Мирра Блайт - Маленькая ложь

— Наконец-то вы приехали, месье Тед, как я рада видеть вас. — Она встретила его как старого друга семьи и, привстав на цыпочки, расцеловала в обе щеки.

— И я рад, мадам, — ответил Тед. — Я очень признателен вам за то, что вы ухаживаете за моим бедным кузеном.

Они говорили по-французски, но знаний Элизабет вполне хватало, чтобы понять, о чем идет речь.

— Фред не может дождаться вас, — сказала мадам. — Он будет очень рад вашему приезду. — Она бросила вопросительный взгляд на Элизабет.

— Это моя секретарша, мадемуазель Стентон. Элизабет, это мой хороший друг, мадам Ришар.

— Бонжур, мадам, — сказала Элизабет, протягивая руку.

— Очень рада, мадемуазель, — просияв, мадам пожала ей руку. — Может быть, мадемуазель хочет посидеть и подождать, пока я проведу наверх месье Теда для встречи с кузеном…

— О, не утруждайтесь, — вмешался Тед. — Я и сам найду дорогу. Он в той же комнате, что и всегда? — Перепрыгивая через две ступеньки, он исчез за углом лестничной площадки.

Элизабет расположилась в одном из кресел с высокой спинкой, и мадам Ришар осведомилась, не выпьет ли она кофе, пока будет ждать. Поскольку Элизабет быстро вошла в привычную роль секретарши, она поблагодарила, сказав, что предпочитает подождать и выслушать указания и пожелания месье Теда. Мадам кивнула и покинула ее.

Тед долго не возвращался, и Элизабет уже начала нервничать. Она не видела братьев вместе после того злосчастного вечера, когда выяснилось, что они питают друг к другу отнюдь не самые трогательные чувства. Элизабет вспомнила презрительные интонации Теда, тогда как ее привело в ужас сообщение о нападении на Фреда. У нее буквально кровь кипела от реакции Теда.

Наконец Тед спустился, и Элизабет моментально вскочила на ноги.

— Ну, как он?

Тед нахмурился, и сердце у нее упало. Не могли же они поссориться, когда Фред в таком ужасном состоянии?

— Фред хочет увидеться с вами, — коротко бросил он. — И, без сомнения, он сам подробно поведает вам о всех своих приключениях. Идите к нему.

Животное, подумала она, следуя за ним по лестнице.

На втором этаже он открыл дверь номера и пропустил Элизабет.

— Это мы, Фред, — сказал он. — Вот твой добрый ангел, который явился, чтобы одарить тебя улыбкой.

Элизабет замялась. Комната была большой. Спущенные портьеры не пропускали яркого солнечного света. Из-за сумрака она не сразу разглядела большую кровать посреди комнаты. Элизабет подошла поближе.

— Фред! — с трудом произнесла она.

Теперь она видела его. Он сидел, откинувшись на подушки. Его прекрасные вьющиеся волосы были острижены с одной стороны, уступив место большому пластырю, который шел от уха по диагонали. Левый глаз заплыл, окруженный пурпурными и желтоватыми подтеками, багровое лицо опухло. Он поддерживал на весу забинтованную левую руку.

Фред скривился от боли, пытаясь улыбнуться, и у Элизабет защемило сердце. Она вспомнила прежнего Фреда, которого знала до того злосчастного вечера, Фреда, с которым она с таким удовольствием работала, смеялась и обменивалась шутками, Фреда, который подшучивал над ней и посылал ее за подарками для своих подружек.

Он протянул ей руку, и она заторопила к нему через комнату.

— Фред, дорогой… что они с тобой сделали, твое лицо! — Она от волнения с трудом говорила.

Взяв Элизабет за руку, он притянул ее к себе, и она поцеловала его, слегка коснувшись щеки.

— Надеюсь, не так уж страшно? — Она осторожно провела рукой по простыне, прикрывавшей его тело. — Ничего не сломано?

— Ничего, — прошептал Фред опухшими губами. — Теперь все пойдет на поправку, раз ты здесь, моя радость. Слава Богу, что это ты, а не мама. Я умолял Теда ни за что на свете не допустить ее приезда.

Похоже, Фред искренне обрадовался ее появлению. Элизабет с тревогой подумала, что ему сказал Тед. Повернувшись, она увидела, что Теда в комнате нет.

Элизабет вопросительно подняла брови.

— Он отправится на виноградник и заглянет в шато посмотреть, как там идут дела, — пояснил он. — Надо завершить то, что я оставил незаконченным. Он рассказал тебе, что там случилось?

— Да. — Она с ужасом представила себе состояние Фреда, когда на него напали бандиты, вооруженные железными палками. — Но… но не опасно ли отправляться туда одному? Не стоило ли ему прихватить с собой полицию?

Фред попытался улыбнуться.

— О, уверяю тебя, Тед сам может за себя постоять. С такими делами он справляется куда лучше, чем я. А теперь садись и расскажи, как тебе удалось сюда выбраться. Тед сказал, что ты работаешь у него.

Она пододвинула стул поближе к кровати.

— Да, временно. Ему была нужна секретарша на неполный рабочий день, а мне была нужна работа.

— Ты хочешь сказать… что ты бросила меня?

— Боюсь, что так, Фред.

— Элизабет, дорогая, я на коленях молю тебя простить за тот вечер! — Он схватил ее за руку. — Я вел себя как полный идиот, и искренне сожалею. Можешь ли ты простить меня?

— Конечно, — легко сказала Элизабет. — Не думай больше об этом. Я и забыла, ведь я никогда не воспринимала тебя всерьез.

— Ты хочешь сказать, что не собиралась за меня замуж?

— Боже милостивый, конечно же, нет. — Она от души рассмеялась. — Ты не из тех, кто может быть мужем, дорогой Фред. И это видит любая девушка.

Наступило долгое молчание. Затем он глубоко вздохнул.

— О дорогая, может быть, ты и права.

Она попыталась развеселить его, но ей это не удалось.

— В чем дело, Фред? Я чем-то обидела тебя?

— А я так надеялся, Элизабет. Я в самом деле питал надежды. — Он с неподдельной грустью уставился на нее единственным здоровым глазом. — Понимаешь, я нашел для себя единственную и неповторимую девушку, и мне бы хотелось думать, что она серьезно воспринимает меня.

Сердце у нее упало. Неужели он хочет начать все сначала? Но он уже не смотрел на нее, он не сводил взгляда с потолка.

— Ее зовут Анжелика, — мечтательно сказал он, — и она самая потрясающая девушка в мире.

Элизабет с облегчением перевела дыхание.

— Расскажи мне о ней, — попросила она, — если тебе не трудно говорить.

Больше часа он, не смолкая, говорил об Анжелике, о ее красоте, очаровании, чувстве юмора, ее уме.

— И кроме того, — торжественно закончил он, — она исключительно разбирается в винах, просто волшебница. У ее отца большой виноградник у Сент-Эмильона, и Анжелика отлично управлялась с ним, когда отец сломал ногу. Она просто потрясающая, — не допускающим возражений тоном сказал он.

Какое-то время он помолчал.

— Понимаешь, — он повернулся к Элизабет, — если мне удастся уговорить Теда передать мне управление этим участком, и рядом будет Анжелика, дела у нас пойдут. Но Тед, конечно, не доверит мне такое ответственное дело. Он думает, что я легкомысленный, и я в самом деле был таким, но когда случается нечто подобное… — Он коснулся опухшей щеки, — то начинаешь задумываться. И я хочу доказать ему, — с силой добавил он.