Сандра Мэй - Семь шагов к счастью

— Я вовсе не собираюсь тебя ни о чем расспрашивать, ты не думай…

— Собираешься, собираешься. Не делай вид, что тебе абсолютно по фигу. Я же помню, как ты в него влюблена была, девочка. Хорошо, что уехала, жизнь бы он тебе испортил. А сейчас, двадцать лет спустя, ты вернулась, бродишь по знакомым улицам, вспоминаешь детство золотое — ну и мужа моего, конечно, тоже. Ничего в этом нет ни странного, ни постыдного.

— Илси, я…

— Брось. Извиниться хочешь? Глупо. От того, что он с тобой переспал, мне не стало ни легче, ни тяжелее. Это, как говорится, уже твои проблемы. А делить нам нечего по определению — потому как я его законная жена и, видимо, так уж ею и помру.

Бриттани решила плюнуть на этикет. В конце концов, она приехала сюда именно для того, чтобы забрать мужа этой женщины с собой! Она об этом мечтала двадцать лет! Она над этим работала! Чем больше она узнает о том, как жил эти двадцать лет Эл Дэвис, тем проще ей будет исполнить свою мечту…

— Я вовсе не хочу извиняться. Я хочу понять — почему ты с ним не развелась, если все то, что о нем говорят в городе, правда?

— Потому что он не хочет разводиться!

— Вероятно, из-за Келли… Хотя она уже взрослая.

— Келли ему не нужна. Ему вообще никто не нужен, кроме него самого. А разводиться он не хочет… не могу сказать точно почему. Я это понимаю по-своему. В принципе по-настоящему он жил только с нами. У него был дом, семья, он был ухожен и накормлен… если бы не его врожденная блудливость и нежелание отвечать за что бы то ни было в жизни, его бы все устраивало.

— Но он ушел к Мэри Смит!

— Да, потому что я его и не держала особо. Ну, побегала по городу, поскандалила с Салли… на самом деле к тому времени он так меня достал, что я почти радовалась, что он ушел. Вот скажи мне, Бриттани Кларк, что ты знаешь о том, как Эл жил с нами? Только слухи, верно? А было так: я родила Келли — и даже не успела приехать домой, как наш папа сделал ноги. Умотал дальнобойщиком работать. Раз в полгода присылал деньги — очень, надо сказать, небольшие. А мне ведь надо было жить эти полгода, дочку растить — она родилась слабенькой, у меня молоко то и дело пропадало… Потом он вернулся, несколько месяцев жил дома, никуда не удирал, все его устраивало. Дочка подрастала, он с ней играл, она в нем души не чаяла. Я-то с ним постоянно ссорилась, но он всегда говорил: мне на весь мир наплевать, кроме вас с Келли.

— И все-таки ушел…

— Потому что она выросла. Начала задавать вопросы. Стали нужны деньги — на одежду, на учебу. Надо было вести хозяйство — в конце концов, у нас семья! То крыша течет, то налоги платить… Это было скучно для Эла Дэвиса, он не любит заниматься скучными вещами. А вот жить на всю катушку — любит. Мэри Смит ему такую возможность предоставила — считай, что купила его на время. Ты же наверняка уже слышала, что ушел он от нее, как только у нее начались проблемы с деньгами?

— Хорошо, а Белинда? Ведь то, что я слышала…

— Здесь вообще все просто. Она — первая, кто не держится за него руками и ногами. Она баба жесткая, сразу поставила все на свои места. Хочешь жить — живи, но уж будь любезен! Поскольку от тебя в доме никакого толку и навару — изволь соблюдать правила. Соблюдаешь — все хорошо, тебя никто не трогает. Не соблюдаешь — до свидания. Такое отношение для Эла в диковинку, он же привык, что за ним все бабы бегают и умоляют…

— Все равно не понимаю про тебя!

— Как же! Он же не идиот. С таким практичным подходом Белинда вытурит его в любой момент и слезинки не уронит. И с чем он тогда останется? Ни дома, ни денег, ни семьи.

— Запасной аэродром…

— Ну, можно и так сказать… только на самом деле аэродром-то ему дорог. Здесь его любили по-настоящему, заботились о нем, барахло его стирали, кормили — и все без всяких условий. Папа приехал — всегда праздник. Он думает, что так все и осталось. Его и Келли стала раздражать, когда выросла, потому что у нее появилось собственное мнение. А ему надо, чтоб все как раньше.

— Ну, он мог бы найти еще кого-то…

— Ха! Ты просто его еще не видела. Ты же уехала от красавчика Дэвиса, верно? Солнечный мальчик, душа компании, душка-обаяшка. А теперь этому душке под пятьдесят, выглядит он за пятьдесят, у него букет болячек на почве любви к кукурузному пойлу, лысина, рахитичное пузо и провалы в памяти. Не могу сказать наверняка, но сдается мне, и в постели Эл Дэвис сегодня девчонку надолго не заинтересует. А чего ты хочешь? Он всю жизнь шел к этому семимильными шагами. Посмотри хоть на его дружков-собутыльников. Даг — своя фирма по ремонту автомобилей. Гай работает на заводе в Остине. Даже Ронни взялся за ум и рвет жилы у себя на ферме. Один только Эл Дэвис — ни образования, ни толковой работы, ни собственного жилья. Приживала! Так что наш запасной аэродром — это его последнее пристанище и убежище. По крайней мере, он так думает.

— А ты?

— А что я? Меня он больше не заботит. У меня Келли. Она хорошая девочка, но мы с Элом изрядно попортили ей жизнь. Я была бы рада увидеть ее свадьбу с хорошим человеком — тогда можно спокойно отправляться на тот свет. Но она пока еще мечется. В ней много обиды — на отца, на жизнь, на меня… Что касается нашего брака — мне ни тепло, ни холодно от того, что я по документам являюсь женой Дэвиса. Пусть Белинда комплексует по этому поводу — хотя я не думаю, что она комплексует. Она на редкость здравомыслящая женщина.

Бриттани отвернулась, стала смотреть на залитый солнцем шпиль церкви. В ушах немного звенело — потрясение было слишком сильным.

Илси сорвала веточку бересклета и негромко сказала:

— Мы все обожжены, Бриттани Кларк. Обожжены любовью. Это самый сильный ожог, он никогда не проходит. Когда вы все думали, что я насильно его на себе женила… Я ведь очень любила его. Так любила, что иногда становилось больно дышать. Я ждала его из всех загулов, прощала все измены, терпела, молчала, орала, дралась… Я тратила жизнь, нервы и сердце, потому что твердо верила: на такую сильную любовь нельзя не ответить. Пусть немножечко, пусть слегка… Я слишком поздно поняла, что любила пустого и глупого человека, не умеющего и не желающего любить. Знаешь, как он сам себя называет? Предатель по жизни. О, он вовсе не строит из себя героя, мой законный муж. Он знает, что он такое, и не собирается ничего менять. Доверять такому человеку… все равно, что завести в качестве домашнего питомца гремучую змею. — Илси вздохнула и неуклюже поднялась со скамейки. — Ты молодец, что приехала. Время от времени надо возвращаться домой… чтобы яснее видеть дорогу. Рада была повидаться.

— Илси… Прости меня.

— Я же сказала — не надо.

— Мне — надо.