Эллисон Чейз - Навсегда в твоем сердце

— Я был уверен, что ты рисковала из любви к науке, — тихо сказал он. — Я тоже ее испытываю, поэтому поверил тебе.

— Дело в том, что я на самом деле люблю науку, — тихо проговорила Айви. На ее лице ясно отразилось искреннее сожаление. — В этом мне не пришлось притворяться. Клянусь, я наслаждалась каждой минутой, которую мы провели в лаборатории.

Саймон тоже наслаждался каждым мгновением, которое они провели за работой, равно как и каждой минутой, когда она находилась рядом и он мог вдыхать запах ее волос, чувствовать тепло изящного тела.

— Тогда зачем это предательство?

— Потому что…

Айви била дрожь. И Саймон, наблюдая за ней, помимо воли затаил дыхание. Сможет ли она ему довериться? До этого мгновения он даже не подозревал, насколько важно для него ее доверие. Тогда он спросил себя: а есть ли у нее причины ему доверять? Дал ли он их ей?

Он надеялся, что да.

Дрожь прекратилась. Было видно, что Айви приняла решение.

— Если я и предала вас, то не по собственной воле, а потому что моя преданность всегда принадлежала другому человеку, который послал меня сюда, чтобы найти вашу сестру и вернуть ценную вещь, которую она украла перед своим побегом из Лондона.

При упоминании о Гвендолин маркиз встревожился. Он слегка отстранил от себя Айви и, заглянув ей в глаза, спросил:

—Зубы Галилея, что эта девчонка опять натворила?

Айви облизнула пересохшую нижнюю губу, вытеснив из головы маркиза все мысли, кроме одной.

— Я не могу вам этого сказать, лорд Харроу, пока вы не поклянетесь честью… жизнью, что никому и никогда не обмолвитесь ни единым словом.

Глава 10

— Ты рылась в моих личных вещах, а я должен клясться?

Айви ожидала презрительного смешка. И лорд Харроу уже скривил губы, но в последний момент передумал и лишь пристально и задумчиво посмотрел на нее, от чего по ее телу прошла волна дрожи.

А потом он несказанно удивил ее, заявив:

— Хорошо. Я клянусь. Если, конечно, ты расскажешь мне что-то правдоподобное. Кстати, что, как ты утверждаешь, украла моя сестрица?

— Кое-что очень ценное и тайное, принадлежащее…

Саймон закрыл ладонью ее рот.

— Подожди. Пойдем со мной.

Взяв свечу, он повел Айви за собой в гостиную. Она опустилась на маленький диванчик, он расположился в кресле. Их разделял холодный камин.

— Скажи мне, как тебя зовут.

— Я говорила об этом в тот самый день. Не помните? — Айви криво усмехнулась. — Меня зовут Айви. Айви Садерленд.

— Насколько я понимаю, твой отец не имеет никакого отношения к казначейству.

Айви опустила голову и уставилась на свои руки.

— У меня нет отца. Матери тоже. Мои родители давно погибли при пожаре.

Маркиз молча смотрел на Айви. Его лицо было в тени, и она, даже если бы захотела, ничего не могла на нем прочитать. Очень тихо он сказал:

— Мне очень жаль. Поверь, это действительно так. Я не понаслышке знаю, что такое потеря.

Его голос выражал искреннее сочувствие, заставившее ее сердце сжаться. Горе, которое никогда ее не покидало, наполнило ее глаза слезами. Айви думала об отце, о матери и о той прелестной женщине, которая превратила сады Харроувуда в райский уголок, хотя сама не могла гулять по их дорожкам.

Часто моргая, не в силах вымолвить ни слова, она кивнула.

— Ты говорила о сестрах. Они тебя не ищут?

Айви судорожно сглотнула.

— Лорел, моя старшая сестра, сейчас во Франции. А две другие — дома в Лондоне, и они знают, что я в Кембридже. — Она притронулась рукой к волосам. — Они помогали мне собираться.

— А как ты связана с Гвендолин? — Его голос стал жестким, требовательным.

Айви ответила медленно, тщательно подбирая слова:

— Я никогда не встречалась с вашей сестрой. Зато я… знакома с ее госпожой.

Гнев снова исказил лицо маркиза.

— Это невозможно.

— Уверяю вас, это вполне возможно. Мои сестры и я были наперсницами королевы с детства. Тогда еще никто и предположить не мог, что незаметная маленькая принцесса когда-нибудь станет носить корону.

— Объясни. — Его губы, твердые как сталь, едва шевелились. — И поторопись, пока я не утратил терпение.

— Наши отцы и мой дядя Эдвард вместе были на войне, — сказала она. — Наши родители сохранили дружеские отношения и после ее окончания. Даже после их смерти мать Виктории нередко привозила ее в поместье дяди. Во всяком случае, до того, как она стала официальной наследницей престола.

На Айви внезапно навалилась тоска. Она вспомнила о беззаботных днях своего детства… и о том, как они внезапно и навсегда кончились.

— В следующий раз мы увидели Викторию только полгода назад. Тогда ей понадобилась наша помощь, так же как и сейчас. Мы — ее тайные помощники.

— Тайные… — Лорд Харроу даже зубами скрипнул от злости. — Что ты несешь? У меня есть все основания…

— Вы поклялись. Вы не можете отказаться от своего слова.

Его глаза воинственно сверкнули.

— Ты не в том положении, чтобы…

Айви вскочила на ноги.

— Нет, в том! И за мной — власть королевы. Да, я приехала сюда под чужим именем. Да, я за вашей спиной рылась в ваших вещах. — Сжав руки в кулаки, она резким движением головы отбросила упавший на лицо локон. — Но я все это делала по приказу королевы. И не только. Я сделала это, потому что уверена в вашей невиновности. Я хотела не только доказать, что у вас нет камня Виктории, но и избавить вас от всех связанных с этим трудностей. Ну а теперь, если вы продолжаете упорствовать в своем недоверии, пожалуйста, можете вызвать местного судью.

Выпалив все это, она замолчала.

Молчание показалось ей вечным. Ее смелость постепенно улетучилась, колени предательски задрожали. Неужели он и в самом деле позовет судью? У Айви не было никакого желания провести следующие несколько дней в холодной камере, прежде чем весточка дойдет до ее сестер и королевы.

Почему он ничего не говорит? В тот самый момент, когда Айви решила, что больше не вынесет напряжения, раздался его ровный голос:

— Что это за камень Виктории?

Айви без сил рухнула обратно на диванчик.

— Я не должна была упоминать о нем!

— Уже поздно. Говори.

Айви скороговоркой пробормотала про себя две молитвы. В одной она просила Бога, чтобы он не дал ей ошибиться насчет лорда Харроу, в другой — чтобы Виктория простила ее. Да, она нарушила обещание, но ведь, учитывая, что леди Гвендолин не появилась в Харроувуде, ситуация усложнилась. Виктория не рассчитывала, что беглой фрейлины здесь нет.

И Айви рассказала все, начиная с той ночи, когда королева постучала в дверь ее дома. О камне, откуда он взялся, о его значении для королевы. Она подумывала было опустить историю о тайной помолвке Виктории и Альберта, но как иначе убедить недоверчивого маркиза в небывалой важности немедленного возвращения камня к его владелице?