джефри помотал головой, словно выбежавший из воды пес.

– Ты шутишь.

– Ни капельки. Никогда не была столь серьезна, как сейчас.

– Гейл, – вмешалась в разговор Рейчел, – ведь праздник в клубе был меньше месяца назад.

– Верно, – согласилась Гейл.

– Тебе не кажется, что это… мм… несколько опрометчиво? Ты ведь сама тысячу раз говорила, что, прежде чем выйти замуж, навсегда связать свою судьбу с судьбой мужчины, нужно хорошо узнать друг друга…

– Забудь обо всех тех глупостях, о которых говорила прежняя Гейл Сейзмор.

– Но…

– Забудь, Рейчел! – безапелляционно заявила Гейл. – А теперь извините, но мне нужно увидеться с мистером Бэллетом.

– Только не говори, что собралась покинуть «Обсервер», – с тревогой сказал Джефри.

– Не дождетесь! – с улыбкой ответила Гейл, взяв со стола несколько скрепленных листков бумаги.

– Разговор не окончен, – предупредила Рейчел. – Как только выйдешь от Бэллета, мы устроим тебе допрос.

– Договорились. Готовьте вопросы, уважаемые коллеги. С удовольствием дам вам исчерпывающее интервью. – Гейл улыбнулась и помахала им рукой, прежде чем скрыться за дверью кабинета главного редактора.

– Извини, Ронни… Я забыла постучать. Могу я войти?

– Гейл? К чему условности? Ты уже вошла. Мне нужно с тобой поговорить по очень важному делу.

Судя по тону редактора, дело и впрямь важное и… денежное, решила Гейл, присев на ближайшее к столу босса кресло. Что ж, придется оставить свои хорошие новости на потом. Работа прежде всего. Вряд ли Рональд оценит, если она перебьет его и начнет хвастать кольцом с розовым бриллиантом, которое ей подарил Алан на помолвку.

– Я слушаю, – деловито произнесла Гейл.

– Во-первых, позволь узнать, как у тебя дела?

– Все в порядке.

– Гейл, я за тебя очень беспокоился всю прошлую неделю.

– Не стоило. Я могу о себе позаботиться сама. К тому же охотников стать моим опекуном у меня всегда было предостаточно. Взять хотя бы мою лучшую подругу Мэрилин… Впрочем, речь ведь сейчас не о моем настроении, верно?

– Нет, именно о нем.

Гейл с удивлением и некоторым недоверием посмотрела на редактора.

– Мистер Бэллет, у меня уже все хорошо. Да, на прошлой неделе я была не на высоте. Мне жаль, что я заставила беспокоиться даже вас. Однако у каждого бывают моменты… Словом, не хочу вас утомлять рассказами о причинах своей хандры. Тем более что мне удалось с ней справиться, – моментально перейдя на официально-почтительный тон, отчиталась Гейл.

– Ты в этом уверена, Гейл? – Рональд пристально посмотрел на нее.

– Да, – твердо ответила она. – Все уже позади. Я снова в строю.

– Как прошел уик-энд?

– Ронни, я чего-то не поняла… Я думала, что у тебя ко мне какое-то важное и серьезное дело. А вместо этого мы ведем светские беседы.

– Гейл, в тебе действительно что-то изменилось, и я пытаюсь выяснить, что явилось тому причиной. Так как ты провела выходные?

Она молча протянула ему листы бумаги.

– Что это? – Рональд надел очки и быстро пробежал глазами по строчкам. – «Выше солнца» в рубрику «Испытано на себе»? Гейл, ты слетала в космос в качестве третьего в истории пилотируемой космонавтики туриста, а я до сих пор не в курсе?

Она усмехнулась.

– Нет, я всего лишь прыгнула с парашютом. Это, конечно, несколько не то, к чему привыкли читатели «Обсервер», но мне почему-то кажется, что моя статья заслуживает внимания. Возможно, я ошибаюсь. Решать не мне.

– Гейл, ради бога! Вспомни, когда в последний раз я заворачивал твою статью? Кстати, такое вообще когда-нибудь было? – озадаченно спросил Рональд, почесав в задумчивости начавшую седеть макушку. Через минуту его глаза расширились. – Что? Ты прыгнула с парашютом?! Какого черта тебе это понадобилось?! Жить надоело?! Ты ведь всегда называла любителей прыжков с парашютом безумными экстремалами, психами!

– Успокойся, Ронни. Иначе доведешь себя до сердечного приступа. Вот уж не предполагала, что тебя это так удивит.

– Удивит? Ты сказала «удивит»? Да я просто в шоке!

– Все в порядке. Я всего лишь пыталась справиться со своей депрессией, – пояснила Гейл.

– Ну и как? Удалось, как я вижу. Теперь ты сидишь в моем кабинете и улыбаешься в тридцать два зуба, словно и не рисковала своим здоровьем неизвестно ради чего! – Неожиданно Рональд успокоился, смахнул выступивший на лбу пот и спокойно спросил: – Ну и как? Понравилось?

– Да. Это так… В общем, прочитаешь в моей статье. Мне кажется, я довольно красочно описала свои впечатления, – не без гордости за подготовленный материал сказала Гейл.

Внезапная вспышка гнева редактора ее и в самом деле поразила. Однако еще больше ее удивило столь же неожиданное успокоение.

– Что ж, – Рональд вздохнул, положив статью Гейл на край своего антикварного достояния, – спасибо за материал. Даже беглого прочтения пары абзацев достаточно для того, чтобы с уверенностью заявить, что эмоций в нем значительно больше, чем в твоем репортаже с праздника клуба «Флай энд фри».

Гейл почувствовала, что покраснела. То ли от похвалы последней статьи, то ли от стыда за форменную отписку двухнедельной давности.

– Надеюсь, спонсоры и важные шишки из числа членов клуба отметят внимание «Обсервер» к их увлечению. Кстати, первая ласточка уже залетела к нам. Мой расчет оказался верным. Люди – даже богатые и известные – любят читать о себе в качественной прессе.

– Извини, Ронни, я не совсем поняла…

Рональд Бэллет поднял вверх указательный палец.

– Владелец одного из фешенебельных отелей Сан-Франциско хочет, чтобы «Обсервер» провел крупную рекламную кампанию. О цене мы, правда, пока не договаривались, но, думаю, она нас очень и очень устроит.

– Здорово, – без особого восторга пробормотала Гейл.

Удачные сделки босса уже давно перестали удивлять ее и уж тем более благоговейно трепетать. Если бы не деловая хватка Рональда Бэллета, «Обсервер» никогда бы не занял того места, которое принадлежало ему уже в течение не одного десятилетия не только на рынке периодических изданий, но и в кругу политических и экономических экспертов.