Джина Уилкинс - Обольстительная Саванна

Не особенно понимая, что делает, Саванна поймала себя на том, что, повесив трубку, стоит у открытого стенного шкафа. Из заднего угла верхней полки она вынула пластиковый контейнер величиной с обувную коробку. Снова села на постель, распечатала крышку и задумчиво уставилась на безделушки, напоминавшие о юности. И на письмо, которое у нее не хватило духу открыть, когда они с кузинами выкопали ящик.

Что-то заставило ее перевернуть конверт в руке и вскрыть его. Она содрогнулась при виде детского почерка и выцветших чернил. В письме в высокомерно-наивной форме высказывались ее взгляды на свое будущее. На славу. На обожающих фанатов. На фотографии в каждом журнале мод. На главные роли в нашумевших фильмах.

На деньги.

Она с ненавистью отшвырнула письмо.

— Господи, какой же я была дурой!

Прежнюю Саванну, юную, возбуждала бы перспектива романа с «богатым, знаменитым, роскошным Кристофером Пейсом». Она бы сочла его деньги столь же привлекательными, как и его красивое лицо, а известность не менее соблазнительной, чем пиратская улыбка.

Но взрослая Саванна влюбилась вовсе не из-за этого!

Она полюбила человека, который любит цветы, лунный свет и романтическую музыку. Человека, который добр с ее детьми, который играет в бейсбол и на фортепьяно, который занимался с ней любовью с щедростью и нежностью, представлявшимися ей раньше лишь в фантазиях.

Она с досадой подумала, что никогда не видела его в том, другом мире. У него есть друзья, семья, дом, работа — целая жизнь без нее. Кристофер Пейс ей совершенно незнаком. Как она могла знать, полюбит ли она его так же сильно, как любит Кита?

Она вернула ящик на полку шкафа. В ее голове тревожным эхом звучал старинный афоризм: Будь осторожен в своих желаниях! Они могут сбыться!

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Вернувшись в пятницу вечером домой с работы, Саванна увидела в гостиной Кита, осаждаемого детьми. Эрнестины нигде не было видно.

Саванна искренне обрадовалась ему и поняла, что ее попытка держать под контролем свои чувства к Киту не удалась даже отчасти. А когда она увидела его с детьми, ожидающего ее прихода домой… глупое желание, с которым она боролась, только усилилось.

— Привет, мама! Посмотри, кто у нас! — восторженно закричала Миранда.

На запястье у нее сверкал маленький золотой браслет, которого Саванна раньше не видела.

— Привет, мама, — вторил сестре Майкл, размахивая новенькой бейсбольной перчаткой.

Кит привез подарки.

Пока она соображала, что делать, Кит в три шага пересек комнату и твердо, уверенно поцеловал ее в губы. Саванне ничего не оставалось, как только крепко обнять его и поцеловать в ответ.

Она так по нему скучала!

— Привет, мама! — с сарказмом передразнил Кит, отодвинувшись от нее.

Щеки у Саванны вспыхнули. Она знала, что на нее смотрят дети — Майкл с неуверенностью, Миранда с восторгом. И она разрывалась между желанием задушить Кита за то, что он поставил ее в неловкое положение перед детьми, и затащить его в какое-нибудь укромное местечко, где она могла бы целовать его так, как ей хотелось.

— Мама, посмотри, что привез мне Кит! — хвастала Миранда, показывая крошечный золотой браслет.

— Очень… мило, — рассеянно сказала Саванна, стараясь отогнать воспоминания о том, как они занимались любовью.

Браслет действительно был очень милой безделушкой, не слишком большой, не слишком яркой, как раз для тринадцатилетней девочки.

— Посмотри на мою перчатку! — всунулся Майкл и подошел к матери, чтобы похвастать своим подарком, обдавая ее запахом свежей кожи. — Круто, да?

— Согласна. — Саванна перевела взгляд с сына на Кита и обратно. — Надеюсь, вы поблагодарили Кита?

— Еще как! — заверил Кит. — Эти ребята могут преподать урок хороших манер многим взрослым, с которыми я имею дело в Лос-Анджелесе!

Дети зарделись от похвалы.

Саванна с одобрением заметила, что дети одеты для выхода, как она им велела. На Миранде было льняное платье в черную и белую полоску, а Майкл надел яркую рубашку и синие брюки. Пара, которой мать может гордиться, небеспристрастно подумала она.

— А где бабушка? Готовится к обеду?

Близнецы нахмурились. Улыбка Кита погасла.

— Ее нет, — ответил Майкл. — Она пошла на обед к миссис О'Лири!

— Она сказала, что встреча с миссис О'Лири у нее запланирована заранее и что мы не станем возражать, если она не пойдет с нами, — добавила Миранда.

Эрнестина ни словом не обмолвилась Саванне, что у нее на этот вечер другие планы. По-видимому, она придумала этот предлог сегодня утром после того, как Саванна ушла на работу.

Саванна все больше и больше разочаровывалась поведением матери. Та категорически отказывалась дать Киту шанс. Конечно, у Саванны и у самой были сомнения относительно того, насколько разумны эти отношения, но она в отличие от Эрнестины их не отвергала.

Повернувшись к Киту, Саванна сказала:

— Очень жаль. Я думала, она к нам присоединится.

— Не переживай, — ответил Кит, пожав плечами. — Просто мне придется еще с ней поработать.

— Кит привез бабушке очень красивую брошь, — заговорила Миранда. — У нее в середине даже есть бриллиант!

— Надеюсь, она поблагодарила тебя так же мило, как и близнецы? — спросила Саванна.

— Она была очень благосклонна, — сказал Кит и оптимистично добавил: — Думаю, я найду к ней подход!

Эрнестина всегда питала слабость к безделушкам, смиренно подумала Саванна. Красивая брошь в сочетании с неотразимым обаянием — она надеялась, что Киту удастся найти тропинку к сердцу Эрнестины.

Она заставила себя улыбнуться.

— Что ж, тогда нас будет четверо! Дай мне несколько минут, чтобы освежиться, и я буду готова. Кит, хочешь что-нибудь выпить, пока я переоденусь?

— Я принесу, — с готовностью предложила Миранда. — У нас есть содовая или морс. Или апельсиновый сок.

Саванна хотела было предложить бокал вина, но Кит неожиданно оживился:

— А какой запах у морса?

— Клубничный, — ответила Миранда.

— Мой любимый, — заверил Кит. — Я бы не возражал против стаканчика!

Миранда бросилась выполнять его желание.

— Если я увижу у тебя на губах красные следы морса, — шутливо предупредила Саванна, — я отправлю тебя прямо в ванную, чтобы ты их смыл, прежде чем мы пойдем!

Майкл засмеялся.

— Сколько раз я слышал это!

Кит потер носком о ковер.

— Я буду пить осторожно, — пообещал он, оживленно сверкая темными глазами.

— Хорошо.

— И лучше не проливать на ковер, — предупредил Майкл, поддерживая шутку. — Мама терпеть не может красных пятен на ковре.