Теодора Снэйк - Возврата нет?

– Мой мальчик, я хочу попросить тебя сопровождать Бет на несколько благотворительных мероприятий, которые состоятся на следующей неделе. Бедняжка так редко выходит из дома и почти ничего еще не видела в нашем городе.

– Буду рад, – радостно сверкнул белыми зубами Генри. – Но одни только благотворительные балы и собрания – это так скучно! Много ли увидишь, проводя все вечера подряд в гостиных среди разряженных надушенных дам и занудливых политиков и бизнесменов? Что, если нам покататься по побережью? Я знаю много занимательных историй о Лос-Анджелесе. Вам будет со мной интересно, Бет, обещаю.

– Спасибо, Генри, но мне сейчас как-то не до развлечений. Джозеф, Фелисити, вы бы рассказали сыну мою историю, а то у него может создаться обо мне неверное впечатление. Мне бы этого не хотелось, – грустно вымолвила Бет.

Джозеф досадливо кашлянул и посмотрел на нее.

– Ты права. Генри, пойдем покурим.

Мужчины встали и поднялись на второй этаж.

В кабинете Джозеф уселся за письменный стол, а Генри устроился напротив и не спускал вопрошающих глаз с отца, поигрывая тяжелой серебряной пепельницей.

– Видишь ли, сынок, тебе не стоит слишком увлекаться Бет. – Голос Джозефа был ласков, но тон весьма категоричен.

– Почему, отец? Что с ней не так? – От удивления Генри приподнял правую бровь.

– В двух словах не расскажешь. Но если коротко, то дело в том, что ее сердце занято, хотя она это и отрицает. Как ты думаешь, о ком идет речь? – Джозеф выдержал эффектную паузу. – Ты его хорошо знаешь. Это Алекс.

– А, наш мистер Совершенство!

– Теперь я бы его так не назвал. Алекс умудрился наделать массу ошибок. Он собирается судиться с Бет, чтобы получить опеку над своим сыном Ником.

– Постой, постой, над каким таким сыном? Разве у него есть ребенок? Впервые об этом слышу. Интересная новость!

– Он и сам об этом узнал чуть более полугода назад. Все Сэвиджи страшно обрадовались. Сначала Алекс держался в рамках приличия, и они с Бет не ссорились из-за ребенка. А теперь – ума не приложу, что на него нашло, – только он желает единолично распоряжаться судьбой сына. Бет, естественно, возмущена и нацепила на него ярлык «Дважды предатель». При этом оба влюблены друг в друга до безумия, но не хотят идти на компромисс и решить дело миром.

– Прямо сюжет для Голливуда! Хорошо, что ты мне все рассказал, а то я бы распустил хвост перед Бет и поставил нас обоих в неловкое положение. Но встречаться-то мы можем?

– Я рад, что ты все так воспринял. Мне бы хотелось, чтобы вы с ней стали друзьями. Она удивительно приятный и чистый человек. А когда познакомишься с ее сынишкой, то он тебя просто очарует. Возможно, и тебе захочется завести такого же. Мать была бы счастлива.

– Умоляю, хоть сегодня не заводи старую песню. И вообще, пора вернуться к нашим дамам.

Генри легко поднялся на ноги и потянулся. Отец с удовольствием смотрел на сына. Жаль, что Генри так редко бывает дома, они с Фелисити очень по нему скучают. Вот и этот его визит в родительский дом вряд ли рассчитан на длительный срок. Побудет неделю-другую и снова умчится в несусветную даль к любимым древностям, без которых не мыслит своей жизни. Что ж, так тому и быть, родители не должны мешать детям выбирать дорогу в жизни.

Джозеф тоже встал и вышел вслед за сыном из кабинета. Они вернулись к столу, прервав своим появлением оживленную беседу двух женщин. Генри уселся на изящный стул, поднял бокал и, любуясь янтарным цветом вина, произнес:

– За моих родителей и нашу прелестную гостью!

Четыре бокала тонкого хрусталя встретились над столом и издали нежный звон. Бет была тронута тостом. Она видела, как в семье Бейли все любят друг друга. Когда-то и она ощущала такое же тепло от присутствия любимого человека, такую же радость от общения с ним. Жаль, что это длилось так недолго! На глаза Бет навернулись слезы. Она осторожно смахнула их, стараясь не задеть ресницы. А Генри, придя в веселое расположение духа, сообщил:

– Бет, мне только что промыли мозги в папином кабинете. Но я тут подумал, и у меня появилась гениальная идея. Раз мне нельзя ухаживать за вами, а видеть вас почаще мне очень хочется, то я предлагаю вас удочерить. У меня, правда, нет никакого родительского опыта, но постараюсь воспитать вас как следует.

– Чудная мысль! Юридически это вполне возможно: я ведь сирота. А вы не передумаете? Я – очень капризная и своенравная девочка. – Бет наслаждалась шутливой пикировкой.

– Пусть лучше Джозеф удочерит Бет. Она станет тебе сестрой, и мы назначим ее главным ребенком. Уж она-то тебя точно воспитает правильно. Ее Ник в свои четыре года выглядит взрослее, чем ты в тридцать! – Фелисити тоже веселилась от души.

Все вместе они и впрямь походили на одну большую дружную семью. Генри почувствовал это и нагнулся к Бет, чтобы поцеловать в щеку. Она послушно подставила ее.

Именно в это время в столовую вошел Алекс. Более неудачного момента для его появления нельзя было выбрать за весь вечер. Он сразу потемнел лицом от ревности и ощетинился.

Но Джозеф подошел к нему, обнял за плечи и повел к столу, приговаривая:

– Как хорошо, что ты заехал к нам. Генри вернулся только сегодня. Он о тебе спрашивал, вы ведь так давно не виделись. Наверное, обоим есть что порассказать. Бет, ты представляешь, в детстве наши мальчики очень дружили, несмотря на то что Алекс старше Генри на пять лет. Алекс всегда заступался за него и брал на себя вину за проказы нашего сына. А у меня рука не поднималась их наказывать – боюсь, это их и испортило.

«Мальчики» пристально смотрели друг на друга. Генри – спокойно и с легкой усмешкой в прищуренных глазах, Алекс – жестко и мрачно. Его глаза словно требовали: оставь мою женщину в покое, не то я за себя не ручаюсь! Фелисити занервничала: на пустом месте могло возникнуть недоразумение, чреватое непредсказуемыми последствиями.

– Алекс, ты по делу или просто заглянул на огонек? – с простодушным видом поинтересовалась она.

– Да я, собственно, заехал просто так. Но поскольку Бет тоже здесь, мы могли бы совместить приятное с полезным. Я имею в виду встречу, которую мы собирались назначить, Джозеф. Что нам мешает обсудить все прямо сейчас, не откладывая в долгий ящик? – Алекс говорил вроде бы равнодушно, но хорошо знающие его люди заметили скрытую напряженность в его голосе.

– Я не против. А что ты скажешь, Бет? – Адвокат повернулся к ней, ожидая ответа.

– Мне не хочется портить такой чудесный вечер. И потом, к чему такая спешка? – Холодный тон Бет ясно давал понять, что она не в восторге от предложения.

– Мне надоела неопределенность, пора расставить все по своим местам, – пожал плечами Алекс. – Я и так был слишком мягок с тобой. Или ты сегодня поговоришь со мной в присутствии крестного, или мы встретимся в ближайшее время, но уже вчетвером. Выбор за тобой, Бет… впрочем, как и всегда. – Он повернулся к Джозефу. – Ты обещал найти мне хорошего адвоката. Могу я узнать его имя?