Элен Бронте - Леди в зеркале

Было что-то в мистере Найлзе, что вызывало в Мэриан неясный трепет, и ей, серьезной молодой леди, не нравилось это неопределенное чувство, которое она не могла классифицировать и с прикрепленным ярлычком положить в специально отведенный уголок памяти. Ей казалось, что, побудь они рядом еще неделю или две, она бы поняла. А теперь они расстались, и кто знает, появится ли он когда-нибудь перед ней со своей замечательной улыбкой и хитрыми, прищуренными, как у пирата на картинке в книжке Рози, глазами. И что он тогда ей скажет… И, главное, что она ответит? Мэриан не знала. Единственное разумное решение, которое пришло ей сейчас в голову, — снова начать вести дневник, в котором можно было бы изложить свои мысли, а потом перечитать его и попытаться сделать правильные выводы.

В Грингейте у нее не хватало на это времени, его полностью поглощали занятия с Рози и развлечения, в дороге она пыталась записывать путевые впечатления, но они были слишком восторженно-бессвязны, чтоб считаться полноправными среди серьезных, вдумчивых размышлений, которые и должны быть в дневнике леди, да еще и гувернантки к тому же.

Мэриан захлопнула окно, замерзнув, и пересела к столу, решив начать немедленно. Она все еще писала, не жалея ни чернил, ни своих пальчиков, ни себя на страницах дневника, когда Мэллоу вернулись из гостей, и тетрадь пришлось отложить.

Возвращение домой всегда вызывает душевный подъем, но сейчас компания не испытывала того возбуждения, которое сопровождало их в начале путешествия. Рози не расплющивала носик об оконное стекло кареты, поминутно дергая сидящую рядом Мэриан за платье, стремясь привлечь внимание к увиденному, Сара не вторила ей с другой стороны, мистер Мэллоу не зачитывал выдержки из путеводителя, вместо этого миссис Мэллоу сокрушалась по поводу того, что они не успевают заехать в Париж за праздничными туалетами к свадьбе Деборы.

— Дорогая моя, но мы же посещали модные лавки во всех крупных городах по дороге в Фронтиньян и ни из одной не ушли без покупки, — утешал ее любящий супруг.

— Да, конечно, мой друг, вы правы, но я не знала тогда, что мне понадобится особое платье для торжественного случая!

— По-моему, и у вас, и у девочек достаточно нарядов. И вы уж точно превзойдете красотой невесту, как бы бедняжка ни оделась в этот день.

— Но что же мне все-таки надеть? — восклицала почтенная леди, совсем как ребенок.

— Жемчужное, которое вы купили самым первым! — хором отвечали Сара и Мэриан.

— Вы в самом деле полагаете, что оно будет подходящим случаю? — сомневалась миссис Мэллоу.

— Ну конечно, оно великолепно! — в очередной раз пришлось подтвердить Саре. — Я надену бледно-розовое с серебряным кружевом, Рози — белое с вишневыми лентами, она в нем выглядит просто ангелом, а Мэриан, конечно, зеленое.

— Для зеленого, боюсь, у меня слишком белая кожа, я буду выглядеть русалкой. И зачем только ты уговорила меня купить его, Сара? — Мэриан поневоле заразилась всеобщим помешательством.

— Тебе бы не пошло платье цвета капустного листа, которое смотрела дама рядом с нами. А это зеленое ближе к цвету плюща на наших воротах и очень подходит к твоим глазам. Мы сделаем тебе потрясающую прическу, и ты будешь королевой русалок!

— Ты забываешь, дорогая, что я всего лишь гувернантка! — Мэриан вынуждена была вернуть на землю размечтавшуюся девушку. — И во время свадьбы я буду сидеть с книгой где-нибудь в отдаленной комнате.

У Сары вытянулось личико, Рози уставилась на воспитательницу с искренним недоумением, а миссис Мэллоу возвела очи к небу:

— Моя дорогая, мы уже столько раз говорили вам, что вы стали для нас еще одной дочерью, и сестра мистера Мэллоу примет вас точно так же. Если вы опасаетесь встретить знакомых из вашей прошлой жизни, мы никому не скажем, что вы у нас работаете. И вы будете блистать на балу, так как Дебора вряд ли пригласит много красивых дам, иначе на их фоне она будет выглядеть серой кошкой.

— Мышкой, — поправил ее муж. — Моя жена права, дитя мое, мы полюбили вас не только за ваши таланты, но и за золотое сердце. Рядом с вами наши девочки вырастут добрыми, отзывчивыми леди, а этого не купишь ни за какое жалованье.

— Тогда вы должны перестать платить мне, сэр, — улыбнулась Мэриан, сдаваясь под дружным натиском этих милых людей.

— Я выдаю Саре деньги на карманные расходы. Будем считать, что и вы также получаете на шпильки и перчатки, — нашелся джентльмен. — А как старшей сестре, вам и положено больше содержания.

Рози захлопала в ладоши, Сара от души обняла Мэриан, на глаза которой навернулись слезы признательности.

За такими разговорами тяготы дороги были не так заметны, но скорость, с которой они ехали, лишала путешественников немалой доли комфорта, поэтому они прибыли в Сильвер-оак, поместье миссис Тревел, чрезвычайно уставшими.

Миссис Тревел с первого взгляда показалась Мэриан похожей на человека, который очень долго прозябал в нищете, а потом в одночасье его дела поправились, и он до сих пор не может поверить в свою удачу. Дородная высокая дама часто принималась ворчать и хмуриться в адрес окружающих, что было ей привычно, после чего внезапно смущалась и начинала улыбаться, что явно ей несвойственно.

Миссис Мэллоу объяснила девушке, что миссис Тревел по сути своей добрая женщина, но с годами превратилась в нервную особу, склонную к приступам дурного настроения, а виной всему переживания из-за неустроенности судьбы дочери.

Увидев Дебору, Мэриан вполне поняла ее матушку. Высокая, костлявая девица могла похвастаться только густыми темно-коричневыми волосами — локонов, которыми она окружала свое вытянутое лицо с чрезмерно загнутым носом, хватило бы на нескольких юных леди. Ко всему этому Деборе было двадцать шесть лет, и она имела собственное мнение по каждому поводу, будь то цвет кружева или качества, необходимые хорошему политику.

— Бедная тетя Агнес, — шепотом рассказывала Сара, полулежа рядом с Мэриан на удобной софе в малой гостиной, в то время как Дебора в соседней комнате показывала миссис Мэллоу свое свадебное платье. — Дебби вся в покойного отца, он был сущий дьявол, как говаривал наш батюшка. Правда, он поучал своих арендаторов, а Дебби взяла за правило учить тетушку вести хозяйство. Она, должно быть, разорится на благодарственных свечах, раз Господь внял ее молитвам и послал Дебби мужа.

Девушки, не сговариваясь, хихикнули при воспоминании о мистере Планке, которого им представили за обедом. Близорукий юноша выглядел таким же тошим и нескладным, как его невеста, но казался на несколько лет моложе ее, что, вероятно, соответствовало действительности. Он был увлечен в равной степени своей нареченной и всякой мелкой живностью вроде пауков и тритонов, слабость к которым и объединила молодых людей, познакомившихся на лекциях Естественнонаучного общества в Лондоне полтора месяца назад.