Лианна Уилсон - Четвертый жених

— Работу?

— Конечно, работу! — Где?

— В частной школе.

— Поздравляю!

— Спасибо, Грант. Я хочу сказать, спасибо за все.

— Я ничего не сделал, ты сама нашла эту работу.

— Я благодарю тебя за поддержку, за веру в меня. Может, Нью-Йорк станет и моим городом?

— Непременно станет. Мы должны отпраздновать это. Ты как?

— С удовольствием. — С кем, как не с ним, ей праздновать эту маленькую победу? Но еще больше, чем полученной работе, Энни радовалась возможности остаться в Нью-Йорке… с Грантом. Хотя бы на время.

Глава тринадцатая

Энни встретила Гранта в дверях квартиры улыбкой и поцелуем. Он уже привычным жестом отбросил в сторону портфель, взял ее за талию и притянул к себе, чтобы поцеловать. Но сегодня и объятия, и поцелуй были крепче от радости, что она не уедет в Техас, в Локетт.

Он даже придумал, как удержать ее в своей квартире.

— Спасибо, — прошептала Энни у самых его губ.

— За что?

— За все.

— Энни, я не сделал ровным счетом ничего. Ты всего добилась сама.

— Ты помог мне поверить в себя, в мои способности, в то, что я смогу найти работу и жить здесь.

— Поверить в тебя было совсем нетрудно, — пробормотал он в мягкие волосы на ее макушке и прижал ее к себе так крепко, что она пискнула и вывернулась.

— Ну… — Энни повернулась вокруг своей оси, — что скажешь? Я купила это специально для нашего торжества.

На Энни было надето обтягивающее черное платьице, подчеркивающее все изгибы ее тела, которые он теперь хорошо знал. Закрытый перед платья интригующе контрастировал с почти полностью открытой спиной, что тут же навело Гранта на греховные мысли. Он вспомнил все те сумасшедшие вещи, которые они проделывали в постели к обоюдному удовольствию, а фантазия уже рисовала, чем они займутся позже этим вечером.

Этим вечером! Энни собиралась этим вечером отметить свою маленькую победу, но он уже пообещал Сьюзен прийти на ее вечеринку.

— Грант? — Энни была сбита с толку его молчанием.

Черт! Он должен что-то придумать. Конечно, он предпочел бы провести этот вечер с Энни, а не с деловым партнером, и особенно со Сьюзен. Интересно, Энни не обидится, если он предложит отметить завтра?

— Грант?

Он тряхнул головой, отгоняя неприятные мысли, и искренне сказал:

— Ты очень красива.

— А платье? Мне показалось, что оно тебе не понравилось.

— Ни в коем случае. — Он положил руки ей на поясницу и притянул к себе. — Но без тебя это платье не представляет ценности. Оно красиво лишь потому, что на тебе.

Энни обняла его за шею и прижалась щекой к груди. Ее палец выводил узоры на его плече.

— Я голодна, а ты?

— Тоже. — Он поцеловал ее долгим и нежным поцелуем.

— Я говорила об ужине. Я кое-что приготовила…

— Для меня главное блюдо — ты. — Он снова приник к ее губам и целовал до тех пор, пока у нее не осталось воздуха и они не стали одним целым.

Быстрым движением Грант спустил бретельки платья с ее плеч, и оно легло вокруг ее ног, оставив Энни в его руках почти обнаженной — только в маленьких кружевных трусиках.

— Грант! — Глаза Энни удивленно расширились.

Он усмехнулся и взял в ладонь ее грудь.

— Я же сказал, что голоден. — Он поцеловал ее в изгиб шеи. — И готов съесть… тебя.

Энни запрокинула голову, чтобы ему было удобнее целовать ее, а пальцы тем временем стали расстегивать пуговицы на его рубашке, развязывать галстук. Когда дело дошло до пояса брюк, она лукаво произнесла:

— Не лучше ли дождаться настоящего ужина? — Но ее рука уже легла на его взбугрившуюся плоть, и у Гранта перехватило дыхание. Он лихорадочно гладил ее ягодицы, прижимая Энни к себе все теснее. Когда терпеть не было больше сил, она хрипло взмолилась: — О, Грант, пожалуйста, сейчас…

— Нет. — Голос Гранта прерывался от едва сдерживаемого желания. — Не здесь и не сейчас. — Подхватив ее под ягодицы, он понес Энни подальше от входной двери. — Не хочу, чтобы на твоей спине снова появились синяки.

— Они бы очень подошли к моему новому платью. — Энни обняла его за шею. — И куда же ты несешь меня?

— В кровать.

— Как оригинально! — со смехом поддразнила она. Он осторожно опустил ее на постель и покачал головой.

— Нью-Йорк дурно на тебя влияет. Куда подевалась маленькая провинциальная девочка, которую я встретил в Локетте?

— Она выросла. — Лежа на спине, Энни притянула его к себе.

Прижав ее руки над головой, Грант раздвинул коленями бедра Энни и вошел в ее теплые глубины.

По мере того как ритм их движений нарастал, Грант все крепче сжимал ее руки. Его имя, выкрикнутое ею в экстазе, эхом отдалось в его сердце.

Когда Грант снова смог дышать и видеть, он перекатился на бок, увлекая Энни за собой, чтобы сохранить единение их тел. Ее рука покоилась на его груди, на губах играла ленивая улыбка полного удовлетворения.

— Как ты это делаешь?

— Что?

— Ну, ты понимаешь… — Неожиданный румянец залил ее щеки.

— Инстинкт. Кроме того, мы очень подходим друг другу.

— Я знаю. — Ее пальчик постучал по тому месту, где билось его сердце, как будто Энни пыталась достучаться до него. Но она не знала, что уже поселилась там, и Гранта это очень пугало.

Еще никогда он не испытывал рядом с женщиной такой полноты ощущений. Энни обостряла его чувства и в то же время затуманивала его сознание. Она легко вызывала его улыбку и заставляла его чувствовать себя защитником.

Это больше не была случайная связь, когда двоих бросили в объятия друг другу сложившиеся обстоятельства. Впрочем, их отношения с самого начала нельзя было назвать случайными. И теперь вряд ли хоть одному из них удастся легко от них отказаться и забыть. Грант все чаще задумывался над тем, как ему сохранить отношения с Энни. Но ответ был прост и сложен одновременно.

— Ну, — спросила Энни, ероша его и без того взлохмаченные волосы, — куда мы пойдем ужинать? Если ты помнишь, я сказала, что голодна, после чего мы оказались здесь. Но голодна-то я в буквальном смысле.

— Ты поэтому сняла с себя платье?

— Я его не снимала! — возмутилась Энни. — Это ты его стащил с меня. — Она дернула волосы на его груди. Грант вскрикнул. Она засмеялась и поцеловала его в это место. — Ты ведешь меня ужинать?

— Конечно. — А как же вечеринка Сьюзен? Решено, он возьмет Энни с собой. Он не обязан давать Сьюзен никаких объяснений. — А как насчет потанцевать после обеда?

— Звучит очень ро… заманчиво.

Хотела ли она сказать «романтично»? Он сам хотел придать этому вечеру романтический оттенок и сам же нервничал при этой мысли.