Барбара Босуэлл - Дядюшкино наследство

Но, взявшись за руль, она в отчаянии закричала:

– Кэйд, я не смогу!

Он уже захлопнул за ней дверцу, но открыл снова, услышав ее жалобный вскрик.

– В чем дело, Кайли?

– У меня встреча с дядями и Акселем Доджем сегодня за ленчем! – выпалила Кайли. – Я должна быть в ресторане без четверти двенадцать.

Холодок пробежал по ее спине. Кайли отвела глаза, не в силах смотреть на Кэйда, чувствуя себя жалкой предательницей, типичной представительницей рода Бреннанов, всегда готовых воткнуть нож в спину. Какая еще женщина будет встречаться с врагами своего возлюбленного сразу после ночи страсти?

Но, прежде чем она сформулировала ответ, ее чувство справедливости напомнило, что нужно выслушать обе стороны. Арти и Гай могут рассматривать ночь с Кэйдом как любовь с врагом.

– Я не могу отменить встречу, Кэйд. Они – братья моего отца. Я обязана посвятить им хотя бы час за ленчем.

Кэйд заметил ее огорчение.

– Все правильно. Ты должна с ними встретиться, – произнес он после паузы.

Кайли напряглась.

– Я обещала.

– Да, обещала.

Он соглашался, он даже не пытался спорить, но Кайли чувствовала: между ними возник барьер. Непроницаемый, как некогда Берлинская стена. Теперь уже рухнувшая…

– Мы можем вместе поужинать вечером, – предложила Кайли, стараясь говорить дипломатично и не выдавать своего отчаяния. – Я что-нибудь приготовлю у дяди Джина.

Кэйд быстро кивнул.

– Позвони мне позже, – бодро произнес он и зашагал в сторону своей машины.

Кайли высунулась из своей.

– Кэйд, пойми, я не могу сказать, где мы встречаемся. Я обещала, что…

– Кайли, не волнуйся. Я понял, – произнес Кэйд через плечо.

Она вспомнила судью, который разговаривал с ней подобным тоном. Властным. Несколько отеческим. Диктаторским – с примесью снисходительности. Каждый раз она испытывала одни и те же чувства – смесь негодования и облегчения. Как и сейчас…

Кайли смотрела вслед удалявшемуся Кэйду. Нужно убить несколько часов до решающей встречи и подумать, как провести ее. Вернуться в дом дяди Джина и отдаться воспоминаниям о любви с Кэйдом? Нет, не лучшая из идей, если она хочет оставаться разумной и беспристрастной.

Она начала мысленно перебирать встречи с Бреннанами после приезда в город. Чем-то это напоминало список свидетелей. Она уже видела четверых двоюродных братьев и сестер и встретится с дядями за ленчем. Остаются две тети, Лоретта и Бобби.

Подумав, Кайли решила заехать к Бобби. Заявление Бренды, правдивое или нет, что Лоретта ненавидит всю ветвь Уэйна Бреннана, подействовало. Посещать видную общественную деятельницу, жену дяди Гая, не хотелось.

Бобби приветствовала Кайли весьма лаконично и ввела в маленький блочный домик, в котором жила вместе с Бриджит, Брендой и Старр-Линн.

Не было ни жарких объятий, ни поцелуев, которые неизменно расточала Лоретта, заметила Кайли, вспомнив, с каким восторгом тетя встречала Уэйна, Конни и детей. И все время она ненавидела нас. Кайли попробовала прогнать предательскую мысль. Да, Бренда умело заложила мину в ее сознание.

– Каким ветром тебя сюда занесло? – спросила Бобби, усаживая Кайли за кухонный стол и наливая ей чашку кофе. Кайли решила выпить кофе и не просить взамен чая. Что-то настораживало в облике Бобби. Возможно, иссиня-черные волосы – пугающий, не встречающийся в природе оттенок? Или застывшее, неулыбающееся лицо?

– Я уже видела Бриджит, Бренду и… и Брента и решила заскочить поздороваться. – Кайли накладывала сахар ложка за ложкой, надеясь, что черная жижа станет удобоваримой.

– Перед встречей с Арти и Гаем и этим скользким типом Доджем, которого они притащили из Кливленда? – Бобби не тратила времени на светскую беседу и сразу перешла к делу. – Они хотят, чтобы ты продала им акции, а потом продадут «Брен-Ко». Они будут врать тебе, говорить все, что ты захочешь услышать, лишь бы уговорить тебя. А ты собираешься продавать?..

Пораженная, Кайли отхлебнула свой переслащенный кофе. Он, к удивлению Кайли, оказался не столь плох, как обычно.

– Я еще ничего не решила. Я выслушала Кэйда и теперь должна выслушать их.

– Да? И ты сказала это Кэйду? Кайли кивнула.

– Готова поспорить, он согласился, – захохотала Бобби.

– Он сказал, что понимает.

– Понимает? Если ты свяжешься с этими придурками, то будешь совсем не такой умной девочкой, какой считал тебя Джин. Ты… Постой-ка, – внезапно остановилась Бобби, – ты сказала, что видела Брента. Когда? Где? Ты что, ходила в тюрьму? Кто, черт возьми, сказал тебе…

– Я видела его сегодня утром в «Гриль-баре на углу», – отрезала Кайли.

– Он не в тюрьме? – взревела Бобби. Она начала выстреливать вопросами, и Кайли едва успевала отвечать. Ни один ответ не устроил тетю. Она так разошлась, что, казалось, была готова запустить кофейником в подходящую цель.

Кайли надеялась, что не в нее. Раньше гонца с плохими известиями казнили бы, но эта традиция, как будто, ушла в прошлое.

– Должно быть, Гай дал Иану деньги, чтобы выкупить Брента, – негодовала Бобби, услышав о вчерашнем погроме. – Кто еще мог это сделать? У проклятого Арти никогда нет и цента за душой.

Кайли не намеревалась рассказывать все, но следственная техника Бобби – а именно совмещение ролей хорошего и плохого следователей – позволила вытянуть из нее все факты. За исключением одного, очень личного. Того, что она провела ночь в постели с Кэйдом.

Кайли допила кофе и налила еще, жаждая подстегивающей поддержки кофеина.

– Кэйд не упоминал о Гае, но на самом деле он считает, что Иан намеренно внес залог, чтобы Брент мог…

– Чтобы Брент мог ворваться в дом Джина и разгромить его. Я доберусь до Брента! Я отшлепаю этого несмышленыша по заднице! И этого осла Арти. Будь уверена!

Кайли догадалась, что всем четверым Бреннанам мужского пола грозит опасность быть отшлепанными по заднице, попадись они на пути тети Бобби.

– Я позвоню Бриджит прямо сейчас! – Бобби схватила трубку. – Когда она услышит, как использовали Брента, то дважды подумает, прежде чем позволять себя использовать. Пусть хорошенько подумает, или я вправлю ей мозги!

Кайли встревожилась.

– Тетя Бобби, они подталкивают Бриджит на… что-то незаконное?

Неизвестные, безымянные они. Обычно Кайли избегала заговорщицких приемов, но на этот раз они были прекрасно известны – ее дяди и двоюродные братья.

– Господи! – Казалось, Бобби призывает в свидетели Всемогущего. Она опустила трубку на рычаг, затем рухнула в кухонное кресло и закурила. – Не могу курить, когда рядом Старр-Линн. Ей вредно вдыхать табачный дым, девочка должна оставаться в наилучшей форме. Но сейчас… Черт, почему мои дети такие безмозглые? Троица идиотов, позволяющих дурачить себя и лезущих в истории, от которых любой здравомыслящий бежал бы за милю.