Ирен Беллоу - Свет твоих глаз

– Наверное, я согласилась бы просидеть вот так до конца жизни, – произнесла Клэр, зная, что это невозможно.

Невозможно хотя бы потому, что ей хотелось чего-то еще. И Рону тоже. Они сгорали от одного и того же желания, и оба понимали это.

Рон наклонился и потянул вверх подол ее платья. Клэр задрожала, почувствовав легкое дыхание ветерка, коснувшееся разгоряченных бедер.

– Тебе холодно?

– Нет.

Рон провел ладонью между ее ног, и они послушно раздвинулись.

– Шире.

Клэр подчинилась, и его пальцы прошли остаток пути и остановились, поглаживая влажные волоски над пульсирующей от прилившей крови плоти.

– Скажи, чего ты хочешь, – прошептал он.

– Не… не останавливайся.

Пальцы Рона раздвинули складки кожи и проникли внутрь. Другая рука скользнула под лиф платья к груди.

– Не останавливаться?

– Да, да! Ласкай меня.

– И что я получу взамен? Ты уже готова? Ты хочешь меня?

Дрожа всем телом, Клэр прошептала:

– Да… Пожалуйста.

Рон мог бы и не спрашивать, его рука осязала тепло и влажность лона Клэр. Да, Клэр хотела его, изнывала от желания, и от этого у него кружилась голова. Чередуя нежные поглаживания с более смелыми движениями, Рон погружал пальцы все глубже, пока Клэр не вскрикнула.

Испугавшись, что невольно причинил ей боль, Рон убрал руку и усадил Клэр к себе на колени.

Потемневшие глаза Клэр требовали и умоляли, и Рон понимал, что не может обмануть ее ожидания.

Наклонившись, он приник к ее груди, по очереди покусывая бугорки сосков, прикрытые лишь тонким шелком платья. Участившееся дыхание Клэр подсказало ему, что она вот-вот достигнет пика.

Клэр выпрямилась и потянулась к молнии на его брюках.

– Нет-нет. – Рон удержал ее руки. – Рано.

– Пожалуйста, я хочу тебя.

Он стиснул зубы, чтобы не выругаться. Черт побери, ему и самому хотелось дать волю распиравшему его желанию! Но план состоял в другом. Момент близости еще не наступил.

Ясность мышления исчезала, твердость намерений таяла, а горячее, возбужденное тело Клэр было совсем близко. И Рон хотел ее, хотел сильнее, чем чего-либо другого.

Вместо проклятия с губ Рона сорвался хриплый, протяжный стон.

– Да, милая, я тоже тебя хочу.

Надевая красное платье, Клэр пообещала себе, что не позволит Рону остановиться на полпути. Довольно игр. Она хочет его и намерена получить свое.

– Поцелуй меня, – прошептал он, и Клэр с готовностью покорилась.

Их губы встретились, и теперь уже Клэр завладела инициативой, подстегивая желание Рона игрой языка. Стон, вырвавшийся из груди Рона, вознаградил Клэр за усилия и укрепил уверенность в достижении цели. Обхватив ее бедра, он задал новый ритм, подводя их обоих к грани, за которой начиналось безумие.

– Ну же… – прошептала Клэр и, получив молчаливое согласие, потянулась к молнии.

Добившись успеха, она стиснула ладонью дрожащий от напряжения возбужденный член и несколькими быстрыми движениями едва не довела Рона до экстаза.

Он стиснул ее руку, и Клэр, подняв голову, увидела его горящие глаза.

– Да.

Она приподнялась, и на какое-то мгновение оба замерли в этом положении, дразня друг друга. Первой не выдержала Клэр, и Рон, не меньше жаждавший полной близости, вошел в нее одним быстрым сильным ударом.

– Да, Рон, да!

Ее неистовый шепот слился с его стоном, и они задвигались в унисон, объединенные могучим желанием. Испытав то, чего так страстно желала много лет назад, задыхаясь в его объятиях, теряя сознание в сгущавшемся тумане страсти, Клэр поняла, что не хочет больше жить без того, что им нужно. Губы Рона впивались в ее грудь, терзая искусанный, опухший сосок через промокший шелк платья, его руки гладили ее бедра, одновременно задавая ритм движений.

– Клэр… Клэр… – Рон задрожал, и она поняла, что оба приближаются к финишу.

Его хватило еще на два-три удара, и, когда он оросил ее лоно дождем любви, мир взорвался перед глазами Клэр калейдоскопом радужных огней. Звезды закружились и слились в сияющее белое пятно. Клэр вздохнула, качнулась вперед и прижалась лицом к его плечу. К плечу человека, доставившего ей немыслимое наслаждение.

Она задрожала, тронутая последним порывом стихающей бури, и почувствовала, как напряглись его руки.

– Холодно?

– Мне хорошо, – ответила Клэр. Ее переполняла радость, ей хотелось смеяться, петь, целовать Рона, танцевать. Она могла бы кричать от восторга, прыгать вокруг него на одной ноге или читать вслух давно забытые, а теперь пришедшие на память стихи. Могла, но какой-то уголок души, в котором затаились страх и отчаяние, удерживал ее, говоря, что ради любви нужно отказаться от всего остального.

Ребекка Синклер отступила за кустарник и опустила фотокамеру, но глаз с сидевших в беседке Рона и Клэр не спускала. Ей все еще не верилось в то, свидетелем чего она только что стала и что было зафиксировано теперь на сверхчувствительной пленке ее «Кодака».

Ублюдок! Скотина! Мерзавец! Подлец!

И эта сучка ему под стать. Ребекка уже навела о ней справки. Клэр Уинслоу. Судя по всему, та еще штучка. Работала с Риком О’Нилом, а потом вместе со своим любовничком нагрела студию на изрядную сумму. И вот теперь Патрик Хаммер дает ей второй шанс. Невероятно.

Еще невероятнее было то, что Рон Фримен обнимал эту заокеанскую стервочку. Ласкал ее, целовал. И, похоже, получал от этого удовольствие.

В какой-то момент, поддавшись злобе, Ребекка уже шагнула из своего убежища, намереваясь подойти к беседке и устроить парочке незабываемую сцену. Клэр Уинслоу не может и не должна быть с Роном Фрименом. Она его не заслужила.

Разумеется, благоразумие взяло верх. Ребекка отступила. У нее сложился план, и она собиралась осуществить его и вволю полакомиться плодами.

– Ты влюблен, дружище, – объявил Виктор, когда Рон ввалился в офис с первыми лучами солнца.

– А что ты здесь делаешь? – Рон потер лицо, стараясь не поддаться усталости и не уснуть прямо на пороге.

Сидевший за письменным столом Виктор покачал головой и ткнул ручкой в толстую тетрадь.

– Провожу инвентаризацию, если ты, конечно, помнишь, что это такое. Ресторан должен работать как машина, а для этого надо смазывать детали, заливать горючее и менять свечи.

– Да. Конечно. – Рон тяжело вздохнул и несколько раз моргнул. – Извини.

– Не спалось?

– Чудесная ночь. – Рон пожал плечами, понимая, что выглядит, должно быть, счастливым идиотом.

Вот так. Началось с желания отомстить, а закончилось… Весь его план пошел насмарку. Самоконтроль… выдержка… Какая чушь! Вместо этого он взлетел на седьмое небо.

Близость с Клэр стала для него воплощением мечты. Чудом, изменившим его жизнь. Проводив ее до двери номера, он кое-как добрел до своих апартаментов, но так и не лег, а провел остаток ночи на ногах, расхаживая по комнате.