Сладкое наказание - Рина Фиори

падайте в обморок от такой обходительности.

— Гронский, — рявкаю на шута, пока Катя раскрытый от удивления рот пытается вернуть в исходное положение, — самооценку снизь, а то не соответствуешь!

Наглец хмурит лоб: не нравится ему мой новый стиль общения. Хочет обратно пусечку-Яночку? Не дождётся, сам меня такой сделал.

— Давай! Поговорим! Спокойно! — как же тяжело ему переступить через себя, слова вон с трудом выдавливает.

— Гронский, тебя как послать? Честно или интеллигентно? — я сама любезность, даже право выбора предоставляю.

Пока мы буравим друг друга взглядами, Катя начинает скучать, хватает сумку, поднос с пустой посудой и пытается ускакать.

— Ян, я в аудиторию — осведомляет мрачно.

— Стоп! — слишком громко получается, за соседними столами студенты оборачиваться начинают. — Я с тобой!

Подскакиваю с сумкой наперевес, собираюсь тоже поднос отнести, но парень меня перехватывает. В руку впивается — что за мода вечно за руки меня хватать? Пытаюсь стряхнуть цепкие клешни, но кое-кто упёртый оказывается.

— Ян, давай не будем цирк устраивать, просто спокойно поговорим. Прошу.

Тоже мне, просит он. Ладно, попробуем другую тактику.

— Хорошо, пойдём.

Парень зависает на миг, но грабли свои разжимать не собирается. Предусмотрительный какой.

Миронова меня ждать не стала, давно утопала из столовой. Предательница.

Ну, а я вместе с Гронским тоже к выходу иду, то и дело поглядывая в его сторону. Парень замечает моё косоглазие, усмехается, но тут же принимает серьёзный вид. Понимает, что удача сейчас не на его стороне.

— Ну, — я нетерпеливо постукиваю ногой, — говори уже, пока я слушаю.

Смело поднимаю голову и смотрю собеседнику в глаза: да, я не боюсь его и не теряюсь при виде тёмных глаз. Чего не скажешь о парне: он проводит пару раз по чёрным волосам и отводит взгляд. Неужели стыдно в глаза мне смотреть? Не верю.

— Может, — его голос дрожит, — в машине… поговорим?

Я прищуриваюсь, пытаясь понять: что он опять задумал? Неужели надеется, что я по-прежнему буду безоговорочно доверять каждому его слову?

— Нет! — а чего он ждёт? — Или говори сейчас, или…

— Хорошо, — парень выставляет ладони вперёд в знак согласия, — я хочу, эм… попросить….

Я стою молча, смотрю на его жалкие усилия.

— Прощения, — наконец, выдавливает из себя наглец.

Да ладно! Гронский извиняется, оператора в студию — снимем блокбастер.

— За что? — да, я не такая простая. Пускай озвучивает свои промахи, ему полезно будет.

— Эээ, — опять бедолага мнётся. Вот что бывает, когда человек пытается найти что-нибудь в пустой голове, — за, это…

Пока он подбирает слова, у меня начинает трезвонить телефон. Гронский всё равно будет ещё долго соображать, поэтому можно пока ответить.

— Да, Олеж, — брат уже собирает выезжать за мной, — нет, ещё одна пара. Да, я потом наберу.

Разговор длится всего полминуты, и за это время Гронский успевает превратиться в спелый помидор.

— Можешь продолжать, — разрешаю снисходительно, убирая телефон в сумку.

— Кто он для тебя? — грозный рык заставляет вздрогнуть.

— Ты о ком? — я, правда, не пойму, чего он вдруг переключается.

— Он! — пальцем в сторону моей сумки тычет. Что за бред?

Пожимаю плечами, ну, не понимаю я, чего он от меня хочет.

— Кто этот мужик, которого ты Олежей называешь? — да тут не отдельные нотки ревности, а целая симфония звуков.

— Ты, кажется, за что-то извинялся, — перевожу тему: обсуждать с ним брата не собираюсь.

Закончив рыться в сумке, поднимаю взгляд на парня: густые брови сдвинуты к переносице, а скулы дрожат от нервного напряжения.

— Тебе показалось! — бросает Гронский и большими шагами спешит уйти прочь.

Глава 25

После пар предлагаю Кате прогуляться по магазинам, хочу прикупить всякие кондитерские штучки. Формочку новую присмотрела, да и расходные материалы не помешало бы подкупить: ленту ацетатную, мешки.

Олег обещал нас подбросить до ближайшего кулинарного рая. Да, магазин так и называется «Рай для кондитера». Ещё брат узнал, что я мечтаю открыть собственную кондитерскую, ну и предложил стать инвестором в моём бизнесе. С трудом объяснила, что это планы на будущее, но не самое ближайшее. Лина ему разболтала, что я собираюсь работать и поступать на заочное. Правда, пока не могу решить, какой факультет выбрать. Будь моя воля, я бы в колледже осталась, и плевать, что обо мне думают студенты и преподаватели. Зато через два года я уже стала бы дипломированным специалистом. Как заставить администрацию передумать — не знаю. За последние две недели столько всего произошло, что голова кругом, и не до стратегических планов.

Мы с Катей выходим на улицу и останавливаемся на ступеньках — дожидаться моего брата. Я даже не предлагаю зайти за угол или отойти подальше, под дерево. Мне абсолютно всё равно, что кто-то увидит или подумает. Почти всё равно.

К счастью, ждать долго не приходится, Олег — просто образец пунктуальности. Большой чёрный аппарат заезжает на территорию колледжа, и мы поспешно направляемся в его сторону.

Мой брат, конечно, настоящий джентльмен, видя, что я с подругой, бросается нам двери открывать.

Катюху усаживаем первой, я тоже собираюсь скрыться в роскошном салоне авто, но, увы, не сейчас. Опять Гронский: нарисовался — не сотрёшь.

— Это ты Олежа? — цедит в сторону брата.

Мысленно отмечаю, что сейчас он выглядит хуже, чем пару часов назад.

— Ну, допустим. Только не Олежа — Олег Владимирович. И для начала, молодой человек, не мешало бы поздороваться.

Его стальной голос заставляет вздрогнуть меня. Но не Гронского — последний даже бровью не ведёт, только кривит нос.

— Олег, давай поедем, — высовываюсь из-за двери.

Не представляю, как помешать предстоящему разговору.

— Подожди, кнопка, тут перетереть хотят, — левую ладонь сжимает в кулак, правой потирает его. Вай.

— Почему. Она. В твоей машине? — да что с его речью? Слова что ли экономит, чего так сжато разговаривает?

— Ах… вот оно что… — тянет Олег, — ты из-за Яны. А я уж подумал, гопники атакуют.

Брат заметно меняется в лице — его забавит данная ситуация? Зато наглый преследователь становится ещё мрачнее, боюсь, ему не до смеха. Он делает ещё пару шагов в сторону Олега, однако брат молча закрывает за мной дверь, потом обходит Гронского и направляется к водительскому месту. Так демонстрировать безразличие даже у меня не получается, а я очень старалась сегодня в столовой. Хотя, неудивительно, несмотря на то, что Олег ниже немного, зато в плечах ещё шире, чем Гронский. Я бы с такими плечами тоже ничего не боялась.

А с мерзавцем точно не всё в порядке, потому что он оторопело смотрит вслед отъезжающей тачке, но так ничего не предпринимает. Мы с Мироновой